Избранное - Сол Беллоу

- Старики братья. Дети дальних родственников, - сказала Хелен.

Она пыталась сообразить, кого призовут, когда она сама сляжет - в ее возрасте этого следует ожидать. Рольф позаботится, чтобы за ней был уход. Наймет сиделок. Хетти это не по карману. Ей и так уже пришлось потратиться не по средствам. Одна трасткомпания в Филадельфии выплачивала ей в месяц восемьдесят долларов. Имелись у нее и крохотные сбережения в банке.

- Смахивает на то, что оплата ее долгов ляжет на нас, - сказал Рольф. - Если только не приедет ее братец из Мексики. Не исключено, что нам придется вызвать кого-то из этого старичья.

* * *

В конце концов к родственникам обращаться не пришлось - Хетти пошла на поправку. И со временем стала узнавать посетителей, хотя голова еще не прояснилась. Из того, что случилось, она мало что помнила.

- Сколько литров крови мне перелили? - с этим вопросом она приставала ко всем. - Я вроде бы помню пять, шесть, восемь переливаний. При дневном свете, при электрическом. - Она пыталась выдавить улыбку, но приятное выражение не давалось - она не владела лицом. - Как я заплачу за кровь? вопрошала она. - Литр стоит двадцать пять долларов. Те деньги, что у меня имелись - а их и было немного, - чуть не все вышли.

Кровь стала темой всех ее разговоров, главной ее заботой. Кто бы ни навещал ее, она заводила свое:

- ...пришлось всю-всю кровь заменить. В меня вливали кровь ведрами. Ведрами. Надо надеяться, что кровь была не порченая.

И хотя силы к ней не вернулись, она скалилась и смеялась по-прежнему. Вот только смех чаще перемежался свистом: болезнь сказалась на бронхах.

- Ни курить, ни надираться ей нельзя, - сказал Хелен врач.

- Уж не думаете ли вы, доктор, - спросила Хелен, - что она переменится?

- И тем не менее мой долг предупредить вас.

- Хетти вряд ли сочтет соблазнительной перспективу трезвой жизни, сказала Хелен.

Муж ее засмеялся. Когда Рольф заходился смехом, один глаз у него слепнул. Сплюснутая ирландская моська наливалась кровью; спинка острого носишка белела.

- Тут мы с Хетти два сапога пара, - сказал он. - Она пить не перестанет, пока не сопьется вчистую. И если бы воду на озере Сиго претворили в виски, Хетти легла бы костьми, но разобрала бы свой старый дом на доски, чтобы построить плот. И поплыла бы, закачалась на алкогольных волнах. А раз так, что толку призывать ее к трезвости?

Хетти тоже признавала их сходство. Когда Рольф пришел ее проведать, она сказала:

- Джерри, по-настоящему я могу обсудить мои неприятности только с тобой. Как мне раздобыть деньги? У меня есть хотчкисовская страховка. Я каждый месяц вносила по восемь долларов.

- Она тебе мало что даст, Хет. Ты не член Синего креста*.

* Синий крест - неприбыльная страховая организация, возмещающая расходы на операции и т.п. членам, постоянно уплачивающим взносы. (Здесь и долее примеч. переводчиков.)

- Я перестала платить взносы лет десять назад. А что, если попробовать продать что-нибудь из моих ценностей?

- Какие еще у тебя ценности? - спросил Рольф. От смеха глаз у него почти закрылся.

- Да ты что, - взвилась Хетти. - У меня их хоть отбавляй. Во-первых, прекрасный персидский ковер, который мне оставила Индия, - ему цены нет.

- Он весь в дырах, Хет, его все эти годы прожигали угли из камина.

- Ковер в отличном, просто отличном состоянии. - Хетти сердито передернула плечами. - Такой прекрасный ковер всегда ценность. А дубовому столу из испанского монастыря три сотни лет.

- За него можно выручить долларов двадцать, и то если повезет. А чтобы увезти его, придется выложить не меньше пятидесяти. Дом - вот что тебе надо продать.

- Дом? - сказала она. Да, такая мысль посещала ее. - За него я могла бы выручить двадцать тысяч.

- Ему красная цена - восемь.

- Пятнадцать... - От обиды голос ее зазвучал с прежней силой. - Индия за два года вложила в него восемьдесят тысяч. И не забывай, что в мире мало есть мест красивее озера Сиго...

- Ну и что с того? От него до Сан-Франциско восемьсот километров с гаком, а до Солт-Лейк-Сити - триста. Кому взбредет в голову поселиться здесь, кроме таких ненормальных, как ты с Индией? Да я?

- Есть нечто, что не измеряется деньгами. Красота.

- Что ты несешь, Хет? Ты в красоте понимаешь как свинья в апельсинах. Точно так же, как и я. Я живу здесь, потому что меня это устраивает, ты потому что Индия оставила тебе дом. И вдобавок как нельзя кстати. Иначе у тебя не было бы ни кола ни двора.

Его рассуждения Хетти оскорбили, более того, напугали. Она примолкла, слова Джерри Рольфа заставили ее задуматься: ведь они были друг к другу привязаны. Джерри не откажешь в здравом смысле, к тому же он высказал то, о чем она и сама думала. Все, что он говорил и о завещании Индии, и о доме, было чистой правдой. Но, убеждала она себя, не такой уж Джерри и всеведущий. Архитектор из Сан-Франциско запросит как минимум десять тысяч за то, чтобы только подумать о проекте такого дома. До того, как возьмет в руки рейсфедер.

- Джерри, - сказала старуха. - Что мне делать, как возместить кровь банку крови?

- Надеешься получить литр-другой от меня, Хет? - Веко на одном его глазу пошло вниз.

- Твоя кровь не годится. У тебя два года назад была опухоль. Дарли вот кто должен отдать как минимум литр.

- Старикашка-то? - Рольф фыркнул. - Ты что, прикончить его задумала?

- Скажешь тоже! - Хетти рассердилась, оторвала от подушки оплывшее лицо. От высокой температуры и пота кудерьки надо лбом посеклись, а на затылке так спутались и свалялись, что их пришлось сбрить. - Дарли чуть не убил меня. Я совсем плохая стала, и виноват в этом Дарли. Хоть сколько-то крови у него есть. Он ведь ни одной дамочки, хоть молодая, хоть старая, не пропустит.

- Брось, ты ведь тоже была в подпитии,