Тень — тоже ты. Принять себя целиком, а не только “хорошие” части - Мария Салихова

вычитал в интернете, что это помогает от язвы желудка. Неприемлемые для общества собственные действия человек объясняет ложными аргументами, которые в обществе приветствуются. Мы не хотим признавать, что предаем, лжем, завидуем, вредим, причиняем вред, обижаем. Нам важно сделать неприемлемое приемлемым. Так сохраняется чувство самоуважения и не возникает тревоги.

Пример проекции — рассказ партнера о себе, направленный вовне. Следующая сцена, я думаю, покажется знакомой многим. Семейная пара выясняет отношения. Один из супругов заводится, распаляется и начинает говорить на повышенных тонах. При этом тут же обвиняет партнера: «Зачем ты повышаешь на меня голос?» И далее — по списку: «Ты меня не слышишь. Ты меня ни во что не ставишь. Ты грубиян, агрессор и абьюзер!»

Персонификацию тени можно описать как переживание, что «внутри меня кто-то живет». Клиент говорит:

Я живу двойной жизнью на две семьи. Вообще-то, я хороший человек, но есть во мне что-то такое… что не дает покоя. Что это? Порча в крови? Или гонит по свету нечистая сила?

Или еще одна фраза: «Я ношу крылья ангела, но меня раздирают черти».

Мы персонифицируем свое темное: «двойник», «альтер эго», «демон», «искушение», «мои закидоны», поскольку так мы психологически отстраняемся, дистанцируемся от поведения, эмоций и мыслей, которые кажутся нам ужасными и опасными.

Мы используем семантику животного мира, чтобы объяснить чуждое себе поведение. Обычно я «добр как слон», «спокоен как удав», «дружелюбен как собака». Но меня «укусила какая-то муха», и я «как с цепи сорвался», «напился как свинья», «убежал как крыса», «укусил как гадюка», «стащил как сорока».

Иногда внутри нас живет монстр. А иногда там уютно устроились тараканы — мерзкие, никчемные, никудышные, примитивные, досадно щекотливые существа. Может, внутренние монстры — это еще не повзрослевшие тараканы?

Они следуют за нами по пятам и при каждом удобном случае пытаются выбраться на волю. Они не ломают нам жизнь, но подтравливают: то «сосут под ложечкой», то «свербят», «зудят задетым заусенцем», но главное — не дают чувствовать себя достойным человеком. Мы тратим колоссальное количество энергии, чтобы вытравить их. Но ни дихлофос, ни тапочка, ни мелок «Машенька» их не берут. Тараканы, как известно, и в радиации выживают.

Человек состоит из противоборствующих ценностей и энергий. Те из них, которые мы отказываемся принимать в себе из страха, что нас отвергнут значимые для нас люди, вытесняются в бессознательное и становятся тенью.

Бдительное сознание старается не допускать несанкционированных побегов и держать под контролем свободолюбивую тень. Однако тень однажды начинает жить собственной жизнью и становится подспудной причиной нашего поведения и действий.

Сознание целенаправленно стремится уничтожить все, что не соответствует «желаемому». Мы начинаем рассказывать истории о себе, какими мы не являемся и никогда не станем. При этом увлекаемся так, что сами начинаем в них верить.

Разными способами мы пытаемся подавлять то, в чем не готовы признаться не то что близким, а даже себе. Изо дня в день мы прикрываем свою обнаженную суть, держим себя под строгим контролем, чтобы по случайности не выплеснуть наружу все, что нельзя показывать. Такие вот мы «темные лошадки».

Узнали себя в описании? Если да, то не думайте, что с вами что-то не так. Тень есть у всех. «И если вы ничего плохого не делаете, то лишь потому, что вам не представилось возможности» [4]. Или вы очень хорошо притворяетесь.

Откуда взялись маски

Притворяться и прогибаться под изменчивый мир — это труд. По интернету гуляет фраза: «Чтобы стать как все, надо хирургическим путем удалить часть органов или сделать харакири и заставить себя поверить, что все так и было». Надо всегда быть начеку: сначала оценить реакцию других и только затем проявить собственную. Держать ухо востро, нос по ветру, язык за зубами — тормозить свои слова или движения и фильтровать речь.

Мы используем маску, чтобы заглушить бессознательную мысль: «Я недостаточен. Чтобы получить все нужное, мне необходимо играть какую-нибудь роль». Маска — это этакий соцпакет, набор уместных качеств и поведенческих моделей.

Это свойства, которых у нас нет, но мы делаем вид, что они есть. Это подмена эмоций, которые мы на самом деле испытываем, — теми, которые предъявляем вовне.

Давайте посмотрим, как именно это происходит.

Когда мы начали притворяться?

Мы с вами уже говорили о том, что рождаемся, не зная, что такое плохо, а затем чутко ловим, чего от нас ждут (рис. 1., табл. 1). Мы быстро учимся понимать, что отношение к нам зависит от того, насколько поведение соответствует внешним требованиям. С детства каждый из нас получает и усваивает множество явных и скрытых посланий: «Не балуйся, сиди спокойно», «Хорошие девочки не бывают злыми», «Мальчики не плачут». Мы делаем вывод: «Громкий смех и веселость вызывают у мамы тревогу», «Мое желание “сделать все быстро” обижает отца». Мы слушаем, смотрим и стараемся соответствовать требованиям близких, потому что боимся потерять их расположение, разочаровать или вызвать гнев. Утаивание естественных качеств нашего истинного «я» и стремление понравиться другим (прежде всего родителям) позволяют нам выжить в юном возрасте, когда мы не можем сами о себе позаботиться.

Мы учимся быть покладистыми, потому что родителям не нравится, когда мы злимся и настаиваем на своем («Как тебе не стыдно пререкаться с матерью!»). Нас атакуют поучения ближайшего окружения из разряда «Как делают хорошие дети». Каждый родитель верит при этом, что ребенок вырастет приличным человеком и будет устойчив к жизненным невзгодам. Когда общество и близкие считают наши желания и эмоции неуместными, наказывают за поведение и порицают поступки, мы инстинктивно начинаем их избегать, чтобы вписаться в установленные рамки. Громко смеяться — неприлично, проявлять инициативу — опасно, опаздывать — плохо, быть сексуальной — стыдно. Эти качества и желания отправляются в тень: мы подавляем их и делаем все, чтобы соответствовать стандартам и не быть отвергнутым.

Возможно, вы подумаете, что во взрослом возрасте мы наконец-то обретаем свободу, ведь нас больше не сковывают никакие правила и условности? Отнюдь. Мы забиваем на врожденные наклонности и желания, к которым наше окружение не было готово, и при этом продолжаем сохранять фантазию о том, как получать то, что нам необходимо. Она состоит из ожиданий и надежд, при каких условиях можно было бы получить от окружения любовь и удовлетворение своих потребностей: «Если бы я вел себя правильно (лучше объяснял, больше старался, поработал над собой, вылечился…), то смог бы сделать наши отношения лучше (понравиться тебе). Я стану лучше всех, всем вам докажу, и вы