Происки любви - Владимир Михайлович Алеников

– Неужели? – сомневался Виктор.

– Само собой! – уверенно парировал Гена. – Что я, не вижу, что ли? А о чём ей ещё думать-то! Они все только об этом и думают.

– А вот эта? – спрашивал заинтересованный Виктор, указывая на вполне солидную с виду, среднего возраста даму.

– Эта? – оценивающе оглядывал объект Гена. – Эта только что оттрахалась с пожилым любовником, а теперь думает, кому бы ещё дать, помоложе.

– С чего ты взял? – искренно удивлялся Виктор.

– Да ты только посмотри, как она ходит! – с жаром убеждал его ценитель слабого пола. – Как будто ей засунули, а вынуть забыли. Тётя Мотя, что вы трёте между ног, когда идёте! Даже не сомневайся, Борисыч, ясное дело, у неё там всё зудит. Умирает как хочет.

– Ну хорошо, допустим, – соглашался Виктор, – а вон старушка идёт, она что, тоже, по-твоему, об этом мечтает?

– Она вспоминает, – ни на секунду не задумавшись, отвечал знаток женской души, – вспоминает, как трахалась. Хорошо, мол, было, но мало.

– А эти девочки?

– Школьницы-то? Эти, понятное дело, думают, поскорей бы подрасти, чтобы начать трахаться. Думают, хорошо бы кто-нибудь так целку сломал, чтобы мама не узнала. Как говорится, поебёмся, Оленька, пока пиздёнка голенька, а как вырастет пушок, хуй достанет до кишок!

И Гена, в восторге от своих литературных познаний, разражался громким жизнерадостным смехом.

Виктора поражало, что на супружеской жизни бесконечные сексуальные похождения телемастера никак не отражались, напротив, брак его отличался редкой стабильностью и долгосрочностью. Также восхищал его юношеский энтузиазм, с которым переваливший за полтинник Гена относился к этой сфере существования, поскольку лично с ним никаких подобных страстей на половой почве не происходило со времён Нонны Поглазовой.

Его сексуальные отношения с Любой давно превратились в обычную будничную рутину, которой, так уж сложилось, придавалось не слишком большое значение в их совместной жизни. Куда важнее было кино, то бишь его работа, или, скажем, её деятельность, а также различные дела, переживания из-за Насти, Аллы и тому подобное. На интимные радости времени и сил оставалось мало, и тем самым тема эта на передний план никогда не выплывала, хотя и маячила постоянно где-то на периферии сознания, периодически робко напоминая о себе.

В отличие, кстати, от темпераментного Гены, который, напротив, с неё буквально не съезжал и оттого пользовался малейшим поводом заскочить к Виктору, с тем чтобы с упоением в красках живописать ему детали очередного курортного или служебного, но столь же кратковременного романа. Гордин относился к рассказам весьма иронично, что, впрочем, не мешало ему с интересом внимать бесконечным сексуальным похождениям донжуанистого телемастера.

На этот раз Гена с удовольствием делился новым, не так давно освоенным опытом, посещением так называемого массажного салона. То есть на самом деле полное название заведения звучало так: «Салон эротического массажа», но слово «эротический» скромно опускалось как сотрудниками или, точнее, сотрудницами салона, так и его посетителями.

– Короче, Борисыч, это улёт, понимаешь! – горячился телемастер, смачно прищёлкивая языком. – Ты лежишь, а они тебя в четыре руки обрабатывают. Знаешь какой кайф! Я лично через пять минут уже приплыл. Так кайфанул, что не выдержал. Одну даже за попку укусил. Ну, ту, которая поменьше, Леночку.

– А Леночка что? – поинтересовался Виктор, против собственного ожидания с предельным вниманием слушавший мастера.

– Да ничего, я ж не больно, так, поиграться.

– И что, поигрались? – уточнил Виктор.

