Охотник 7: Сердце Подземелья - Александр Робский

«БЫСТРЕЕ!!! БЫСТРЕЕ!!! БЫСТРЕЕ!!! БЫСТРЕЕ!!! БЫСТРЕЕ!!! БЫСТРЕЕ!!! БЫСТРЕЕ!!! БЫСТРЕЕ!!! БЫСТРЕЕ!!! БЫСТРЕЕ!!!» — кричала про себя Закон, а её глаза начал заливать толи пот, толи слёзы, которые могли возникнуть от безысходности данной ситуации.

— А⁈…

Закон широко раскрыла глаза, так как она перестала чувствовать нижнюю часть тела. Слега оглянувшись, время в глазах Закона словно замерло, и она увидела, что прямо над ней, пролетая, словно комета, возникла женщина из багрового огня, которая одним чистым движением поделила её тело на две части.

Рухнув на мраморный пол и чертя своим обрубком нефритовую кровавую линию, Закон не успела опомниться, как ей отсекли руки, а её глотка оказалась в плену багровых раскалённых пальцев.

Подобие тела, которое лишилось нижней части туловища, как и всех конечностей, теперь болтается в двух метрах над полом.

Нижняя челюсть Закона трясётся, а душа, само сосредоточие, начало кровоточить. Ведь Волчица смотрит в глаза, которые заволокла алая пелена безумия.

Широко раскрыв пасть, Воплощение «Багрового Огня» обрушило на Закон свой могущественный рёв, который в прямом смысле этого слова расплавил её тело.

На секунду Закон окунулась во тьму, а следом она очнулась в измерение, которое создала сама Персефона. Именно здесь, в благословенном мраке, блуждают нефритовые волки — сосуды Закона, благодаря которым она не может умереть. И сейчас каждый волк покрылся нефритовой кровью, которая стекает к полу из чёрной воды.

Закон опустила взгляд, увидев на груди змеиную глубокую рану, из которой струится кровь. Так же порез на левой щеке никуда не исчез, как и разбитый нос.

«Нет… чёрт… моё сосредоточие отражается на всех моих сосудах…»

Сомкнув зубы, Закон начала рычать, а следом и вовсе — ударила себя ладонью по щеке.

— Я СМОГУ!!! Я ЗДЕСЬ НЕ УМР…

Волчица остолбенела, так как в метре от неё возник багровый меч, который прорезал саму ширму реальности. Следом клинок начал проделывать проход обратно в коридор со статуями. Но самое пугающее то, что в бреши показались глаза, покрытые алой пеленой, а следом возник жуткий рев, состоящий из человеческого крика и звериного вопля.

«Она… она поняла, что портал открывается возле моего трупа… и этот огонь… он… он испепеляет всё, к чему только прикоснётся. И исключений нет, и не может быть. Даже сама реальность ему нипочём!»

Закон махнула рукой, открыв проход обратно в коридор, а следом она сделала рывок такой силы, что воздух взорвался и возникли ударные толчки. Она вышла в шаге от своего трупа, и в шаге от багровой сущности, что режет пространство мира своим двуручным мечом.

Рухнув на четвереньки, Закон побежала за колесницей. Но! Не успела она преодолеть и ста метров, как её голова отделилась от шеи, а тело поделилось на пять частей, обнажив расплавленные внутренности и варёную нефритовую кровь.

«Я даже не поняла, когда она атаковала… она стала ещё быстрее…»

Закон вновь очнулась в своём измеренье, а в трёх метрах от неё возникла брешь, которую режет багровый меч.

Волчица глянула на своё тело, обнаружив на правой руке кровоточащий ожог, который не затягивается.

«Я в ловушке… и есть только один шанс, как мне победить!»

Махнув рукой, Закон выбралась из своего мира и помчалась за колесницей. Она сделала невероятной силы рывок, благодаря которому её скорость вышла но новый уровень… правда, это не помогло ей избежать участи быть разрезанной на две части. Но! Не успел труп упасть на мраморный пол, как реальность мира лопнула, а из прохода, могучим рывком, устремляясь в одну точку на жуткой скорости, выскочила Закон.

План Волчицы очень прост. Место, где она умерла — это новая точка, из которой она может сделать рывок и вновь себя ускорить. Главное действовать быстро и без промедлений. Ведь Воплощение «Багрового Огня» атакует чертовски быстро, но она не может атаковать в двух направлениях. Значит, есть секундная запинка, благодаря которой Закон может продвигаться вперёд, но при этом ей придётся жертвовать плотью и частью своего сосредоточия. Иных путей больше нет, и не существует.

Коридор из чёрного мрамора тотчас затопило нефритовой кровью и багровым огнём, что вспышками света плавит статуи и расщепляет воздух, создавая секундные взрывы и оставляя за собой трупы человекоподобных волков. Это женщина не знает усталости или же жалости. Она сила, что подчиняет себе всё сущее!

Закон всё ближе и ближе к долгожданной цели. Колесница в ста метрах. Но вот её тело… оно выглядит, как оживший труп. С Волчицы сползла шкура, черепа на шее превратились в прах, а рога на голове потрескались и обломались на концах.

«Я СМОГУ!!! Я ПРАКТИЧЕСКИ У ЦЕЛИ!!!»

Ни смотря на боль, ужас и приближающуюся смерть, Закон не останавливается. Она раз за разом меняет свои сосуды и продвигается к заветной цели.

Гильгамеш и Вестник «Самюэля», наконец — то заметив Закон, подняли в её честь бокалы, а на их лицах расплылась звериная ухмылка. Они наслаждались видом своего врага, а так же вкусом победы в виде игристого вина.

— ТЕБЕ КОНЕЦ!!!

Закон сделала свой сильнейший рывок, и её тело наконец — то достигло цели. Она выставила перед собой руки, которые лишились не только шкуры, но и кожи, обнажив вибрирующую обугленную плоть, обтянутую бурыми венами. Когти обломаны, но ими ещё можно убивать. Только бы достать до шеи Гильгамеша. Разорвать ему глотку в клочья и вытащить наружу все внутренности!

Гильгамеш и Вестник «Самюэля», даже не испугавшись когтей, что летят в их сторону, выпили вино залпом, а следом поставили пустые бокалы на стол, ознаменовав тем самым конец боя.

— Нет…

Руки Закона полетели в разные стороны, нижняя часть туловища исчезла, а в торс вонзился жар самого солнца, который разрезал её тело на две части вертикальной линией.

На секунду утеряв разум, Закон открыла глаза и оказалась в своём измерение. Она хотела вновь сделать рывок, но место этого рухнула на пол, который покрыт чёрной водой.

— Что⁈…

Бросив взгляд на свои ноги, Закон обнаружила, что на них практически нет плоти. Это голые кости без мышц. Следом взгляд прошёлся по всему телу. И оно не то, что в плохом состоянии, а это самое настоящее чудо, что Волчица вообще ещё дышит и может двигаться. Из её торса ветвятся кишки, а грудь опоясал огромный ожог, который проел кости и открыл пусть к чёрному сердцу, что изливается нефритовой кровью. Руки — это кости, покрытые гнилой плотью, а лицо теперь больше напоминает фарш.

И это было ещё не всё. Теперь в этом измерение есть