Фантастика 2026-148 - Кирилл Геннадьевич Теслёнок

стая призрачных гончих — бывшие охотничьи псы какого-то давно почившего короля, превратившиеся в кровожадных монстров. С ними пришлось повозиться — твари оказались на удивление живучими. Но в итоге и они присоединились к растущей коллекции пепла на полу дворца.

«Вот ведь как бывает», — пробормотал Ноктус, разглядывая уцелевшие фолианты, — «Стоило ненадолго отлучиться, и такой бардак развели…»

Он умолчал о том, что «ненадолго» в его случае растянулось на десять тысяч лет. Да и «отлучился» — не совсем верное слово для вынужденного развоплощения и последующего заточения в виде безвольной марионетки.

В винном погребе его ждал особенно неприятный сюрприз — какая-то дрянь, похожая на помесь слизня с крокодилом, решила устроить там гнездо. Судя по количеству пустых бутылок вокруг, тварь явно унаследовала от места обитания любовь к спиртному.

«Нет, ну это уже ни в какие ворота», — возмутился бог ночи, глядя на осколки некогда бесценной коллекции, — «Одно дело — захватить трон, но распивать мои лучшие вина? Это переходит все границы! Чем мне Аймосу долг отдавать? Я ж ему обещал возместить коллекцию…»

На этот раз он не стал церемониться. Тьма вокруг него сгустилась настолько, что казалось, поглотила сам воздух. Когда она рассеялась, от твари и её потомства не осталось даже пепла.

Ноктус медленно побрел по опустевшим коридорам, машинально отмечая места, требующие ремонта. Дворец Вечной Ночи выглядел безжизненным, и это было неправильно. Его владения всегда были средоточием ночной жизни — шумной, яркой, порой безумной, но никогда — мертвой.

«Кажется, я оставил ее где-то здесь…» — пробормотал он, остановившись у высокого окна. За ним простирался погруженный во тьму сад, когда-то бывший любимым местом отдыха его последователей, — «Нет. она в другом крыле…»

Он замер, словно что-то вспомнив. На его губах появилась странная улыбка:

«Она меня, конечно, убьет, когда узнает, сколько проспала. Но выбора особого нет».

Ноктус развернулся и быстрым шагом направился в глубины дворца. Он точно знал, куда идти — некоторые вещи бог не может забыть, даже проведя десять тысяч лет в раздробленном состоянии.

Что-то подсказывало ему — скоро во дворце снова станет шумно. Очень шумно.

В самом дальнем крыле дворца Вечной Ночи, за множеством запертых дверей, находился небольшой круглый зал. Здесь было на удивление чисто — ни пыли, ни мусора, только мягкое сияние охранных печатей на стенах.

В центре зала парил прозрачный кокон из застывшего лунного света. Внутри, свернувшись клубочком, спала обнаженная молодая девушка с длинными фиолетовыми волосами. На её лице застыло безмятежное выражение, словно ей снилось что-то очень приятное.

«Надеюсь, она не слишком обидится», — пробормотал Ноктус, разглядывая десятки печатей, опутывающих кокон, — «В конце концов, я же не специально… почти».

Он помнил тот день, когда пришлось в очередной раз усыпить свою помощницу. Никталия тогда превзошла саму себя — умудрилась за одну ночь устроить в древней столице Ларинской Империи такую вакханалию, что даже сам бог вина позавидовал бы. А потом вдохновила группу заговорщиков не просто убить местного тирана, а сделать это максимально… театрально.

В общем они совершили переворот, нарядившись в самодельные костюмы… овощей. После успешного покушения заговорщики и сами не могли объяснить, почему они так поступили.

В историю это событие вошло как Овощная Резня. А ее участников называли, соответственно, Овощи. Словно оправдывая свое прозвище, каждый из них погиб по тем или иным причинам в течении года. Причем смерти были максимально нелепые — типа, поскользнулся на кожуре от банана и сломал шею.

«Подумаешь!» — возмущалась Никталия, пока разгневанный Ноктус тащил ее за ногу во дворец Вечной Ночи, — «Я просто хотела, чтобы у людей был запоминающийся вечер! И вообще, этот тиран сам виноват — не надо было запрещать ночные праздники! Какой-то комендантский час ввёл, фи-и-и…»

Ноктус усмехнулся воспоминаниям. Что ж… пора будить это стихийное бедствие. Он протянул руку к первой печати…

— ЖРАААТЬ! — оглушительный вопль сотряс стены, едва последняя печать растаяла.

Глава 13

Повелительница Ночных Желаний

Магический кокон лопнул, как мыльный пузырь. Огромные фиолетовые глаза девицы распахнулись, в стороны ударили лучи яркого света.

— Добрый… — начал было Ноктус, но договорить не успел.

— О, еда! — Никталия метнулась к теневому пауку размером с кошку, выползшему из щели между камнями. Тварь даже пискнуть не успела — богиня ночных желаний молниеносно схватила ее и проглотила в два укуса, — Ом-ном-ном-ном… Хм… на вкус как курица… хрусть-хрусть… Только хитиновая… Ом-ном-ном-ном… Вкусна…

— … вечер, — закончил Ноктус, наблюдая, как его помощница облизывается, — Рад, что ты в форме. Никталия, покровительница Ночных Желаний.

У Никталии была не очень хорошая репутация среди богов и смертных. Её считали ходящим стихийным бедствием. Она покровительствовала темным желаниям, которые обычно приходят ночью. Например, если вы ночью встали и идете к холодильнику совершить Ночной Дожор, то знайте — это все дело рук Никталии.

И это было самым безобидным в списке ее занятий.

— А ты! — Никталия развернулась к нему, угрожающе потрясая кулачком. Её грудь от резкого движения резко колыхнулась. Соски, словно обвиняющие персты, уставились точно на бога Ночи, — Опять усыпил меня! И из-за чего в этот раз? Подумаешь, всего-то небольшой праздник устроила! Ну убили одного тирана, делов-то… Этих тиранов, как тараканов…

— Это было десять тысяч лет назад, — спокойно сообщил Ноктус.

Никталия замерла на полуслове, её фиолетовые глаза расширились:

— Сколько-сколько?

— Десять тысяч лет.

— Ха-ха! Не смешно…

— Это не шутка, — серьезно произнес Ноктус, — Ты реально проспала десять тысяч лет.

Никталия пару секунд молчала, напряженно морща лоб. Потом посмотрела на свои ладони и начала загибать пальцы, что-то бормоча под нос. Она как будто