Фиктивная жена для герцога-монстра - Элина Амори

Сквозь платье я чувствовала его желание, ощущала, как он распаляется все сильнее. Его движения становились хаотичнее, хватка — яростнее.

Но вдруг он отпустил меня и покачал головой.

— Не могу, — прохрипел Брант, сгорбившись. — Не могу больше его сдерживать.

Он развернулся и быстрыми шагами покинул сад. А я осталась стоять, ошарашенная, с пульсирующими губами и жаром во всем теле, с памятью о прикосновении его крепких рук.

— Да я и с твоим драконом подружилась, — прошептала я и вздохнула.

Прежде чем уйти, я повернулась к цветку, алевшему на фоне серой насыпи. Его листья-стрелы, тонкие и темно-зеленые, выглядели неподходяще скромно на фоне такой роскоши.

Я протянула руку и коснулась лепестка кончиками пальцев. Но одного этого легкого прикосновения хватило, чтобы они осыпались один за другим, будто я запустила необратимую реакцию.

— Нет, нет, нет, — пробормотала я, проводя над ним ладонью, искренне сожалея о его гибели. — Ты такой красивый, ты не должен был так быстро…

Мне почудилось голубое свечение под моей рукой. И... лепестки поднялись в воздух и вернулись на бутон, точно в обратной перемотке.

— Что? — удивилась я и машинально схватилась за кулон, ища подсказки у настоящей Эйлин.

— Магия времени, — услышала я ее голос.

— Это твоя магия? Ты обладала ею?

— Научилась.

— Ого! Значит, я тоже могу?

— Можешь. Но будь осторожна. Это опасная магия, — ее голос прозвучал печально. — Фокусы с цветочком — ерунда. На живых существах ее нужно применять с крайней осторожностью.

— Но я не поняла, как это сделала .

— Ты просто очень сильно захотела повернуть время вспять. Этого было достаточно.

— Так ты смогла вернуться в свое прошлое? — спросила я и услышала тихий вздох.

— Да.

— Но почему тогда в твоем теле оказалась я? Почему не ты сама?

— Хватит вопросов, — вдруг рассмеялась она. — Расскажу, если выживешь и станешь кронпринцессой. А пока наслаждайся жизнью со своим драконом. Пожалуй, он и правда полюбил тебя.

Ее голос звучал странно растерянно, будто она не верила, что Брант способен кого-то полюбить. Или что кто-то может полюбить ее. В смысле, меня в ее теле. Эйлин Фейс, дворцовую интригантку, благородную даму с богатым приданым и корыстными родственниками.

— И не зови меня по таким пустякам, — хмыкнула она.

Я постояла еще немного, ощущая в пальцах легкое покалывание после использования магии. Когда стало совсем темно, я направилась во дворец, надеясь поскорее добраться до ужина. Я ужасно проголодалась.

На выходе из сада я заметила две фигуры и испугалась, но они вышли на свет уличного факела в стене каменной постройки, поклонились и объяснили, что охраняют меня по приказу хозяина. Их лиц в темноте я не разглядела, но один из голосов показался знакомым — возможно, это был один из рыцарей, кому я отдавала распоряжения в дороге. Значит, Брант не просто убежал, но успел приставить ко мне стражу…

Интересно, где он сам?

Ужинала я снова в одиночестве. Но не успела я как следует насладиться едой, как услышала странный шум — неясный, будто бы звон цепей, доносящийся из глубокого колодца.

— Вы слышите? — спросила я Дейну и Свена.

Те переглянулись.

— Лориан получил указания от Верховного жреца провести очищение, которое хозяин пропустил в столице, сбежав от них, — пояснил Свен.

— Что?! — Я выронила вилку из рук. — После прошлого очищения он стал хуже контролировать дракона! Оно ему вредит!

И это если не говорить о ранах, которые никто ему не лечил. Что вообще происходит на этом проклятом очищении?!

— Вы уверены? — уточнил Свен.

— Еще как!

— Может, сообщить императору или самим жрецам? — предложила Дейна. — Хотя вряд ли они послушают кого-то, кроме своего Верховного.

— Я должна это увидеть, — заявила я, поднимаясь из-за стола. — Должна понять, что там происходит!

— Не стоит, хозяин будет сильно гневаться, если вы появитесь там.

— Пусть гневается! Я должна знать все, что касается моего мужа. Особенно его здоровья. Веди меня, Дейна!

Та растерянно моргнула, но послушалась. Мы поспешили в коридор, затем на первый этаж и оттуда — вниз по лестнице в подвал.

Теперь звон цепей был не так яростен, но зато отчетливо доносились песнопения жрецов. А когда ступеньки закончились и мы пошли по черному камню через проход к залу, откуда лился золотистый свет, услышали сдавленный стон.

— Дейна, приведи рыцарей! Быстро! — скомандовала я, а сама, подобрав юбки, бросилась вперед.

Глава 55. Я хозяйка этого дома!

Эйлин

Я вбежала в зал и замерла. В центре комнаты, в плоской каменной чаше, пылал магический желтый огонь без дыма. Над ним на железных ножках стояла конструкция, а на ней — небольшой котел, раскаленный докрасна.

Внутри на дне медленно пузырилась вязкая жидкость, похожая на расплавленное золото. Время от времени она выплескивала на пол раскаленные брызги, которые на мгновение заставляли камень краснеть, а затем застывали золотистыми горошинами.

Жрецы столпились у дальней стены, где в магических оковах лежал обнаженный Брант. Он не превратился в дракона полностью, но его тело почти сплошь покрывала чешуя. Он сжимал кулаки, дышал часто и прерывисто.

Один из жрецов резко дернул рукой. Брант вздрогнул, глухо простонав сквозь зубы. Лионел развернулся и понес к котлу вырванную мощными щипцами чешую. С нее капала кровь, а сама она светилась мягким золотистым светом.

Все еще не замечая меня, Лионел бросил чешую в сияющую жидкость. Золотое варево вспыхнуло ослепительным светом, чешуя растворилась, и объем жидкости увеличился. Выходит, они добывали из драконьей чешуи эту золотую субстанцию?

— Ты что здесь... Ваша светлость! — наконец заметил меня Лионел.

Брант дернулся, повернул ко мне голову. Из свежей раны на его боку закапала на камни кровь.

— Прекратите! — крикнула я и сама поразилась силе собственного голоса. — Немедленно!

Жрецы рассмеялись в голос. Брант, бледный от боли, бессильно звякнул оковами и мотнул головой.

— Уходи, Эйлин. Уходи сейчас же!

— И не подумаю! — парировала я. — Я хозяйка этого дома и приказываю вам остановиться!

— Этот ритуал одобрил сам император! — возразил Лионел. — Вы, юная сэйна, перечите Его Величеству?

О, нет! Я не была намерена отступать! Меня трясло от ярости, в пальцах ощущалось странное покалывание.