Альфа-ноль - Артем Каменистый

Взор Некроса расширил границы поля зрения, проник в невидимый туман, показал, что там беспорядочно мечутся сотни солдат. Однако понять, что именно разворошило здешний муравейник, не получилось. Кто или что убивает южан — не знаю, это происходит где-то за пределами радиуса действия навыка. Лагерь большой, южан в нём по данным разведки и моим самым скромным прикидками, тридцать с лишним тысяч. Такую громадину полностью сканированием не охватишь.

Телохранитель, подскочив к офицерам, воскликнул:

— Вы не видели господина Арсая?! Он был здесь перед нападением. Человек из свиты десницы Гедара. Высокий крепкий юноша в сверкающих латах.

— А… этот… индюк отполированный… — пробормотал один из вояк, прилагавший немалые усилия лишь для того, чтобы не сильно шататься. — Он это… он на разведку пошёл… То есть поскакал.

— Куда? — спросил я.

— Куда?.. — повторил мой вопрос пьяный офицер и завис, изрядно призадумавшись.

Во мраке заорали особенно сильно, что-то загудело, рассекая воздух. Угрожающий звук стремительно приближался, навевая на мысли о снаряде тяжёлой катапульты. Повернувшись, я увидел, как из тумана вылетело что-то большое и странное. Не сразу осознал, что это летит человек, очень уж неестественно он выглядел. Восседал на каком-то огромном предмете, что быстро вращался, и на такой скорости проблемное зрение от Некроса не смогло полностью разложить картинку на составляющие её детали и объяснить каждую.

Миг, и «снаряд» разделился, на землю отдельно друг от дружки шмякнулись человек и безголовая лошадь. Причём человек упал с металлическим грохотом, что объяснялось массивным латным доспехом, почти полностью покрывавшим его тело. Кузнецы и артефакторы поработали так качественно, что даже столь жесточайший удар их изделие выдержало достойно, а не разбросало во все стороны оторванные детали, как в таких ситуациях случается с вещами попроще.

Пьяный офицер икнул и указал на слабо шевелящуюся кучу стали:

— А вот он уже вернулся… ваш господин Арсай. Так это… вам говорить, куда он ходил, или уже не надо?

Проигнорировав риторический вопрос, я подскочил к подчинённому, присел, применил лечебный навык, поднял широченное забрало, похлопал по щекам:

— Арсай, ты как?

Тот, вращая обезумевшими глазами, воскликнул:

— Десница, помоги мне подняться! Эта тварь напала на лагерь и убивает наших солдат! Я прикончу её! Я должен умереть за императора!

— Баран! Это не наши солдаты и даже не наш лагерь! И я не понял, ты что, не можешь сам подняться?

— Не получается. Сильно стукнули. Латы крепкие, но заклинило шарниры. Хаос побери и шарниры, и того криворукого кузнеца-артефактора, который создал это убожество! Надо взять меня за руки и за ноги, и встряхнуть. Может расклинятся, такое однажды было.

Случившаяся с подчинённым незадача меня позабавила и я, злорадно улыбаясь, повернулся к телохранителю:

— За руки, за ноги и тащим его отсюда.

— Господин, так мы что, встряхивать его не будем? — уточнил тот.

— Надёжно зафиксированная девушка в предварительных… — начал было я и махнул рукой. — Ладно, забудь, тут не до шуток. В заклинивших латах наш великий герой драться точно не побежит, значит, так его и потащим.

Оглушённый Арсай плохо понимал, что вообще происходит, и потому ничего не возразил ни на наши слова, ни тогда, когда мы начали осуществлять несложный план. Но не успели протащить его до конца коновязи, как земля под ногами начала подрагивать.

Приближалось что-то очень большое.

Обернувшись, увидел: туман меняется, оставаясь при этом всё таким же невидимым. Этот парадокс изрядно грузил мозг, хотелось отвернуться, не вглядываться в то, чего не существует.

Но оно есть, оно не даёт смотреть через него.

И оно в одном месте сгущается, будто там приближается то, что является центром этой зрительной аномалии.

И приближается быстро.

Я крикнул:

— Тащи его дальше сам!

— Но господин, я не смогу, он очень тяжёлый в этих латах!

— Тащи! — рявкнул я, потянув меч из ножен.

И тут же вбросил его обратно.

Не тот здесь бой.

Мечи бесполезны.

Из сгустившегося мрака вырвалась огромная фигура столь кошмарно-уродливая, что я, много чего в жизни повидавший, не сразу понял, что это такое. Большое, антропоморфное, толстое, высотой в четыре человеческих роста. Так-то видали мы тварей и покрупнее, но чтобы они так мастерски сужали поле обзора — такого не припомню.

И это определённо не умертвие.

Или…

Приглядевшись, я понял, что, возможно поспешил с выводами. Но если и ошибся, если это всё же умертвие, то надо признать, оно очень и очень незаурядное.

Как человек с практическим опытом некромантии, скажу, что умертвие с мягкой плотью и умертвие без неё — разные по потенциалу (в большинстве случаев). Тёмная сила, что наделяет их подобием сознания и заставляет двигаться, как правило, привязана исключительно к костям. Возможно, цепляется за тот самый особый дух, о котором я немного наслышан, но пока так и не понял, что это.

То есть мышцы, кожа, связки и внутренние органы в большинстве случаев — бесполезный балласт. Земные киношники будто знают то, что знать не должны, когда выпускают на экраны неповоротливых медлительных зомби. Плоть — лишний груз, его наличие мешает костяным творениям и помогает тем, кто против них сражается. Борцам с нечистью от гниющего мяса лишь одно дополнительное неудобство, — со временем оно становится источником удушающего зловония.

Но это если говорить о начинающих некромантах и недалеко от них ушедших.

Есть в тёмных делишках своя элита. В том числе древняя, давно забытая, отметившаяся в тех самых катаклизмах, из-за которых мы, Кроу, остались без значительной части вотчины. Именно там, в запретных землях Арсы, лежат руины Равви — города, о котором так мечтают паченрави.

Ну так вот, та древняя элита знала, как подчинять не только кости, а и податливую плоть. То, что сейчас умертвий ослабляет, тогда наоборот, усиливало. Часть изначальной тёмной мудрости хранят некоторые южные секты, но это лишь мелкие крохи былой роскоши.

Големы плоти — так назывался особый класс ужасающих порождений самой могучей некромантии, что активно применялись в ожесточённых древних сражениях, на местах которых до сих пор нормальным людям делать нечего. Чем-то они походили на некрохимер, превосходя их в разрушительном потенциале, но в целом всё же уступая из-за невеликого срока существования и отсутствия гибельной ауры.

Впрочем, даже за считанные часы такое создание способно немало дел наворотить. Один-единственный голем плоти может запросто противостоять тысячам воинов и магов.

И мало того — он за счёт них способен усиливаться.

Как усиливается сейчас то, что напало на лагерь южан.

Омерзительное почти шарообразное туловище, небрежно собранное из фрагментов человеческих тел и частей лошадиных