Хроники странного королевства. Возвращение. (Дилогия) - Оксана Петровна Панкеева

ГЛАВА 11

Это и есть та проблема, Пятачок, решению которой я просила Пуха посвятить свои Умственные Способности.

А. Милн

Сознание вернулось резко и внезапно от жгучего холода и ощущения, будто его макнули головой в ледяную воду. На поверку ощущение оказалось полностью реальным. Как только Кантор немного отфыркался и открыл рот, чтобы возмутиться, чья-то могучая длань, державшая его за загривок, повторила воспитательное действие, и он чуть не захлебнулся.

– Что ты делаешь?! – послышался испуганный вскрик Жака. – Они же потонут!

– Не потонут! – гневно прогремел прямо над ухом голос Элмара. Кантора рывком приподняли, позволив выплюнуть воду и вдохнуть воздуха, и он с ужасом увидел, как в бадью, из которой его только что извлекли, беспардонно и непочтительно макнули короля. – И скажи спасибо, что у меня только две руки, а то и ты был бы там же!

Элмар вынул из бадьи тщетно сопротивляющегося кузена, и не успел Кантор ничего возразить, как опять оказался в воде с головой.

– Он же простудится! – снова вскричал Жак.

– Кто? – раздраженно поинтересовался Элмар. – Этот? Или этот?

Кантора снова извлекли из ледяной купели, и вакантное место снова занял его величество.

– Хватит! – поспешно выдохнул Кантор, не дожидаясь, пока процедура повторится.

– Ах, хватит?! А вчера эта мысль никоим образом не посетила ваши утонченные мозги? – продолжал разоряться Элмар.

Король отчаянно трепыхался, пытаясь вырваться из его железной хватки, но с таким же успехом он мог пытаться вынуть голову из ошейника.

– Кантор простудится! – пояснил Жак. – Он вчера промок под дождем, и мы его весь вечер отпаивали, чтоб согреть. А ты его в холодную воду!

– Мне кажется, вы его перегрели, – проворчал Элмар и извлек из воды взлохмаченную мокрую голову кузена.

– Довольно! – тут же закричал тот. – Я уже проснулся!

– Надо чтоб ты еще и протрезвел! – прорычал Элмар и, оставив в покое Кантора, снова окунул короля головой в бадью.

Кантор отдышался, протер глаза и вспомнил, что этот сосуд он вчера видел наверху, в ванной. Следовательно, его геройское высочество наполнил бадью там и приволок на кухню… М-да, вырвешься от такого!

Элмар между тем вытащил короля и презрительно изрек, разглядывая его с нескрываемым отвращением:

– И этот человек мне толковал день и ночь, будто я много пью!

– Отпусти немедленно! – сердито огрызнулся мокрый король. – Тоже мне, трезвенник нашелся! Отпусти, а то поменяю список наследников и опять поставлю тебя первым!

– Ах, ты еще грозиться? А вот так тебе!

Возмущенный король в последний раз окунулся в воду, после чего все-таки был отпущен на свободу.

– Кто бы еще говорил! – тут же негодующе воскликнул он. – Еще раз так сделаешь, я буду приходить к тебе лично и макать вот так каждый раз, как напьешься, то есть ежедневно! Не поленюсь! А отомстить у тебя не будет возможности! Лицемер задрипанный, ему, значит, можно, а мне нельзя!

– Мне можно! – не унимался Элмар. – Я не король, и у меня не рыдает дома жена, причитая на каждом слове и представляя себе всякие страсти!

– Например, что я опять пошел по бабам? – Видимо, королевское похмелье сопровождалось повышенной раздражительностью и язвительностью, поскольку обычно король не ехидничал так зло и упорно.

– А ты что, туда уже ходил? – слегка растерялся Элмар.

– Нет, но ей почему-то показалось, что ходил, из-за чего она вчера закатила мне истерику.

– И ты пошел с горя нажрался? И тебе, конечно, трудно догадаться, что минуту спустя она испугалась и бросилась тебя искать, а искать тебя на ночь глядя ее никто не пустил, а мэтр опять слинял к коллегам на посиделки, и Мафей, как назло, обкурился до неподобающего состояния… Пока меня нашли, да пока она объяснила мне, в чем дело, да пока я нашел тебя… А ты тут валяешься, пьяный, как свинья…

– Свиньи не пьют! – упрямо возразил король.

– Молчи, а то опять макну! Ты тут водку хлещешь, а бедная Кира там с ума сходит и причитает, что она тебя незаслуженно обидела и ты, наверное, пошел утопился!

– Поздравляю, – проворчал король уже скорее по инерции, чем со злости. – Ты сделал все, чтобы она не разочаровалась.

– Шутки шутками, а Хрисс воспринял это совершенно серьезно и уже с полчаса бороздит воды Риссы, надеясь найти твое бренное тело.

– В Риссе? Он что, не совсем здоров? Где там топиться? Он бы еще в фонтане поискал!

– В фонтане тебя тоже искали. И в прудах дворцового парка тоже.

– Сброд идиотов, – проворчал король. – Неужели сложно было логически поразмыслить и прийти к естественному выводу, что в таком отвратном настроении я мог пойти только к Жаку?

– Не знаю, – проворчал Элмар. – Я сразу об этом подумал и нашел тебя… О, вот видишь, и мэтр тоже нашел…

Серое облачко телепорта действительно явило присутствующим мэтра Истрана, который с крайним неодобрением полюбовался сценой у бадьи и изрек:

– Что же это такое, ваше величество? Мне следует присматривать за вами, как за грудными младенцами, и не отлучаться из дворца ни на шаг?

– Извините, – кратко отозвался король. – Пойдемте домой. Там поговорим.

– Боюсь, если вы покажетесь на глаза королеве в таком виде, будет еще один скандал. Пойдемте лучше домой к его высочеству, там я приведу вас в порядок, а уж затем… – Тут взор почтенного мэтра наткнулся на Кантора, и мэтр, прервав свою речь на полуслове, но не выразив особого удивления, произнес: – О, дон Диего все-таки вернулся, как мы и предполагали. Рад видеть вас в добром здравии.

– Спасибо, – ответил Кантор исключительно из вежливости, поскольку о «добром здравии» в данный момент и речи быть не могло.

Да еще противный внутренний голос, видимо желая поиздеваться, напомнил, что Жюстин раз десять его предупредила: не пить ни в коем случае! Скотина, не мог вчера напомнить! Хорошо, если это просто похмелье или очередной приступ, а если в самом деле от спиртного может случиться рецидив? И опять отнимутся конечности и перекосит физиономию? Чем только вчера думал…

– Кантор, – обратился к нему король, поднимаясь и протирая глаза. – Никуда не уходи, посиди у Жака до вечера, отдохни, приведи мысли в порядок, а вечером приходи ко мне. Нам надо поговорить.

– Хорошо, – коротко кивнул Кантор.

– И, повторяю, никуда не ходи и ни с кем не встречайся, а то натворишь каких-нибудь глупостей.

– Дурак я, что ли… – проворчал Кантор.

– Знаем мы вас, горячих мистралийских парней. Стукнет тебе в голову вчерашний самогон, пойдешь покалечишь сгоряча своего соперника и все испортишь. Приходи вечером, мы