Сеульский магазинчик потерянных вещей - Ким Хечжон

Тети продолжали болтать, их мужья вставляли свои замечания, а мама с папой молчали. Ненавижу эту атмосферу. Родители все время настороже, и из-за этого я тоже напряжена. Даже когда мы собираемся вместе на праздник, находятся люди, которые совсем нам не рады. Все родственники такие. Наша семья сидела в своем углу, как никому не нужный клочок бумаги, отброшенный в сторону.

Официант подал ребрышки, и мы начали их жарить. Ладно хоть мяса можно поесть. Ведь даже считается, что призраки людей, ушедших из жизни сытыми, выглядят более умиротворенными и спокойными. Хотя бы лицо станет свежее… Я сняла ребрышки с гриля, обмакнула их в ссамчжан[25] и начала есть.

Младшая тетя сделала замечание:

– Хэвон, не ешь много жирного, а то еще больше прыщей повыскакивает!

Я медленно отложила палочки.

– Самый разгар праздника, почему это «не ешь»? Ешь, Хэвон. Это угощение от тети, можешь брать сколько хочешь, – сказала старшая.

Не думаю, что она хотела сказать что-то плохое. Но мне почему-то показалось, что тетя намекнула: «Твой отец не может себе это позволить, а ты ешь». Может, я просто придумываю себе лишнее? Взяв стакан, я отпила воды.

Когда мы доели ребрышки, старшая тетя пригласила всех к себе домой на чай. Бабушка и младшая тетя согласились. Мнение моих родителей никого не волновало.

Дом тети был в пяти минутах ходьбы от ресторана. По дороге я вдруг вспомнила случай двенадцатилетней давности.

Тогда тоже был день рождения бабушки. После ужина мы пошли в дом старшей тети. Я пила воду на кухне, когда прибежали кузены, начали играть с мечами и толкнули меня. Я отступила, споткнулась и случайно задела шкаф. Тарелка упала на пол и разбилась – это была любимая тарелка тети. Один из детей замахнулся на меня мечом, и я наступила на осколок. Младшая тетя закричала: «Вы знаете, сколько она стоит?» Папа схватил меня за руку и велел извиниться. Потом меня отвезли в больницу, где наложили десять швов.

Это произошло сегодня…

Все собрались в гостиной. Я же села на пол рядом с диваном. Двенадцать лет назад я вынуждена была сидеть на кухне из-за нехватки места в гостиной. Сегодня же я решила остаться здесь. Я не хотела снова пораниться.

Мама чистила дыни, которые принесла старшая тетя. В гостиной взрослые ели фрукты, а четверо детей без устали носились вокруг. Старшая тетя ругала их, говоря, что соседи с нижнего этажа будут жаловаться, но мальчишки не слушались.

Наверное, я выпила слишком много воды в ресторане… Выйдя из туалета, я услышала шум, по-прежнему доносившийся из гостиной. Дверь в кабинет была приоткрыта, и я решила пойти туда.

Нужно было сделать это раньше, здесь так спокойно! Сев на стул, я сняла носок с правой ноги и осмотрела стопу. Ничего нет. Шрамы и так-то не были заметны в повседневной жизни, но их вид иногда заставлял меня чувствовать себя неловко. Если буду осторожна сегодня, то кожа останется такой же чистой.

Я вытащила телефон из кармана и посмотрела на сообщения, которыми мы недавно обменялись с Хэсоном. Последнее – приглашение вместе сходить в кино. Хэсон не выходил на связь с тех пор, как я призналась в чувствах Юнчжуну. Думаю, вместе в кино мы не пойдем.

Я сидела, опустив голову на руки, сложенные на столе, как вдруг резко открылась дверь, и в комнату ворвались кузены. Они разбились на две команды и начали играть в «бой» на пластиковых мечах. На Сончжэ и Юнчжэ, сыновей старшей тети, напали, и они постепенно отступали к моему столу.

– Вы все трупы! – кричал кто-то из мальчишек.

Похоже, мне пора убираться отсюда… Но едва я поднялась, как все четверо подбежали к стеллажу, перед которым я стояла. Прижавшись к нему спиной, я начала медленно отступать к выходу.

– Получай!

Чжину замахнулся на Сончжэ мечом, но тот увернулся, и удар пришелся по моему левому локтю.

– Ай!

Когда я вскрикнула, Чжину расхохотался.

– О, тут беглец! Ловите его! – крикнул он.

Остальные присоединились к нему и тоже стали нападать на меня. Мечи были пластиковыми, но твердыми, и было неприятно даже просто блокировать их руками.

– Прекратите! Мне больно!

Я кричала, пытаясь их остановить, но мальчишки лишь смеялись в ответ. Моя реакция их забавляла. Нужно было бежать. Я развернулась и кинулась к двери, но перед лицом возник меч. Уворачиваясь, я случайно задела локтем стеллаж. Бах! Я увидела, как с полки упала пластиковая фигурка из дядиной коллекции. Я попыталась поймать ее, но не успела. Она упала на пол, разлетевшись на кусочки. Дядя дорожил этой фигуркой больше, чем собственными детьми. Интересно, что дороже – эта модель или любимая тарелка тети, которую я разбила двенадцать лет назад?

– Папа! Хэвон сломала твою любимую фигурку Гандама! – крикнул Сончжэ, выбежав из комнаты.

Мгновение спустя взрослые ворвались в кабинет. За долю секунды я успела заметить выражения их лиц. Дядя был в шоке, тетя нахмурилась, а мама с папой растерянно стояли рядом. Нет, я не хотела этого! Дядя подбежал, поднял сломанную фигурку, тихо повторяя: «Как же так, как…» А Сончжэ опять заявил, что это я виновата.

– Ю Хэвон! Зачем ты это сделала? Ты что, не знаешь, как дядя дорожит ей? Что ты натворила? – закричал отец. Никто его не остановил. – Брат, прости, мы постараемся как-нибудь компенсировать…

Папа подошел к дяде, который едва не плакал, держа в руках разбитую фигурку.

– Это же лимитированная серия… Ее больше нигде нет, – ответил он умирающим голосом.

Наверное, тарелка не была такой ценной. Могла ли ситуация стать еще хуже?

– Что стоишь? Извинись перед дядей! Тебе следовало быть осторожнее! Что ты тут устроила? – орал отец, зло глядя не меня.

Я спряталась в кабинете, чтобы ничего не разбить, но в итоге сломала что-то совсем уж ценное. Но почему ругают только меня? Ведь именно эти четверо разбойников дрались тут на мечах! И двенадцать лет назад тоже наказали только меня…

– Они били меня мечами. Я старалась увернуться, вот и задела полку.

– Лучше признай вину! Как смеешь так разговаривать с взрослыми? – отец еще больше рассердился, велев мне замолчать.

– Ты же спросил, почему я устроила неприятности, – ответила я спокойно. – Я просто сказала, что мальчики били меня мечами, хотя я просила этого не делать. Знаешь, как это больно?

Я пыталась не злиться, но голос становился все громче.

– Так, я запретила драться, а вы не послушались? – крикнула младшая тетя на ребят. У каждого в руках было по мечу.