«Химия и жизнь». Беллетристика. 1995-2004 - Юрий Романович Охлопков

«Привет, Брейди! — подумала она. — Давненько не виделись!» Теперь Куинн был для нее чем-то вроде старого друга. Она перелистала наугад несколько страниц. «Наверное, придется мне как-нибудь заучить это наизусть».

Статья 24. Те из членов Ассоциации, кто пользуется клиологическими данными и экстраполяциями в собственных интересах, обязаны регулярно уведомлять братьев и Совет о своих действиях.

В примечании к этой статье говорилось, что ею отменяется статья 4. Кроме того, там была еще довольно длинная «Декларация о намерениях» и две поправки, согласно одной из которых, датированной 1887 годом, слово «братьев» заменялось словами «братьев и сестер».

Сара подумала, что всякая организация, наверное, должна иметь свои законы и свой устав. Одно странно — зачем людям, которые собираются править миром, тратить время на такие банальности?

«Вспомните девятнадцатую статью». Кто-то сказал это на том заседании, которое она подслушала. Когда это было? Месяц назад? Она не могла вспомнить, кто говорил, но у нее остался в памяти дружный смех, которым были встречены эти слова. И объектами веселья были она и Ред.

Ей стало любопытно, и она снова открыла книжку на первой странице.

Книжка начиналась со статьи 21.

«Где же статья 19? И кому может прийти в голову начинать устав со статьи 21? Ответ: Никому».

— Прошу прощения, — обратилась она к библиотекарю. Тот покосился на нее, вопросительно подняв бровь.

— Где я могу найти девятнадцатую статью?

— Девятнадцатую? — Он погладил свой двойной подбородок и почесал в затылке. — Погодите, это не вы приятельница Реда Мелоуна? Того самого, которого только что отправили на переделку?

«Отправили на переделку»? Что ж, можно назвать это и так».

— Да, это я.

Человек усмехнулся, как будто вспомнил что-то смешное.

— Тогда девятнадцатая статья вас и вправду касается.

— Вы мне скажете, как её найти, или нет?

— Не сердитесь. Она в томе первом.

Он сделал неопределенное движение рукой в сторону стеллажа за её спиной.

«Ну, естественно». Сара почувствовала, что у нее горят уши. Там, рядом с этой книжицей, стояло еще несколько таких же тощих. Она начала вынимать их одну за другой в поисках первого тома. «ПИСЬМА ДЖЕДЕДАИ КРОУФОРДА, ДОКТОРА ФИЛОСОФИИ». «ПРЕДЛОЖЕНИЯ ПО ПРОЕКТИРОВАНИЮ И ПРОИЗВОДСТВУ АНАЛИТИЧЕСКИХ МАШИН БЭББИДЖА». «КОНСТИТУЦИЯ И УСТАВ АНАЛИТИЧЕСКОГО ОБЩЕСТВА БЭББИДЖА».

Ну да, конечно. Положив начало своей отколовшейся группе, Куинн, наверное, оставил в силе большую часть первоначальных правил. А во второй том вошли только новые.

Она раскрыла книжицу и принялась её листать. Эта книжка явно намного старше, текст в ней был написан от руки изящным почерком с завитушками, похожим на готический. В те времена каллиграфия еще почиталась искусством, и «отменный почерк» свидетельствовал о принадлежности к хорошему обществу. Чернила были совсем бурые, хрупкая бумага потрескалась по краям, и пахло от нее столетней пылью. На титульном листе стояли подписи Дж. Кроуфорда, А. Шелтона и Ф. Хэммондтона. Основатели. Интересно, что это были за люди?

Она перелистала несколько страниц и нашла статью 4 — ту, что была отменена статьей 24.

Статья 4. Бескорыстие и общее благо должны быть главным побуждением каждого из Братьев.

Статья запрещала членам Общества пользоваться результатами своих исследований в целях личной наживы. Сара вспомнила, как Ред говорил, что эта статья была первой и главной ошибкой Общества. Что она противоречит природе человека.

(«Но корыстолюбие — тоже не главное в природе человека», — пыталась она возразить. «Нет, — ответил он с усмешкой, которая всегда так её раздражала. — Главное — это личная заинтересованность».) Она подумала о том, почему Ред ни разу не зашел к ней, пока она поправлялась. Она ждала его прихода, ждала каждый день, но он так и не появился. Может быть, он там, снаружи, на какой-нибудь операции? Она вообще не видела его с того дня, как вернулась с гор и сказала ему, что собирается вступить в Ассоциацию. На следующий день она легла в лазарет, не успев передумать, и с тех пор больше его не видела. Не означало ли это, что, как только она приняла решение, его задача была выполнена? Может быть, то, что происходит с ней, — всего лишь часть задуманной операции?

Она тряхнула головой и решительно углубилась в книжку.

Все трое Основателей были искренни в своем альтруизме. Однако вновь вступавшие члены Общества уже не разделяли его в полной мере, а до тех, кого вербовали они, он доходил в еще более разбавленном виде. К 70-м годам XIX века Общество состояло по преимуществу из людей, для которых их собственные личные интересы были по меньшей мере так же важны, как интересы Основателей. И статье 4 пришел конец.

Так где же статья 19? Если Куинн начал со статьи 21, то она должна быть где-то в самом конце книжки. Сара осторожно перевернула еще несколько ломких страниц. Да, вот она.

Статья 19. Дабы обеспечить нашим Братьям законные права на долю в имеющем наступить всеобщем благосостоянии, необходимо, чтобы каждый из Братьев вступил в брак и произвел на свет детей, за чье благополучие и содержание Общество принимает на себя всю полноту ответственности.

Сара захлопнула книжку. Услышав позади себя какой-то непонятный звук, она обернулась и увидела, что библиотекарь старается скрыть улыбку. Щеки её загорелись, но она с каменным лицом пристально смотрела на него, пока он, смущенно кашлянув, не углубился в свои каталоги.

Она снова раскрыла книжку и перечитала статью 19. «Вот сукин сын! Неудивительно, что эти подонки чуть не лопнули со смеху. Я и Ред? Что за чепуха! Это же нелепость!»

Она осторожно закрыла книжку и поставила её на место, потом вернулась к столу, собрала вещи и вышла. Библиотекарь проводил её взглядом, все еще ухмыляясь, но стараясь, чтобы это было не слишком заметно.

— Желаю счастья, — сказал он ей вслед.

Она не ответила. Ей очень хотелось изо всех сил хлопнуть дверью, но дверь была устроена так, что открывалась в любую сторону, и из этого мог получиться только порыв ветра.

Она зашагала по коридору. Все они, до единого, заражены мужским шовинизмом. Даже Джейни Хэч и остальные женщины, которых она видела на том заседании. Наверное, на Реда нажимают, чтобы он выполнил статью 19. Одна из поправок к ней предусматривала определенный срок, и для него этот срок, наверное, близится к концу. Но это не дает им никакого права говорить о ней так, словно она какая-нибудь яловая телка! А о Реде — как о быке-производителе!

Черт бы их всех взял!

Выйдя из библиотеки, она свернула не в ту сторону и теперь оказалась