Повелители Подземелий - Юрий Анатольевич Здоровеющий

class="p1">– А что это? – спросила она, заметив обычный пеньковый шнурок, висевший на шее ее манекена с какими-то блестяшками, нацепленными на него. Тронула одну. – Бижуха? Мне тоже? Хигаши!!! Наставник!!!

Миланка не удержалась, подскочила к Акиро и подарила ему чувственный поцелуй, точно такой же подарила и Юну, а затем отошла к товарищам вся красная от смущения.

И снова мастер не спешил распускать народ к ужину. Взяв в руку факел из металлического держателя на столбе, он направился в угол, где стояли еще несколько манекенов, накрытых холщовыми чехлами. Сдернул один.

Взору опешивших зрителей представилась обычная нательная рубаха, какие бойцы надевают под кольчугу или броню. Обычная, да необычная. При слабом свете хорошо различались белые нити, частой сеткой переплетенные с волокнами ткани. На шее манекена, нацепленные, как и у Милки, на обыкновенный шнурок, висели кольца, обруч, ожерелье, наручи и браслет с талисманом магессы, также апгрейженные (апгрейд – улучшение, повышение) на усиление характеристик.

Молчание прервал мелодичный голос Виолы.

– Ты был там? Ходил один?

Мастеру ничего не оставалось, как признаться. Вот только в чем, никто, кроме Вив, так и не понял.

– Угу, – кивнул Юн. – Прости, тебя не позвал. Ты бы меня не пустила.

Укоризненный взгляд эльфийки пронзил наставника насквозь. Но больше она ничего не сказала, поэтому мастер подозвал Хлою. Заставил ее спрятаться за старенькой ширмой и снять верхнюю мантию, затем помог девушке облачиться в рубаху.

– А это зачем? Мне не холодно, – спросила магесса. Мастера почему-то совсем не стеснялась. Наверное, потому что Судьба когда-то уже поставила ее перед ним в неловком свете.

Юн засмеялся. Хотел объяснить, но эльфийка опередила его.

– Глупышка. Он тебе не для согрева ее дал. Твоя мантия, хоть Хигаши и усилил в некоторых местах ткань кольчужным подбоем, все равно защищает тебя недостаточно. Брони ты носить не можешь, ты маг, а эта рубаха прошита волосом из гривы и хвоста Единорога. Попробуй ее порвать.

– Вау! – только и раздалось вокруг.

Хлоя снова оделась. Покрутилась, притерлась. Легкая, не мешает. От радости подпрыгнула. Ухватила шнурок с бижутерией и вернулась к ребятам. Едва отошла, мастер Юн сдернул следующих чехол.

– А эта для тебя, Вив. Надевай и не сопротивляйся. Отказа я не приму. Знаю, сейчас запоешь, у тебя Легендарный Доспех плюс двенадцать. Это да. Но и у него есть предел прочности. А так мне будет спокойнее.

И чего, интересно, он перед ней распинался, что-то доказывал, объяснял? Эльфийка не думала сопротивляться. Подошла и забрала драгоценный подарок. Лишь спросила, когда остановилась возле других:

– А сам? Где твоя защита? Ты обещал.

Вместо каких-либо оправданий мастер Юн сдернул последний чехол. На нем поблескивала тем же вороненым металлом с примесью теонита добротная кольчуга, длиной опускавшаяся чуть ниже ягодиц. Тоже «точеная», да на плюс десять, с клеймом и двумя рунами на резист. Штаны, наручи, налокотники и наплечники, – все сверкающее усилениями и клейменное.

– Довольна? – спросил Юн.

– Довольна, – уверенно подтвердила эльфийка. Улыбнулась ему.

– Вот, Вив, – мастер подошел к ней и чмокнул в щеку, – За что я тебя всегда уважал. С тобой никогда не бывает проблем.

– Зато с тобой целый воз! – усмехнулась Виола. – Ты – засранец, ты это знаешь?

Возможно, кто-то из присутствующих и понял, к чему прозвучали слова эльфийки. Но лишь возможно. Однако мастеру точно известно, почему и за что Виола так его назвала.

– Да, – кивнул он в согласии. – Но у меня есть оправдание. Я – твой засранец.

Вокруг засмеялись товарищи. Смеялась и Вив. Вообще, даже новички в семье быстро привыкали к резкой смене манеры общения этих двоих.

Все зависело от обстоятельств. Иногда Виола безропотно следовала указаниям мастера. Бывало, и он выполнял ее указания. А было и так, как случайно вышло сейчас. Шуточки, прибауточки. Весело же…

За ужином ребята наперебой делились впечатлениями. Сновали служанки, время от времени подсаживались на край, перекидывались с друзьями парочкой слов, благодарили за подарки Акиро и вновь убегали по рабочим делам, демонстрируя публике замечательные кинжалы, висевшие в красивых ножнах на поясе каждой.

Виола сегодня пересела поближе к мастеру. Чутье и природная подозрительность Миланы подсказали и ей сесть рядом. И теперь, улучив момент, когда товарищи за столом оживленно беседовали о завтрашнем дне, эльфийка почти прошептала:

– И как там? Как ты прошел?

– Спокойно и через дверь, – ответил Юн. – Зря волновались. Опасности нет никакой. Я же хозяин.

Услышав эту лишь часть разговора, сообразительная Милана сразу смекнула: мастер ходил в особняк. А поняв, осознала и беспокойство Виолы. Ночью, один? В преддверии войны? Еще и после вторжения Кику?

– Нет, говоришь? – шептала эльфийка. – Уже забыл? Глянь через стол. Может быть, вспомнишь. Кто гарантирует, что она такая одна? И убийцы передвигаются по ночам. Все равно нужно было сказать. Я бы с тобой сходила… Как там?

Мастер выслушал выговор старой подруги. Виновато повел головой. Потом ответил ей на вопрос:

– Я же в дом не входил. Я спустился лишь в кладовые. Все там на месте, можем использовать.

Виола, конечно, видела, как внимательно слушает их Милана, но Милана и так знает больше других, про титул Юна мелкая знает точно, потому эльфийка не беспокоилась. Даже, наоборот. Чтобы Милка вдруг не обиделась, не решила, что ей не доверяют, придвинулась ближе к Ушастой.

– В кладовых особняка Герцога мы когда-то хранили весь лут, всю добычу, заработанную не только в Подземелье. И она все еще там. Волосы Единорога, руны и теонит он притащил оттуда.

– Я поняла, – честно призналась Милана, а потом приняла сторону Виолетты. – И я согласна с Вив, мастер. Вы должны были нам сказать. Беспокоитесь о нас, а о себе не заботитесь. А если подумаете головой, то поймете, что мы без вас… Сам понимаешь, ты давно стал нам родным. Мне – точно. И Хлое, я это знаю, потому что она сама говорила. Я Кику не спрашивала, но, думаю, и ей ты такой же родной, что там спрашивать? А меня когда-то ругал: «… думай башкой, а не каким другим местом…», а сам?

Вот так интересно она закончила. Слова Мелкой довольной улыбкой отразились на лице эльфийки. Виола незамедлительно наградила подругу одобрительным взглядом.

Мастер молчал. Потом вдруг отвел руки за спину и больно ущипнул девушек за мягкое место. Обе подпрыгнули... Ауч!!!

Бац! Две хлесткие затрещины