100 великих рыцарей - Олег Викторович Вовк

объединить все земли Ближнего Востока под знаменем ислама, появился тогда у границ христианского королевства. Балдуин IV, не колеблясь, вступил в жестокую борьбу с Саладином, и эта борьба шла с переменным успехом, но, к несчастью для христиан, судьба отпустила их королю гораздо меньший срок, чем его грозному противнику. А после смерти прокаженного короля иерусалимский престол занимали лишь ничтожества, неспособные противостоять военному гению Саладина.

Пока король Балдуин был еще в силах, он лично водил армии против мусульман. Превозмогая чудовищную боль и испытывая невероятные мучения, прокаженный король садился в седло и сражался, как подобает настоящему рыцарю. Позже, поскольку страшная болезнь прогрессировала, его уже возили на колеснице, напоминающей катафалк, и герой вместо меча воздевал вверх беспалую руку – все его пальцы съела проказа.

В конце 1178 года Балдуин IV встретил армию Саладина у Аскалона. Уверенные в своих силах, сарацины рассыпались по окрестностям, опустошая все на своем пути подобно саранче. Балдуин, воспользовавшись этим обстоятельством, всего с 375 рыцарями обрушился на лагерь Саладина. Напрасно сарацины отчаянно трубили в трубы, созывая рассеявшихся товарищей; их поражение было полным, все дороги покрылись трупами мусульман, и сам Саладин едва спасся, один, без всякой свиты, умчавшись в степь на верблюде. Однако султан быстро восстановил свои силы. Война продолжалась; успех сменялся неудачей, и этой войне не предвиделось конца.

В 1182 году Саладин попытался овладеть Бейрутом, чтобы разорвать Иерусалимское королевство на две части, но Балдуин отразил его. Затем султан атаковал Алеппо и Мосул, чтобы завершить объединение исламских земель, но прокаженный король вторгся на эти территории, дошел до окраины Дамаска и вынудил Саладина отступить.

К 1183 году плачевное состояние Балдуина Четвертого еще более ухудшилось – он потерял зрение и больше не мог лично участвовать в походах. Догнивая в Сионском дворце, он, тем не менее, еще управлял государством. Понимая, что смерть его близка, Балдуин решился передать иерусалимский престол своему племяннику, трехлетнему сыну Сибиллы от первого брака, а регентом при маленьком Балдуине Пятом назначить Гвидо де Лузиньяна. Нельзя сказать, что его решение было особенно удачным, и прокаженный король вскоре сам убедился в этом.

Саладин с небольшой армией вторгся в Галилею, безжалостно опустошая этот самый плодородный район королевства. Именно тогда представился удобный случай одним ударом покончить с опасным врагом – на тот момент в распоряжении короля Балдуина находилось грозное войско из 1300 рыцарей и 20 тысяч пехотинцев. Король, назначив Гвидо де Лузиньяна главнокомандующим, двинул эту армию навстречу врагу. Но бездарный аквитанец все испортил: он остановился ввиду лагеря неприятеля близ Скифополя и нерешительно топтался на месте до тех пор, пока сарацины не ускользнули.

Гнев короля был ужасен. Он лишил Лузиньяна регентства, приказал отобрать у него владения – Аскалон и Яффу и предать его суду как изменника. Перед Гвидо замаячил топор палача, и тогда он в великом страхе бежал из Иерусалима и заперся в Аскалоне. Все попытки выманить его оттуда успеха не имели. Осаждать сильную крепость не представлялось возможным – Саладин мог воспользоваться раздором в королевстве и нанести неожиданный удар.

В сложившейся обстановке прокаженный король почел за благо поспешить с коронацией малолетнего Балдуина Пятого и назначить ему в регенты на этот раз человека проверенного – им стал ни кто иной, как Раймунд Триполийский, бывший регент самого короля. А несчастный больной король, позабытый всеми, доживал свои последние дни. Что творилось в душе этого молодого человека, едва дожившего до 23 лет, какие адские телесные и душевные страдания он испытывал, невозможно вообразить без содрогания. В марте 1185 года могила, наконец, поглотила свою жертву. А в следующем году умер и бедный ребенок – Балдуин Пятый. Иерусалимским королевством завладел тогда никчемный Гвидо Лузиньян, а завладев, привел его на край гибели.

8. РЫЦАРЬ-РАЗБОЙНИК

РЕНО ШАТИЙОНСКИЙ (?-1187)

Красивый и бравый рыцарь, гроза сарацин, Рено Шатийонский стяжал сомнительную славу отпетого разбойника и поджигателя войны. Приехав в Антиохию в 1153 году, он настолько очаровал вдову тамошнего князя Констанцу, что вскоре стал ее любовником, а затем и мужем. Антиохийский патриарх Аймерих, фактический правитель княжества, не желал допускать и мысли о вторичном замужестве Констанцы, поэтому венчание свершилось втайне. Когда же патриарх узнал о выборе влюбчивой княгини, он был вне себя от ярости. Рено же, сделавшись князем Антиохийским, повел себя надменно и бесцеремонно, не скрывая своего презрения к престарелому князю церкви. Дабы показать, кто теперь хозяин в Антиохии, Рено приказал слугам раздеть строптивого старика, обмазать его медом и выставить на рыночной площади города на растерзание слепням и оводам. После этого истязания несчастного патриарха бросили в темницу.

Подобное обращение с высшим иерархом церкви выходило за всякие рамки. Иерусалимский король и его бароны, возмущенные нахальной выходкой Рено, потребовали немедленно освободить узника. Уезжая из Антиохии, патриарх Аймерих проклял наглеца.

Рено Шатийонский, человек без чести и совести, любил только свободу и деньги. В 1156 году, подкупленный византийским императором Мануилом, он внезапно напал на армянское царство Киликию, не посчитавшись с тем, что армяне были единственными союзниками европейских христиан на Востоке. Разграбив прибрежные города, захватив богатую добычу и множество рабов, Рено, счастливо избегнувший встречи с войсками армянского царя Тороса, поспешил вернуться в Антиохию. Затем он написал императору Мануилу, требуя вознаграждения за свой пиратский рейд. Но Мануил холодно отвечал в том смысле, что разбойник достаточно вознагражден захваченной им добычей, и будет с него.

Обманутый Рено не преминул отомстить. Он заключил военный союз с недавним врагом, армянским царем Торосом, против своего сюзерена, императора Мануила (Антиохийское княжество находилось тогда в вассальной зависимости от Византийской империи). Пока армяне, истекая кровью, бились с войсками империи, Рено напал на слабо защищенный Кипр, тогдашнюю провинцию Византии, и разграбил восточное побережье острова, после чего сообщил императору, что теперь они в расчете.

Грабитель явно недооценил могущество Византии. Мануил сломил сопротивление армян, принудив Тороса к покорности, и Рено Шатийонский перепугался – в одиночку ему не выстоять. Боясь потерять Сирию, Рено пошел на чудовищное унижение: в монашеской одежде, без штанов, с веревкой на шее, он валялся в ногах у императора, оглашая дворец жалкими воплями. Как пишет Гийом Тирский, «…он кричал о прощении и кричал так долго, что все почувствовали тошноту от этого и многие французы стали его презирать и осуждать».

Могущественный император простил своего презренного раба и сохранил за ним сирийские владения. В апреле 1159 года Мануил посетил Антиохию. Император торжественно въехал в город на белом коне и под звуки труб и барабанов важно проследовал по