Первый контакт - Станислав Лем

была повреждена. Но остальные демонстрировали типичные реакции. Одиночный кристаллик мог взлетать, висеть в воздухе почти недвижимо, опускаться, приближаться к источнику импульсов либо избегать его. При всём том он был абсолютно безопасен, даже на краю гибели (а исследователи пробовали уничтожить их химическими средствами, накаливанием, силовыми полями, излучением) не выделял никаких видов энергии, и можно было его прикончить, как самого слабенького земного жучка, с той лишь разницей, что кристалло-металлический панцирь не так-то легко было раздавить. Зато объединившись хотя бы в небольшой комплекс, «насекомые» начинали в ответ на воздействие магнитного поля создавать своё поле, которое уничтожало созданное людьми; при нагревании старались избавиться от излишка тепла инфракрасным излучением. Но дальнейших опытов проделать не удалось — учёные располагали всего лишь горсткой кристалликов.

На вопрос астрогатора от имени «главных» отвечал Кронотос. Учёные требовали времени для дальнейших исследований, а прежде всего жаждали добыть побольше кристалликов. Они предлагали поэтому, чтобы в глубь ущелья послали экспедицию, которая, разыскивая пропавших людей, одновременно набрала бы минимум несколько десятков тысяч псевдонасекомых.

Горпах согласился на это. Однако, считая, что не имеет больше права рисковать людьми, он решил послать в ущелье машину, которая пока не участвовала ни в одной операции. Это была восьмидесятитонная самоходная машина специального назначения; обычно её использовали только в условиях высокой радиоактивности, гигантских давлений и температур. Машина эта, которую неофициально все называли «Циклопом», находилась на самом дне корабля, наглухо закреплённая на подъёмниках грузового люка. В принципе такие машины не применялись на поверхности планет, а «Непобедимый», по правде говоря, вообще ни разу ещё не пускал в ход своего «Циклопа». Ситуации, в которых приходилось прибегать к такой крайности, можно было — по отношению ко всем кораблям Базы — перечесть на пальцах одной руки. Послать за чем-нибудь «Циклопа» — это, по понятиям астронавтов, было всё равно что дать задание дьяволу; никто не слыхал, чтобы такая машина потерпела поражение.

Машину, извлечённую при помощи подъёмников, поставили на пандусе, и там ею занялись техники и программисты. Кроме обычной системы эмиттеров Дирака, создающих силовое поле, «Циклоп» был снабжён шаровым излучателем антиматерии и мог извергать антипротоны в любом направлении либо во всех направлениях одновременно. Встроенная в бронированное днище система позволяла «Циклопу» благодаря интерференции силовых полей подниматься до высоты нескольких метров над почвой, так что он не зависел ни от рельефа местности, ни от наличия колёс или гусениц. Спереди открывалась бронированная пасть, а из неё высовывался ингаустер — нечто вроде телескопической «руки», которая могла проделывать местные бурения, брать пробы минералов и выполнять многие другие работы. «Циклоп» обладал мощной радиостанцией и телепередатчиком, но был приспособлен и для самостоятельных действий: у него имелся электронный мозг. Техники из оперативной группы инженера Петерсена ввели в этот мозг соответственно разработанную программу: астрогатор считался с тем, что внутри ущелья «Циклоп» потеряет связь с кораблём. В программу входили поиски пропавших; «Циклоп» должен был, найдя их, ввести в своё нутро: сначала накрыть их вторым, внешним силовым полем, а потом, под этой защитой, открыть проход во внутреннее поле, защищающее его собственный корпус. Кроме того, «Циклоп» должен был набрать побольше кристалликов — из тех, которые нападут на него. Излучатель антиматерии разрешалось применить только при крайней необходимости — если обнаружится, что туча подавляет силовое поле: ведь вспышка аннигиляции угрожала жизни пропавших, окажись они невдалеке от места схватки.

«Циклоп» достигал восьми метров в длину и был соответственно «плечист» — его корпус в поперечнике превышал четыре метра. Если бы какая-нибудь расщелина оказалась для него недоступной, он мог расширить её, либо действуя стальной «рукой», либо расталкивая и дробя скалы силовым полем. Внутри у него поместили автомат, который должен был заняться найденными людьми; приготовили для них и постели.

Техники окончили работу, проконтролировали все устройства; бронированное туловище удивительно легко соскользнуло вниз по пандусу, и «Циклоп», словно несомый невидимой силой — он не поднимал пыли, даже когда двигался с максимальной быстротой, — миновал голубые огни прохода в силовом поле и вскоре исчез из поля зрения.

Вначале радиотелевизионная связь между «Циклопом» и кораблём действовала безукоризненно. Роган распознал на экране вход в ущелье, где произошло нападение, по большому «обелиску», похожему на падающую колокольню, который частично перекрывал просвет между скалистыми склонами. Вскоре «Циклоп» слегка снизил скорость, преодолевая нагромождение больших глыб. Стоящие у экранов слышали даже журчание ручья, струящегося под камнями, — так бесшумно работал атомный двигатель «Циклопа». Связисты принимали изображение и звук до тех пор, пока «Циклоп», пройдя более доступную часть ущелья, не оказался среди ржавых зарослей. Благодаря усилиям радиотехников удалось потом передать и получить ещё четыре сообщения, но пятое оказалось уже до такой степени искажённым, что можно было лишь догадываться о его содержании: электронный мозг «Циклопа» извещал об успешном продвижении вперёд.

Как предусматривалось по плану, Горпах послал тогда с «Непобедимого» летающий зонд с телепередатчиком. Зонд стремительно взвился вверх и через несколько секунд исчез. В центральную рубку начали поступать его сигналы, и тут же возник на экране вид ущелья с высоты полутора километров: истресканные, крошащиеся скалы, покрытые ржавыми чёрными зарослями. Вскоре стал ясно виден и «Циклоп», который двигался по ущелью, сверкая, как стальной кулак. Горпах, Роган и руководители специальных групп стояли у экранов центральной рубки. Приём был хороший, но они предвидели, что он может ухудшиться или прерваться, и держали наготове другие зонды-телепередатчики. Главный инженер считал, что в случае нападения связь с «Циклопом» наверняка оборвётся, но можно будет по крайней мере наблюдать за его действиями.

Электронный глаз «Циклопа» не мог ещё этого заметить, но люди, стоящие у экранов, с высоты парящего над ущельем телезонда видели, что лишь несколько сотен метров отделяло могучую машину от застрявших в каменных воротах вездеходов. «Циклоп» должен был, выполнив своё задание, на обратном пути взять на буксир два вездехода, повреждённые при столкновении. Вездеходы с высоты выглядели как зеленоватые коробочки; возле одного из них виднелась обуглившаяся фигурка — труп человека, в которого стрелял Роган.

Перед поворотом, за которым торчали шпили каменных ворот, «Циклоп» замедлил ход и приблизился к металлическим зарослям, спускающимся почти до самого дна. С напряжённым вниманием следили за ним люди. «Циклопу» пришлось открыть спереди своё силовое поле, чтобы сквозь узкий проход просунуть ингаустер. Все увидели, как выдвинулось нечто вроде удлинённого орудийного ствола с зубчатой лапищей на конце; ингаустер захватил этой лапищей полную горсть кустов и без видимых усилий оторвал их от каменистого грунта; после этого «Циклоп», пятясь, сполз на дно ущелья. Вся эта операция была проведена