Ловушка для полоза - Дина Сдобберг

Глава 61

Глава 61

Неспешно огибая кочки и почти не тревожа травы, скользил крупный чёрный кот к дальнему от леса краю деревни. Чернослав шёл уверенно, здесь он никого не боялся.

Но недалеко до каменного забора кот замер. Приподнятая лапа воинственно украсилась когтями, собравшаяся на носу кожа оголила острые клыки, а янтарные глаза сверкнули зелёным пламенем.

Как спутник ведьмы, полный живительной силой, он лучше всего чувствовал присутствие нежити. Особенно той, которая для собственного существования несла опасность или гибель живому.

Кот молнией проскользнул к овчарне, откуда тянуло затхлой вонью.

Огромная крыса, хорошо если не с собаку ростом, с облезлыми проплешинами и в струпьях подбиралась к стойлу с недавно отелившейся коровой. Животное чувствовало беду и боялось.

Чернослав зашипел уже в полёте, опрокидывая на крысу висевшую на стене косу. Крыса забилась под лезвием, не обращая внимания, что голова держится на одной шкуре. Фамильяр с утробным воем чиркнул когтями, разрывая и эту, последнюю связь.

Почти сразу зажёгся в углу фонарь. Чернослав едва успел отпрыгнуть и спрятаться на стропилах под крышей, куда свет не доставал. И сверху наблюдал, как зашевелилась, поднялась в углу старая бычья шкура. И к месту драки кота с нежитью подбежали притаившиеся в засаде кузнец и староста.

- А вот и кровосос, что по деревне ходить повадился, - озвучил увиденное староста. - Интересно, кто ж его так? Ой-ë!

Крыса на глазах меняла очертания, превратившись в человека.

- Староста, а это не из тех двух конвоиров, что над умирающей ведьмочкой поизгаляться собирались? - нахмурился кузнец, щедро сыпанув на труп каменной солью, что стояла здесь же доя скота и чтобы шкуры пересывать.

- Он, на него часто девки жаловались за намёки скабрезные. Я ж ему ещё в прошлом году запретил в деревню заходить за это. - Опознал вурдалака староста. - Суд-то княжеский окончен, а этих и сожгли. Да видать поленились два положенных кольца огненных выкладывать, чтоб нечестивец в тварь какую не перекинулся и не сбежал. Не каждый же, какой бы гнилью при жизни не был, после смерти заложенным покойником становится. А тут вот.

- Ну нечего, теперь-то мы уж сами спровадим, чтоб не повадно вертаться было, - рубанул воздух кузнец. - А потом дойду до погоста, да настучу тамошним лентяям по головам! Ведь давно всем известно, что ежели не своей смертью человек помирает, то переродиться может. Что Ждана наша, что вон, мавки в чаще. А тут и при жизни дрянь был. Вот они дров пожалели и времени, а тут кровопивец на воле оказался. Это он пока слабый был на скотину нападал. А если б девка какая или дитя? Верно я говорю, слуга Хозяйки Велеславы?

Кузнец стоял спиной к тому месту, где притаился Чернослав, и фонарь сильно не поднимал.

- Верно! И рябины не пожалейте, - сверкнул глазами кот. - И давно у вас такое безобразие по дворам шастает? Отчего не сказали?

- Значит, не ошибся я, угадывая, кто это в защитники подался, - хмыкнул кузнец. - Да десятину уже скотину по утру обескровленную находим. А не сказали, так не дети малые, что с каждой занозой к мамке бегут. Вот ежели бы сами не справились, тогда да. Пошли бы на поклон. А за нами вон, оказывается, и без того пригляд хозяйский. Чем отблагодарить тебя за помощь?

- Исподнее мне нужно. Рубаха и порты. - Ответил Чернослав.

- О, как! Ты что ли решил добрым молодцем обернуться? - засмеялся староста. - И насколько добрым?

- А вот примерно с кузнеца, - прикинул на глаз кот.

- Хм, - потëр бороду кузнец. - Добре. Только смотри, чтобы девок не портить, да в лес не сманивать.

- Девки это не ко мне, это змей-огневик до ласки охоч, - фыркнул кот.

- В лес твою обнову отнести, или сам заберёшь? - спросил кузнец.

- Будь ласков, отнеси. А то мне ещё когти после ваших упырей очищать. - Ворчал кот. - Или может так сойдёт?

Не дожидаясь ответа, кот прошёлся по стропилам вверх, и через малое оконце под самым скатом выскользнул на улицу.

Обратно он шёл легко, что-то себе мурлыча. Уже и камни оберëжные показались. Только мерцали они зло, тревожно.

Чернослав поспешил посмотреть, о чём это камни предупреждают.

Серый полоз шипел, обжигаясь и ранясь. Но вновь и вновь бросался грудью на горящие камни. Вот только преодолеть зачарованную границу никак не мог.

- Ах ты, погань чешуйчатая, - шипел кот, наклонив голову и прижав перед дракой уши. Полоз, что был в десятки раз крупнее кота, замер, прислушиваясь.

- Уходи, по добру да по хорошему, - предупреждал полоза Чернослав. - Что за день сегодня такой пакостный? Всякая пакость так и лезет, так и лезет! Покою нет.

Полоз мотнул головой, словно отказываясь от предложения кота, и снова бросился на камни.

- Нет тебе к ней дороги! - прыгнул перед ним Чернослав. - Как змея шкуру меняет, так и ведьма, через костёр пройдя судьбу. Уходи. Больше просить не буду.

Но полоз словно и не слышал. Только попытался кота своей головой в сторону отпихнуть. И тут же резко отдëрнул голову. Чернослав бил без предупреждения. Что ему чешуя змеиная, если он в себе силу своей ведьмы хранил. Лишь глубокие борозды от его когтей протянулись по змеиной морде. Но и это не остановило полоза.

- Эх, всё же теперь точно придётся когти мыть. И Рогнеде как-то о незванном госте говорить, - вздохнул Чернослав.

Глава 62

Глава 62

Вернулся Чернослав в домик у дуба уже после первых петухов.

Рогнеда сидела в изголовье витязя, уложив его голову себе на колени, и осторожно промокала тряпицей ему губы.

- Отваром поишь болезного, - муркнул кот. - Это вместо того, чтобы спать?

- Да не спалось мне. Тебя нет, а сердце щемит. Вот от тревоги и пошла, делом занялась. Когда руки заняты и тревоги не так досаждают. - Призналась Рогнеда. - Да и витязю уход нужен. А у тебя как сладилось?

- Да как... Кузнец поутру, как упыря мной прибитого упокоят, одëжу для этого голодранца принесёт на условное место, - начал кот.

-Упыря? Какого ещё упыря,