Великая и Святая Русь - Борис Львович Васильев

Оттар висел на гибком конце мачты «Дракона». Она была длиннее других, и ярл видел дальше всех. Когда огибали мыс, Оттар заметил бежавшего обратно «Змея». За его кормой больше не было баржи!

За «Змеем» гнался такой же большой, как «Дракон», тоже четырнадцатирумный, драккар. Беглец и преследователь неслись в открытом море, за рубежом туманного вала. Оттар понимал, как если бы он был на «Змее», рядом с кормчим: Эйнар тянул чужого в западню, как застрельщик.

Короткими выкриками, точными словами Оттар рассказал о событии и отдал приказы. «Дракон» обрубил буксирный канат и, освободившись от баржи, прыгнул, догоняя «Орла» и «Волка». Там тоже бросили баржи и готовились к бою.

Драккары вестфольдингов не боялись неожиданности. Изнутри на костылях, в строгом и раз навсегда установленном порядке висели доспехи и вооружение каждого бойца. Сверху шлем и подкольчужная рубаха из толстой кожи, под ними поножи, наручни и броня или кольчуга. Щит прикрывал оружие и латные рукавицы.

Люди, которые с детства учились искусству боя, вооружались со сказочной быстротой, не думая. Ловко и без просьбы один помогал другому натянуть кольчугу и застегнуть броню.

Гребцы, продолжая работать одной рукой, другой надели шлемы. А их вооружившиеся товарищи забросили щиты за спины и, как по команде, сели на румы, сменив очередных гребцов и давая им возможность вооружиться. Такой порядок преследовал и еще одну цель — к схватке на веслах сидела свежая смена. Уменье быстро изготовляться для боя всегда давало племени фиордов преимущество при внезапных столкновениях. Драккары Оттара не потеряли ход.

На чужом драккаре могли бы заметить фигуры людей, которые бежали по туману, как по твердой земле. Но там были слишком увлечены погоней. Им было мало брошенной баржи; волки, преследующие сани, останавливаются перед сброшенным предметом, люди — умнее. Обладая быстрейшим ходом, они хотели захватить и «Змея». Иногда восемь пар весел могут уйти от четырнадцати, но «Змей» был тяжело нагружен.

Оттар различал головное украшение чужого драккара — громадную кабанью морду, покрытую настоящей щетинистой шкурой. Он узнал «Кабана» хиллдурского ярла Грольфа. Но и Грольф должен был бы узнать «Змея». Кто в фиордах не знал старого драккара, который носил еще Гундера? Грольф был спутником Рекина в его последнем походе… Он жаден, Грольф. Он ищет легкую добычу? Он получит добычу!..

От восторга Оттар, подражая волку, тихо завыл. Начав высокой нотой, он завершил удовлетворенным ворчаньем, как зверь, вцепившийся в теплое горло жертвы.

Вблизи от границы тумана Оттар остановил драккары. Бывают минуты, для которых стоило родиться на свет…

2

На носу «Кабана» стояли два ряда лучников. Выставив левую руку с кистью, защищенной от удара тетивы кожаной рукавичкой, лучники ждали приказа.

Передний ряд, пустив стрелы, падает на колени и накладывает на тетивы новые стрелы, открывая цель лучникам второго ряда. Такое чередование обеспечивает беспрерывный поток стрел.

На корме «Змея» тоже стояли лучники. Старый драккар был почти вдвое уже «Кабана». Это давало ему возможность терять расстояние медленно, но места для лучников на его корме было мало. Хотя на румах «Змея» стояли пращники, но и их было вдвое меньше, чем на «Кабане».

Оттар был уверен, что кормчий «Змея» Эйнар видит своего ярла. Эйнар не имел опыта старого «Змея», однако он немногим уступал Эстольду, а Эстольд пользовался славой лучшего кормчего земли фиордов. Оттар не мог бы пожаловаться и на кормчих «Волка» и «Орла». Могло ли быть иначе? Нидаросский ярл не ограничивал кормчих традиционными тремя долями, как прочие ярлы. И кормчие и лучшие викинги получали подарки, стоящие вторых долей.

Времени больше не было. Оттар соскользнул с мачты и сказал Эстольду, сказал, а не крикнул, — туман хорошо передает звук, а до «Кабана» было всего шагов восемьсот:

— Вперед.

Течение медленно тащило драккары. Викинги, затая дыхание, сидели с поднятыми веслами и ждали так, как умели ждать в засадах, не теряя равнения весел.

Приказ ярла услышали на всех трех драккарах, и весла ударили воду почти одновременно. Кормчие давали ритм шипящим свистом и сами, прислушиваясь к плеску весел соседа, управляли рулями.

Призрачная гонка в тумане продолжалась несколько минут. Очень долго, как показалось викингам, бесконечно для Гильдис. Палатка для женщин была сброшена с носовой палубы «Дракона», спутницы жены ярла спокойно спустились вниз и прикрылись толстыми кожами от стрел и пращных ядер.

Гильдис стояла наверху, в рядах бойцов. В сверкавших серебром латах, с длинными светлыми косами на груди и в рогатом шлеме, она покажется валькирией, покажется прекрасной воительницей-юнглингмоер в миг, когда «Дракон» вырвется из тумана.

Оттар не отказывал жене в прихотях, а ее посеребренные латы были не менее прочны, чем тяжелые медные латы самого ярла. Двое викингов наблюдали за Гильдис, они не позволят ей рискнуть жизнью.

Драккары нидаросского ярла выскочили из тумана на открытую воду, как быки-туры вырываются в поле из леса. Теперь все кормчие отбивали самый быстрый темп на своих звучных дисках. Пращники завертели тяжелые глиняные и каменные ядра в кожаных сумках пращей.

Конечно, Эйнар только и ждал своих. «Змей» поднял весла по левому борту в крутом повороте. И тут же с него в противника полетели стрелы и камни:

«Кабан» ответил как-то нехотя. Неожиданное появление сильнейшего привело в замешательство хиллдурского ярла. «Кабан» затормозил веслами.

А старый «Змей» показывал способности свои и Эйнара. Он уже возвращался, отрезая «Кабану» единственный путь отступления в открытое море. Чтобы не терять время на поворот, гребцы Грольфа пересели лицом к носу драккара. Поздно! Они были окружены.

Четыре драккара Оттара не спеша сближались с потерявшим ход «Кабаном».

Хиллдурский ярл не стал дожидаться, когда на него обрушатся ливни стрел и камней со всех сторон. Он не мог ни победить, ни уйти, это понимали все. А погибать он не собирался. Следовало спасать себя и дружину.

Грольф закричал Оттару:

— Сдаюсь! Сдаюсь!

Он бросил свой щит и снял шлем. Драккары сошлись так близко, что Оттар видел пасть Грольфа, оскаленную в улыбке. Побежденный ярл приветственно махал рукой победителю, как игрок, потерявший партию в кости или проспоривший заклад. Грольф и делал этот условный знак побежденного игрока — тряс рукой с растопыренными пальцами. На драккарах больше не гребли, и течение тянуло их, как связанных, обратно на север, к мысу Хиллдур, который был виден уже весь. Туман рассеивался, в воздухе посвежело, будет ветер.

«Змей» подошел к «Кабану» вплотную и забросил на высокий борт пленника абордажные крючья и багры.