– Ну да! – просиял злоебучий мастер. – Ещё как! Я ж тебе говорю, Борисыч, кайф! И недорого, главное. Мне, конечно, скидку делают, я всё ж таки там постоянно бываю, пару раз в неделю это уж всяко, к маме не ходи, но насчёт тебя, если хочешь, я там шепну кому надо, с тебя тоже много не возьмут, рублей пятьсот, не больше. Я тебе очень, Борисыч, рекомендую. А то вон ты какой смурной, тебе расслабиться полезно. Совсем по-другому будешь вокруг смотреть, поверь мне. Ну чего, оставить телефончик?

– Да нет, пока не стоит, – отмахнулся Виктор. – Мне сейчас не до этого!

– Не до этого? – поразился телемастер. – Как это может быть не до этого?! Ты что, Борисыч! Ты только попробуешь разок, тебя за уши не оттянешь, я тебе говорю! Это тебе не просто перепих какой-то, тут всё по науке, заторчишь на полную катушку, я тебе обещаю. Ну так чего, написать номерок?

– Ну давай, пиши, – вяло согласился Виктор, понимая, что иначе от настырного Гены не отделаешься.

– Вот это другое дело! – обрадовался тот, доставая потрёпанную записную книжку. – На вот, позвонишь, там Таня подойдёт, администраторша. Ты ей скажешь, что от меня, ну и договоритесь, когда подъедешь, у неё там расписание, надо заранее договариваться. Тебе, кстати, Борисыч, тайские таблетки для похудания не нужны? Прямо оттуда, с Тайваня, из лучшего ихнего госпиталя, шикарное качество, с инструкцией. Может, продашь кому? Я по дешёвке отдам, за эту цену ты нигде не найдёшь.

– Да нет, Гена, спасибо, – на этот раз уже весьма решительно отказался Виктор, – пока не надо. Я подумаю, если что, свистну тебе.

– Ну и ладно, – нимало не огорчился любитель дам. – Как знаешь. Товар хороший, расходится быстро. В общем, я видик забрал, забегу на днях. Ты, главное, позвони туда, не забудь, говорю тебе, не пожалеешь!

– Хорошо, конечно, – закивал Виктор, с облегчением закрывая дверь за словоохотливым мастером. – Позвоню обязательно.

Он постарался, чтобы обещание это не прозвучало совсем уж фальшиво, и, произнеся его, вдруг поймал себя на том, что внутри внезапно маленьким ожившим червячком зашевелилось какое-то паршивенькое запретное любопытство, неожиданно для него самого поколебавшее его подспудную, ни на чём, впрочем, не основанную изначальную уверенность в том, что он никогда в жизни не воспользуется щедро предоставленным неуёмным Геной номером телефона.

На следующее утро он вёз на работу разгневанную Людмилу.

– Ты вообще, Гордин, в своём уме?! – кипятилась экс-вайф. – О чём ты только думаешь!

– Я-то тут при чём? – огрызнулся Виктор и тут же пожалел о своей несдержанности.

Плотину мгновенно прорвало, и на него обрушился мощный поток, сносящий на своём пути любые жалкие попытки сопротивления.

– При чём тут он! – возмущённо вскрикивала Людмила. – Вы только его послушайте! Действительно, при чём?! Ты никогда не при чём! Дочь гибнет, а тебе всё по хую мороз! Твой дружок её соблазнил, а тебе насрать! Ты просто чудовище, Гордин! Ты хоть вдумайся, что происходит с девочкой?! В какие крайности её бросает! Сначала араб, теперь еврей! К тому же старше её вдвое! Ему скоро на пенсию пора, а он, старый кобель, что надумал! Ты хоть раз с ним говорил?! Мне интересно, как он тебе в глаза смотрит, соавтор грёбаный!.. Ты обязан повлиять на эту кошмарную ситуацию. Аллу надо спасать!..

Виктор рассеянно слушал бывшую супругу, не переставая удивляться тому,