Заклятый клинок - Алексей Юрьевич Василенко

что ты, кроме своего высокого звания, корабельный мастер первоклассный, что ты ещё многое умеешь. А почему? Потому что ты всерьёз хочешь стать вровень с лучшими. Но ведь то же самое – в шахматах. Ты прекрасно понимаешь, что эта игра потому и великая, что есть в ней все ситуации, которые в жизни случаются: в любви, в любом деле, даже в войне. Смотри: на доске ведь идёт сражение! И в этом сражении, как и во время настоящей войны, не выигрывают титулами, званиями, богатством. Выигрывает тот, у кого больше опыта, кто лучше подготовлен, кто умеет лучше сохранить свои войска, не подставляя их попусту противнику. Хороший игрок может пожертвовать какую-то фигуру для достижения успеха на другом фланге битвы, бывает и такое. И обереги нас бог от того, что мы отдадим свои силы в единственной партии, зная, что предстоит ещё немало других. Каждый из нас должен всё время помнить, что дорога длинна, что впереди – ещё много партий, много других игроков. И чтобы пройти эту дорогу и в конце увидеть свет окончательной победы, нужно уметь распределить свои силы, уметь сберечь их до последнего удара сердца. А ещё – это уже совет третий, – выигрывает тот, кто хорошо изучил соперника, знает его характер, привычки, а потому легче угадывает: какой ход будет у твоего соперника следующий… Хороший полководец может и не уметь играть в шахматы, но мыслит он так же, как в этой игре, иногда даже не подозревая об этом! Есть ещё много способов и приёмов одолеть соперника, и чем больше человек их знает, – тем сильнее он и в шахматах, и в жизни. Я заметил, что и в наших с тобой партиях ты кое-что запомнил, и если случится похожее положение, то ты уже легко с ним справишься. Но главное всё же я уже сказал. Главное – понять соперника, понять его игру…

Да, именно тогда Пётр впервые задумался над этим, а позже сделал одним из главных правил своей жизни. Но конкретно к главному своему сопернику – шведскому королю – это своё правило он впервые приложил в очень тяжёлые для России и для него самого дни, после поражения, конфузии под Нарвой.

Ах, как же тогда его, полностью занятого делами по обустройству России, южными войнами за выход к морю, налаживанию армии на новый манир, как тогда все эти добропорядочные европейские правители из Дании, Польши и Бранденбурга обвели его вокруг пальца, уговорами и переговорами, просьбами, а порой и требованиями. Ему бы как-то оттянуть вхождение России в союз, направленный против Швеции, да только получилось, как получилось. Россия ещё и пальцем шевельнуть не успела для освобождения своих же древних земель, как оказалось, что интриганы просчитались, недооценив именно личность шведского короля. И в Швеции пробудился вулкан: юный восемнадцатилетний король приступил к решительным действиям.

Этого никто не ожидал и не воспринял угрозу всерьёз. Конечно, Европа прекрасно знала, что у шведского короля усилиями его деда и отца, Карла X и Карла XI, уже давно созданы самая лучшая на тот момент сухопутная армия и давно известный в сражениях и на торговых путях прекрасный флот. Но нынешний король стал таковым всего лишь три года назад, в пятнадцатилетнем возрасте. Ему бы не воевать, а играть в военные игры, проводить смотры, военные парады и манёвры, чем он усердно и занимался в предыдущие годы под руководством своего наставника, известного генерала Стюарта, пренебрегая при этом не только науками и политикой, но и государственными делами. Впрочем, последнее тоже прочно было поставлено его отцом, поэтому шведская телега с хорошо смазанными колёсами катилась вперёд, не скрипя и не ломаясь…

И вдруг львёнок очнулся и стремительно собрал свою армию в карающий поход. Ему казалось, что его позвала к действиям волна всеобщего негодования шведов при попытке вмешательства в их жизнь и их интересы. На самом деле, как всегда и везде, народу просто внушили, что это его интересы, внушили лица правящие. А вот их интересы были в первую очередь в Дании, поэтому её следовало наказать прежде других. Тут же часть армии была погружена на корабли, войска высадились на европейском берегу, где быстро разбили датские отряды, собранные в спешке. Юный шведский король вынудил короля Дании отказаться от заключённого союза и… совершенно неожиданно для побеждённых отказался от приобретения за счёт территории Дании каких бы то ни было земель!

Карл был счастлив уже самой одержанной победой, а оттого и великодушен. Как и в самые юные годы, у него продолжалась, хоть и в другом качестве, игра в войну… Именно поэтому вместо окончательного захвата, удовлетворившись покорностью датского короля, Карл XII, решив надавать пощёчин сразу всем своим неприятелям, велел снова посадить армию на корабли и направить их из Карлсгамна на восточное побережье Балтики, в Пернов, чтобы продолжить свой поход на этот раз против русского царя.

И снова стремительность и решительные действия привели его к победе: под Нарвой русские были отброшены, если не сказать – разгромлены! Услужливые голоса позже сообщили ему сведения о том, как русский царь босиком, без шляпы и в разодранном кафтане удирал по глубокому снегу в свою Москву, оставив под стенами крепости почти всю артиллерию. Насчёт артиллерии – это было правдой. Что до остального… Карл, конечно, прекрасно понимал, что подобные картинки не могут дать правдивую, точную картину, что они рождаются в разгорячённых успехом головах людей из его окружения. Но слушать такие домыслы было так приятно! И он поверил в них, поверил в то, что Россия сломлена окончательно. Тем более, что после побед в Дании и России пришла очередь Саксонии. И тут до Карла дошли слухи, что курфюрст саксонский и король польский Август II уже начал готовить мирные предложения. Но Карл не хотел мира! Жёсткая мстительность, поддерживаемая талантом, не давала ему покоя. Он обязательно должен был на глазах всей Европы отхлестать дерзких правителей, которые осмелились созданием своего союза посягнуть на шведские зоны влияния! И не прошло и месяца после победы под Нарвой, как он приказал направить армию на Польшу.

Опытный шведский генералитет, точно уловивший плохую боеготовность русской армии, слабость Петра, почти единогласно предлагал продолжать гнать русских. По возможности – до самой Москвы. Но Карл был упрям, как сотни шведских генералов, вместе взятых. Памятуя стремительные захваты разных стран своим кумиром Македонским, Великим Александром, он решил сделать ещё никогда не бывалое: за один год привести к покорности три государства! И он пошёл-таки на Польшу, упуская при этом явную выгоду продолжения войны в России.