Кукловод - Егор Соколов

мех был длинным и спутанным в некоторых местах, хоть он и свернулся калачиком, а всё равно было видно, что ушко одно загнуто. Иногда котёнок вздрагивал и вздыхал, оттого и звуки, которые Вадим слышал. Невольно он крепче сжал шкуру волка, жалея, что метнуть её сейчас со злости не в кого. Разве можно так с домовым обращаться? И ведь клетку какую купил где-то! Немалую сумму денег за неё отдать пришлось. Зачем цыгану домовой? Захотел себе защитника в доме завести? Довести беднягу до истощения, а потом сделку заключить насильно?

– Неудивительно, что духи цыган недолюбливают, – Вадим швырнул шкуру на пол и присел на корточки, чтобы осмотреть замочную скважину.

Вряд ли он найдёт где-то здесь ключ, но ведь тут и по иному открыть можно. По ощущениям он уже слишком долго возился – конюшни чистить не две минуты, но оборотень может куда быстрее человека управиться.

– Бабушка мне как-то ловушки для духов показывала, – забормотал Вадим, внимательно рассматривая вязь рун на изделии. – Лишь бы найти слабое место…

Выцепляя из памяти уже давно заученное, Вадим нашёл нужное место и ткнул в него пальцем, уничтожая руну. На миг все знаки вспыхнули, а потом исчезли, поэтому Вадим спокойно открыл клетку. Он осторожно протянул руку и дотронулся до домового. Тот распахнул два янтарных глаза, которые вспыхнули в темноте ярче свечи, а шерсть тут же вздыбилась, так что пришлось убрать ладонь.

– Я тебя не обижу, – заверил Вадим. – Я помочь хочу. Унесу тебя в безопасное место, хочешь?

В дуплянке Агнежки домового он не почувствовал, а потому был не уверен, что девушка захочет приютить духа – не все с ним совладать могли, но не бросать же его здесь? А к Тихомире и подавно не оттащить – там уже есть свой домовой.

– Убирайс-с-с-ся! – зашипел котёнок и чуть подвинулся, видимо, желая отползти от Вадима как можно дальше.

Колдун его не винил – домовой явно не самую лучшую жизнь проживал здесь. Но раз не напал, значит есть шанс. Дух сильно ослаб, а потому даже без ловушки не мог сопротивляться. Но домовые упрямые. Возможно он и сам не захочет у Агнежки жить.

– Сам ты отсюда не выберешься, – уговаривал Вадим. – Я просто вынесу тебя прочь, а там уж сам решай в какую сторону пойти. Принуждать ни к чему не буду. Сердцем клянусь.

Такое обещание поумерило пыл котёнка, и он уставился на Вадима, а потом медленно моргнул – сил на то, чтобы ответить у него тоже не осталось. Но и этого жеста было достаточно. Вадим осторожно подхватил комочек ладошками и вытащил из клетки.

– Ты прости уж, но придётся тебе немного в тесноте побыть, – извинился Вадим прежде, чем сунуть духа в карман.

Хоть он и использовал магию расширения на нём, но в тот раз домовой Тихомиры постоянно ворчал, что там внутри развернуться негде. Он надеялся, что этот котёнок не сильно на него разозлится в конце. Быстро укрыв клетку шкурой, чтобы выглядело как было, Вадим обвёл помещение взглядом, но решил, что нашёл достаточно личных вещей Рафаля, а потому направился к окну – стоило убираться, а то небось Велерад там извёлся весь.

***

Княжич действительно не находил себе места, а потому долго сидеть на лавке не смог и принялся расхаживать по обеденной. В голову лезли самые неприятные мысли, особенно после того, как он досчитал до ста, как ему и советовали, а Вадим не вернулся. Агнежка сидела спокойно за столом, подперев рукой подбородок, а её узкие зрачки наблюдали за метаниями княжича. Девушка явно не испытывала никаких эмоций по поводу задержки Вадима. Да даже если бы он не вернулся – она бы рада только осталась.

– Хочешь чай липовый заварю? – в итоге Агнежка устала от движений княжича.

– Нет, благодарю, – Велерад мотнул головой даже особенно не слыша вопрос.

Его мысли сейчас полнились другим – как спасать Вадима, если он всё же попал в беду? Пробраться в деревню дело десятое, но ведь нужно Клятву с собой тащить, ведь чем они друг от друга дальше, тем княжич сильнее с ума сходит. С какой стороны деревни коня лучше оставить будет? А есть ли у них там темница какая, чтобы Вадима заточить? И что делать, если оборотни вдвоём нападать станут? Мыслей о том, что Агнежка помочь может у Велерада даже не возникло.

– Чего ты так переживаешь? – Агнежка зевнула. – Я давно таких сильных колдунов не встречала. Не пропадёт Вадим твой.

– Так говоришь, словно он всесильный какой, – буркнул Велерад, не желая признавать её правоту.

Он вроде и понимал, что страх поднимается из-за проклятия, но просто уже не мог контролировать. Словно не только Клятва, но и Вадим рядом должен быть постоянно, чтобы спокойнее стало.

– А ты так панику разводишь, будто он немощный, – хохотнула рыжая и похлопала ладошкой по столу. – Иди-ка сюда, я сделаю кой-чего, тебе полегче станет.

Княжич остановился и недоверчиво посмотрел на Агнежку, но та мягко улыбалась и продолжала постукивать ладошкой по столу, призывая его сесть напротив. Велерад замешкался, чувствуя, как внутри всё сдавливает и леденеет, но встретив красные глаза ведьмы, он всё же нашёл в себе силы осторожно сесть на лавку. Поначалу её красные глаза пугали, но в данный момент наоборот веяло от них необъяснимой теплотой.

– Дай мне руку свою, в которой меч держишь, – попросила Агнежка мягко.

Велерад протянул правую, и девушка тут же обхватила грубоватую большую ладонь, опустив на неё взгляд. Какое-то время она молча пялилась, бегая глазами по линиям, но потом тихо заговорила:

– Да уж… Тяжёлая у тебя судьбинушка. Злобы-то как много осталось… Но сейчас она спит. Не следует её внутри хоронить…

– Ты будущее предсказываешь что ли? – перебил Велерад.

Ему как-то рассказывали дружинники, что в других княжествах такое развлечение бывает. Даёшь ведьме ладонь, а она тебе будущее рассказывает. Но зачем Агнежка это делает? Велерад не просил. Или она успокоить хочет? Расскажет, что с Вадимом случится?

– Будущее так не увидеть, – но она головой мотнула. – Я так о прошлом человека узнать могу. Согласись – ежели я помогать вам буду, то должно и знать мне с кем дело имею?

Велерад попытался невольно убрать руку, но Агнежка подняла на него строгий взгляд, и двигаться тут же перехотелось. И правда нечестно