Непокорная для наследного принца - Юлианна Винсент

магией в состоянии эмоционального дисбаланса. Каждая его фраза казалась уколом в мою сторону. Я старалась сосредоточиться на конспекте, но буквы расплывались, будто написанные слезами, которых я не позволила себе пролить.

И вот, в самый разгар рассказа о стабилизации эмоциональных потоков, дверь в аудиторию со скрипом распахнулась.

— Лукас, дружище! — радостно произнес знакомый баритон, а я нехотя повернула голову, чувствуя, как внутри снова начинает закипать злость.

Кристиан вальяжно проплыл внутрь аудитории и прошел к преподавательскому столу, протягивая руку профессору, который был явно удивлен происходящим.

— Господин, наследный принц, — едва склонил голову Андервальд. — Мое почтение.

— Да, брось ты эти расшаркивания, — отмахнулся Брэйв, хотя по нему было видно, что подобная реакция преподавателя непременно чешет его непомерно раздутое эго. — Ведешь себя так, будто мы никогда за одной партой не сидели.

Кристиан по-свойски похлопал Лукаса по плечу, а тот в ответ натянуто улыбнулся. Профессор Андервальд терпеть не мог, когда дисциплину на его занятиях кто-то нарушал и ему было плевать, студент это, ректор, наследный принц или сама Сенсея.

Недовольство на лице Лукаса было видно из космоса, но Крис, казалось, специально этого не замечал.

— Я очень удивился увидев твою фамилию среди преподавателей этих бездарей, — делая вид, что они в аудитории одни, как ни в чем не бывало продолжал Брэйв. — Вот уж кто-кто, а ты то точно должен был научить их уму-разуму, а они прутся экзамены экстерном сдавать.

Андервальд кашлянул и кивнул в нашу сторону, принц, обернувшись, сделал максимально удивленное выражение лица, а я в свою очень сильно пожалела о том, что вчера пожалела негодяя и врезала не по этому самому лицу.

— О, и вы здесь? — не растерявшись, заметил Кристиан и, найдя меня взглядом в толпе, добавил: — Я думал, вы уже отчислились и страдаете по домам.

«Не дождешься!» — злобно подумала я про себя, пристально глядя ему в глаза.

Очень хотелось высказать ему все, что я думаю о нем, о его поведении, но я, собрав в кулак все силы, моральные и физические, сдержалась, за что мне непременно нужно было выдать медаль.

«Если ты не перестанешь пыхтеть от злости, — раздался голос Эории в моей голове. — То я очень скоро лопну».

Я уже поняла, что драконица питается моими эмоциями и от этого растет ни по дням, а по часам.

— Ну, раз вы из тех, кто не сдается, — расплывшись в ехидной улыбке, продолжил принц. — То, спешу вас обрадовать тем, что так как качество вашего образования оставляет желать лучшего, я решил лично взяться за этот вопрос и с сегодняшнего дня буду преподавать у вас два основных предмета: выдерживание эмоций и эмоциональное сопротивление.

Если он ожидал восторженных оваций, то сильно просчитался. По аудитории пронесся недовольно-испуганный шепот и никто из студентов не спешил рукоплескать. Только парочка недалеких девиц с первой парты, активно строила глазки наследному принцу, чем заставляла глаза Андеральда закатываться куда-то в район затылка.

— Это очень замечательная новость, — подхватил профессор. — Не каждому выпадает возможность учиться не просто у наследного принца государства, а у боевого офицера, который каждый день по нескольку раз на практике оттачивал мастерство тех предметов, которые собирается вам преподавать.

— Вот уж не думал, дружище, — слегка вскинув бровь, посмотрел на Лукаса Кристиан. — Что чтобы получить твою похвалу мне придется пятнадцать лет отвоевать на границе с нечистью.

— Ну, почему же? — возразил Андервальд. — Помнишь, когда мы сдавали экзамен в имитации Леса Отчаяния и у тебя получилось подавить панику у девчонок? Я тогда тебя тоже похвалил же.

Профессор пристально смотрел на своего оппонента, словно пытался что-то прочитать в его реакции. То, чего было не видно нам.

Но прежде, чем Крис успел ответить, дверь в аудиторию вновь распахнулась и на пороге появилась помощница ректора Гарда — Селеста.

— Прошу прощения, профессор Андервальд, — твердым голосом начала она и продолжила уже обращаясь к Кристиану: — Ваше Высочество, нам с вами необходимо оформить еще пару документов и я должна выдать вам преподавательский пропуск.

«Значит, он не шутил…» — с тяжелым вздохом подумала я про себя.

Глава 9

Тьерра

— Что значит, он будет преподавать в академии? — сокрушался папа за завтраком. — Кто дал ему такое право?

— Милый, — мягко произнесла мама, снисходительно смотря, как отец меряет шагами гостиную. — Он — наследный принц. Это право есть у него от рождения.

— Криворог он щипаный, а не наследный принц! — рыкнул папа. — Я сейчас же свяжусь с Теодором и скажу ему, чтобы он забирал своего сыночка в дрышеву задницу!

— Папа!

— Горнел! — возмутились мы с мамой в голос. — Во-первых, Тед и Габи уехали с младшими внуками в отпуск, а это уже само по себе наказание. Во-вторых, Теодор тебе, конечно же, друг, но поверь, выбирая между тобой и сыном, он выберет сына и будет прав.

Папа открыл было рот, чтобы возмутиться, но мама не дала ему этого сделать.

— Ты бы на его месте поступил бы точно так же. А в-третьих, да, дай ты парню почесать свое эго о нерадивых студентов. И ему и им это будет полезно.

— Знаете, что? — фыркнул Горнел. — Я на этот бардак смотреть не собираюсь. Хотите делать из академии притон бездарей? На здоровье! Я в этом участвовать отказываюсь!

С этими словами, папа вышел из дома, громко хлопнув дверью, где-то в районе сада обернулся в дракона и улетел в неизвестном направлении.

— Обиделся? — уточнила я у мамы.

— Перебесится, вернется, — абсолютно флегматично заметила она, продолжая невозмутимо завтракать. — Я же не виновата, что у отца кризис личности. На занятия не опоздаешь?

— Уже бегу, — отозвалась я, вставая из-за стола.

Я чмокнула маму в щеку и выбежала в ту же самую дверь. Мне сегодня предстоял увлекательный аттракцион в виде целых двух пар под руководством господина Брэйва и я морально готовилась не вести себя, как папа.

Когда от занятия прошло почти десять минут, а новоявленного преподавателя так и не появилось, мы уже хотели всей группой радостно покинуть аудиторию, но чудо все-таки случилось.

На ходу застегивая камзол и поправляя взъерошенные волосы, Кристиан Брэйв ввалился в зал и воодушевленно сообщил, что его задержали важные дела.

Где-то