Грело. Гаспар де Марсан. Том I - Александр Шевец

— Де Монталь! Если закончили государственные дела, вернитесь в строй!

Тео обернулся.

— Мне надо идти.

— Иди. — Гаспар отступил от колонны. — С мостом сегодня уже разобрались. Со стойкой тебе придётся самому.

Тео коротко поклонился и побежал обратно.

Офицер поставил его в новую пару. Тео поднял деревянный клинок, проверил положение ног и дождался команды. Первый удар он принял слишком жёстко, второй уже отвёл в сторону.

Гаспар постоял под аркой ещё несколько секунд, потом повернулся и продолжил путь к кухне — в третий раз за день с одинаковыми шансами на успех.

Глава 18. Молва

Мишель Арно оказался человеком, которого Гаспар меньше всего ожидал увидеть в центре хоть какого-нибудь расследования.

Сапожная мастерская занимала первый этаж узкого дома возле северного рынка. Через открытую дверь тянуло кожей, воском и нагретым клеем; у стены висели готовые сапоги, на длинном столе лежали колодки, ножи и мотки просмолённой нити. Сам хозяин сидел у окна и пришивал подошву к высокому дорожному сапогу, когда вошли Гаспар и Леклер.

Арно было около сорока пяти. Крепкий, начинающий полнеть, с коротко подстриженной бородой и кожаным фартуком поверх простой серой одежды. На появление людей из Бельрива он отреагировал не испугом, а явным неудовольствием человека, которого второй раз за утро отвлекают от работы.

— Господин Леклер? — Арно отложил сапог и поднялся. — Мне сказали, вы вчера спрашивали обо мне.

— Вчера спрашивал. Сегодня решил поговорить с вами самим, — ответил Матье, остановившись у рабочего стола.

Сапожник перевёл взгляд на Гаспара. Де Марсан пришёл в обычном тёмном дублете и плаще, но лицо Арно всё-таки узнал.

— А он зачем?

Гаспар оглядел несколько пар сапог, висевших у стены.

— Обычно люди спрашивают об этом немного позже.

— Я редко разговариваю с королевскими шутами, — пояснил Арно, всё ещё разглядывая его.

— Повезло. Большинство из них ужасно надоедливы.

Арно нахмурился, пытаясь понять, следует ли смеяться. Леклер не дал ему времени на решение: достал из папки карточку Жана Реми и положил её на край верстака.

— Двадцать шестого мая дворцовый рассыльный оставил у вас пакет для Люка Вийе. Здесь ваша подпись.

Мишель вытер пальцы о фартук, взял карточку и поднёс ближе к окну.

— Было такое, — подтвердил он, довольно быстро возвращая бумагу.

— Сам пакет помните? — спросил Гаспар.

— Смутно. Реми принёс что-то завёрнутое в плотную бумагу и сказал, что это вещи покойного брата Люка. Я сначала брать не хотел.

— Почему? — Матье убрал карточку обратно в папку.

Арно пожал плечами.

— Не люблю отвечать за чужое. Особенно за вещи умершего человека. Потом увидел канцелярскую печать и согласился.

— Печать была цела?

— Была. — Сапожник кивнул без раздумий. — Я сам на неё смотрел.

Гаспар прошёл к задней части мастерской. За плотной занавеской виднелась небольшая комната с полками, свёрнутой кожей и тяжёлым сундуком у стены.

— Куда положили пакет?

— Туда. — Арно указал на сундук. — Сразу запер.

— Почему не оставили здесь? — Гаспар оглянулся на него.

— Потому что сюда за день входит полгорода. — Мишель взял с верстака шило и покрутил его между пальцами. — В сундуке держу деньги, хорошую кожу и всё, что не должно лежать перед каждым покупателем.

Леклер подошёл к занавеске и посмотрел на железный замок.

— Кто имел ключ?

— Я и жена.

— Сын?

