Сокровища Зазеркалья - Варвара Кислинская

зрения оборотня – да, - Марта положила мне руку на плечо и заговорила очень спокойным проникновенным тоном. - Но, мне кажется, ему стоит снова стать человеком.

- Снова? Что ты имеешь в виду?

Когда она так разговаривает, хочется вытянуться по стойке смирно и пожирать глазами. Вот только Грэм мне сейчас был важнее, чем Марта.

- Гектор объяснил мне, что для Грэма пребывание в этом мире совпало с очень важным моментом в становлении личности оборотня. Тогда из-за конфликта реальности и генетической памяти он стал почти человеком. И эту девочку он полюбил не как оборотень, а как человек. Сейчас ему стоит вспомнить об этом.

- Все равно не понимаю.

- Она не позиционирует себя вервольфом.

- Ну и что?

- Она ведет себя, как человеческая женщина. Нормальная влюбленная женщина, которой очень надо, чтобы ее любили в ответ. И пока она не получит этого доказательства, она не сделает следующего шага.

- Ты считаешь, что в качестве этого доказательства ей обязательно надо так над ним издеваться?

- А это твоя вина, дорогуша, - хмыкнула Марта.

- А я здесь причем? – вконец растерялась я.

- Зачем ты рассказала ей о том, как Грэм все это время хранил ей верность? Вот теперь она и пытается проверить его на вшивость.

- В смысле?

- В смысле, ей нужно выяснить следующее: действительно ли он хранил ей верность, ей ли он хранил верность, не импотент ли он...

- Ну, ты как скажешь! – фыркнула я.

- Это не я, это она сама такое предположение выдвинула.

- Она что, совсем рехнулась?!

- А что ей еще думать? От нее самой он шарахается, от леди Рисс, как ты ей сообщила, тоже. Вот она и додумалась. Но я не об этом. Это только одна из версий. А еще она может проверять, не дал ли он какого-либо не имеющего к ней отношения обета, и наконец, если дал, то хватит ли ее власти, чтобы заставить его этот обет сломать.

- Мне кажется, ты приписываешь ей просто макиавеллевскую изобретательность, - усомнилась я.

- Это ее подсознательная мотивация. Спроси ее, и она не сможет всего этого объяснить. Она действует интуитивно.

- То есть вообще мозгов не включает? Так тогда это просто похоть, уж извини.

- Да нет, это не просто похоть. Я думаю, она и сама-то толком не понимает, что значит хотеть мужчину. Впрочем, как и ты, дорогая.

- Марта! – вот ведь умеет заставить покраснеть, проницательная наша.

- Извини, - она снова хихикнула, - но на некоторые вещи у тебя та-акие пуританские взгляды!

Я вздохнула. В чем-то Марта, к сожалению, была права. Но пока она окончательно не перевела на меня стрелки, нужно было выяснить, что такого она усмотрела в отношении Алены к Грэму, что настроена столь оптимистично.

- Я же объяснила ей, как оборотни относятся к связям в человеческой ипостаси. Почему она не понимает, что Грэм пытается устоять из уважения к ней?

- Повторяю для особо одаренных, она пока не оборотень. Она пока человек. Если Грэм хочет сделать следующий шаг, он должен пойти ей навстречу и сыграть по ее правилам.

Я посмотрела на вервольфа. Алена провела острым ноготком у него за ухом, и я увидела, как напряглась его спина.

- Ставлю на девочку.

- Что, извини?

- Я предлагаю тебе пари, Рена, - в глазах Марты плясали чертики, она от души веселилась, - Прямой проход из Подгорья в Библиотеку и обратно против одного очень хитрого амулета. И я ставлю на девочку.

- С ума сошла!

- Не-а! Просто считаю, что и тебе стоит встряхнуться. Ну, так как?

- Грэм не сдастся.

- Вот видишь, ты даже уверена в своей правоте.

- И что за амулет тебе нужен?

Господи, что я несу?! Я что, действительно собираюсь с ней спорить?!

- Не поверишь, любовный.

- На фига?!

Нет, ну вот что с ней делать? Взрослая женщина, а ведет себя, как девчонка. Хотя по эльфийским меркам она девчонка и есть. Только вот ведь и я по гномьим меркам несовершеннолетняя! Но у меня почему-то мозгов после перехода не поубавилось, а Марта, словно с цепи сорвалась. Может, все дело в том, что, делая тот роковой шаг в новый мир, она готовилась умереть. А вместо этого стала юной, прекрасной, совершенно здоровой и очень одаренной эльфийкой. Вот теперь и отрывается.

- Нет, Марта, серьезно, зачем тебе любовный амулет?

- Не просто любовный. Мне нужен амулет, который будет определять, что в определенном радиусе от него находятся двое, которые любят друг друга.

- Что за хрень?! Ну, понятно, если бы тебе понадобился амулет, отличающий истинную любовь от похожих, но менее глубоких чувств. Но зачем обязательно взаимную?

- Мне нужен такой амулет.

- Зачем?

- Ну, вот хотя бы эти двое. Мне кажется, Алена его любит. Но вдруг я ошибаюсь? А Грэм? Ты так уверена, что он все еще испытывает к ней прежние чувства?

- На счет Грэма я абсолютно уверена, - обиделась я, - а вот на счет Алены – не очень.

- А я – наоборот, - усмехнулась Марта.

Дразнит она меня, что ли? Но идея интересная. Надо действительно попробовать сделать такую фигнюшку.

- Зачем тебе знать, действительно ли те, кто вокруг тебя, любят друг друга, или один из них лжет?

- А ты не думаешь, что рано или поздно в круге действия амулета окажется и тот, кого люблю я? Вы же сами мне твердили, что я никому не должна подчиняться. Представь, что подобный амулет был бы у Леандираты. Сколько бед можно было бы избежать!

Что ж, с этим трудно было поспорить. Действительно, Серебряной леди не помешало бы защитить себя хотя бы от такого обмана. По-хорошему, я должна была бы ей этот амулет без всякого пари сделать. Но, черт возьми, в спор она меня уже втравила.

- По рукам! – решилась я наконец.

- Отлично! – Марта аж подпрыгнула от восторга. - Аленушка! – пропела она и помахала рукой. - Вставайте, хватит нежиться! Все готово, пошли обедать.

Грэм вскочил, как ужаленный, и тут же потянулся за майкой. Эльфийка прыснула со смеху, а Алена послала ей сияющую улыбку из-за спины оборотня.

Марта сорвалась с места и побежала звать близнецов.

Аленка

Что могут сделать с женщиной три лоскутка шелкового трикотажа, и почему