Тайна голубого стакана - Алексей Васильевич Попков

Алексей Попков

Тайна голубого стакана

Серия «Шпионы. Дело №…»

Текст печатается по изданию:

Попков А. Тайна голубого стакана. Красноярск: Красноярское книжное издательство, 1955.

© Попков А.В., наследники, 2025

© Хлебников М.В., составление, предисловие, 2025

© ООО «Издательство «Вече», оформление, 2025

«Проявил себя беспощадным в борьбе с врагами Родины…»

Говоря о судьбе отечественного шпионского романа, мы часто сетуем на то, что в период его расцвета официальная критика на него не реагировала. Он по умолчанию считался представителем низкого жанра, призванного в лучшем случае развлекать и воспитывать. Но есть нечастые примеры того, как автор шпионской книги все же попадал в поле зрения литературного сообщества. И нельзя сказать, что подобное внимание радовало писателя…

Алексей Васильевич Попков родился в 1910 году в Кургане. Он получает образование горного инженера и в середине 1930-х годов приезжает в Сибирь, где трудится на рудниках и приисках Енисейской тайги, на шахтах Черногорска в Хакасии. Грамотный, инициативный инженер обратил на себя внимание. Его приглашают на работу в партийный аппарат. Сегодня стало принято представлять партийных деятелей как людей, выкрикивающих лозунги на собраниях и митингах. Да, были и такие. Но подготовка к неизбежной войне требовала не только идеологической накачки. Необходимы были те, кто мог грамотно руководить промышленной, технологической гонкой, без выигрыша в которой победа в войне не представлялась возможной. 1941 год стал временем тяжких испытаний и потерь. Теперь уже фронту требовались командные кадры. Осенью 1942 года, когда во многом и решалась судьба противостояния с гитлеровской Германией, Попков отправляется на фронт. О том, что партийный работник не отсиживался в тылу, свидетельствуют строки наградных документов.

Из представления к ордену Красной Звезды:

«Майор Попков на фронте отечественной войны – с сентября 1942 года. Сначала на Калининском, а затем на Северо-Западном фронтах.

Будучи комиссаром, а затем зам. командира 45 отдельной лыжной бригады, принимал непосредственное участие в боях, лично руководил боевыми операциями.

До призыва в Действующую Армию работал секретарём Красноярского Обкома ВКП(б) по промышленности. С июня 1943 г., работая в Управлении контрразведки “СМЕРШ” фронта, провёл большую работу по разработке новых методов внедрения нашей агентуры в разведывательные и контрразведывательные органы противника. Лично осуществил две переброски через линию фронта…»

Не меньшее впечатление производит и представление ко второму ордену Красной Звезды:

«За время работы Начальником Отделения Контрразведки НКО “СМЕРШ” 15 Стрелковой Сивашской ордена Ленина дважды Краснознаменной дивизии… тов. ПОПКОВ проявил себя беспощадным в борьбе с врагами Родины, способным и умелым руководителем органа и организатором личного состава дивизии на борьбу с вражескими проявлениями.

За период 7.4.44 по 7.7.44 года под руководством тов. ПОПКОВА в частях дивизии разоблачено 4 изменника Родины и одна группа офицерского состава, готовившаяся совершить дезертирство и 7 дезертиров в одиночку».

А вот строки из наградного документа осени 1944 года:

«Тов. ПОПКОВ только за последнее время разоблачил большое количество преступного элемента. Все они были арестованы и осуждены Военным Трибуналом к разным срокам.

Тов. Попков во время подготовки к боевым операциям и в период боевых операций армии организовал проческу населённых пунктов и лесных массивов в местах размещения штаба и боевых порядков дивизии, тем самым предупредил возможность проникновения на территорию боевых порядков дивизии к/р шпионского, диверсионного и других элементов.

Тов. ПОПКОВ 19 октября 1944 года, выполняя специальное оперативное задание командования, в районе боевых порядков 15 стр. дивизии от разрыва вражеского снаряда тяжело ранен. Операцией ему ампутирована правая рука».

Победу майор Попков встретил с двумя орденами Красной Звезды и двумя орденами Красного Знамени. С такими наградами и послужным списком он мог смело рассчитывать на возобновление партийной карьеры. Но Попков делает другой выбор. Вернувшись в Сибирь, он обращается к практической работе. Диплом инженера в послевоенные годы открывал широкую дорогу для того, что мы сегодня называем профессиональной самореализацией. Горный инженер Попков с головой погружается в мирную, созидательную жизнь. Опыт руководящей работы и практические знания – не такое уж и частое соединение. В конце 1947 года Постановлением Совета Министров СССР образовано Управление Красноярского горного округа. Его руководителем назначили Попкова. Во главе организации он стоял четверть века. Одновременно Алексей Васильевич возвращается к литературным опытам, начатым ещё в конце 1930-х годов. Результат не заставил себя ждать. В 1950 году в Красноярске выходит его первая книга – роман «Счастливый путь».

С самого первого момента появления в литературе Попкова «полюбили» критики или те, кто добровольно взял на себя эту нелегкую работу. Так, на его дебютный роман с неестественной горячностью откликнулся московский прозаик Иван Арамилев. В первом номере журнала «Сибирские огни» за 1951 он выступил с развернутой рецензией с говорящим названием «Беллетризация темы». Арамилев, автор рассказов об охоте, жалуется читателям на чрезмерную перегруженность книги Попкова производственными деталями. Подобные упреки странно сочетаются с названием рецензии. Кроме того, Арамилева не устраивает образ директора шахты «Ударная» Иннокентия Налимова:

«Этот Иудушка Головлёв – член партии! Он упорно лезет вверх, делает блистательную карьеру. Обзаводится домом, коровой, телятами, становится начальником крупной шахты, женится на хорошей девушке. Все его низменные помыслы в одном: “набить карман и ходу!”. И он успешно набивает. Он враг новаторов, враг новой техники. Что там угольный струг или комбайн! Иннокентий Налимов даже врубовку не хочет допустить на свою шахту! Не признаёт! Он выезжает на обушке и мускульной силе шахтёров.

Чтобы получать премиальные, Налимов делает жульнические приписки к добыче угля. Пятьсот тонн “приплюсовал” за один месяц!

Перед нами законченный злодей, мерзкий в быту, в отношениях к родителям, очковтиратель на производстве, махровый бюрократ и консерватор. Можно ли поверить автору, что такой нравственный урод и кретин годами держится на ответственном посту и благоденствует?!»

Можно поверить, Иван Андреевич, можно… Арамилев учит сибирских издателей тому, как они обязаны были реагировать на рукопись Попкова:

«Как должно было поступить издательство, получив рукопись романа А. Попкова? Редакторы обязаны были сказать автору, что он представил не художественное произведение, а сырой материал к роману, фрагменты и заготовки; что над рукописью надо работать и работать!»

Критик не успокоился на достигнутом. Используя столичные связи, он перепечатывает сокращенный вариант текста не где-нибудь, а в «Литературной газете». В № 27 издания в том же 1951 году публикуется рецензия второй свежести под новым названием «О машинах и людях» с теми же самыми разгромными пассажами. Некоторые моменты были даже усилены. Если в журнальном варианте по