Арно покачал головой.

— Антуан тогда был в Мо на ярмарке. Вернулся через три дня.

Гаспар заметил, что Матье даже не потянулся за карандашом. Значит, это он уже проверил.

— Жена открывала сундук до прихода Люка? — спросил де Марсан.

— Нет. В тот день она ушла к сестре ещё утром. Я сам положил пакет внутрь и сам вечером достал.

— Люк пришёл во сколько?

Мишель поставил шило на верстак и задумался.

— Перед закрытием. Уже начинало темнеть.

— И вы отдали пакет ему в руки?

— Да.

Гаспар подошёл ближе.

— Печать всё ещё была целой?

На этот раз Арно посмотрел на него с явным раздражением.

— Господин де Марсан, второй раз я её со свечой не рассматривал. Пакет выглядел так же, как когда я положил его в сундук. Шнур был на месте, бумага не разорвана. Этого вам достаточно?

— Вполне, — ответил Гаспар и отошёл от верстака.

Леклер тем временем раскрыл папку.

— Вы содержимое не видели?

— Нет. Люк потом говорил, что там были письма, ключи и какая-то мелочь. Сам я пакет не открывал.

— Тогда зачем вы спрашивали Реми, придёт ли после него нотариус? — поинтересовался Гаспар.

Арно на секунду задумался, а потом усмехнулся.

— Потому что после смерти брата Люк несколько дней ходил то к нотариусу, то в контору Бонне, то к хозяину комнаты. Я решил, что и за этим пакетом потом кто-нибудь явится с бумагами. Мне совершенно не хотелось оказаться между наследником и чиновником из-за пары старых рубах.

— Рубах там, кажется, не было, — заметил Гаспар.

— Значит, мне повезло ещё больше.

Леклер позволил себе короткую улыбку, но тут же вернулся к делу.

— Когда Люк забирал пакет, в мастерской был кто-нибудь ещё?

Арно посмотрел на дверь, затем на дальний стол, вспоминая обычный рабочий вечер четырёхмесячной давности.

— Подмастерье ушёл раньше. Покупатель заходил незадолго до Люка, забрал готовые сапоги и ушёл. Когда я вынул пакет из сундука, мы были вдвоём.

— Люк вёл себя как-нибудь необычно? — спросил Матье.

Сапожник нахмурился.

— У человека несколько дней назад умер брат. Я не знаю, какое поведение вы предлагаете считать обычным.

Леклер посмотрел на него несколько секунд, потом закрыл папку.

— Справедливо. Если вспомните что-нибудь ещё, передайте через ближайший пост дворцовой стражи.

— Передам. — Арно снова сел за верстак и придвинул к себе недошитый сапог.

Гаспар уже дошёл до двери, но задержался, разглядывая пару высоких сапог возле окна.

— Хорошие?

Мишель проследил за его взглядом.

— Девять экю.

— Тогда недостаточно хорошие.

Арно фыркнул.

— Для вас сделаю за десять.

Гаспар повернулся к Леклеру.

— Вот поэтому ремесленникам нельзя давать свободу торговли.

На улицу он вышел первым.

Северный рынок уже работал в полную силу. Возчики ругались из-за места у обочины, между телегами протискивались женщины с корзинами, мальчишка тянул на верёвке козу, которая явно собиралась идти в другую сторону. Леклер остановился у мастерской, пропуская гружёную повозку, и только потом догнал Гаспара.

— Ну? — спросил де Марсан.

— Что именно тебя интересует?

— Ты ведь уже выяснил, что Арно тайно владеет типографией, двумя постоялыми дворами и половиной Орлеана.

— Боюсь разочаровать. — Матье натянул перчатку и пошёл вдоль края улицы. — Он владеет этой мастерской, половиной дома вместе с братом жены и шестьюдесятью экю долга поставщикам. Ничего необычного.

Гаспар обернулся на окно мастерской. Арно