Письма до полуночи - Максим Константинович Сонин

– О том, что наверняка кто-то, кроме Алисы, должен знать, что у нее случилось, – сказала Таня.

– Почему ты так думаешь?

– Ну, я точно не знаю, но вдруг кто-то сделал ей что-то плохое? – Таня достала телефон, открыла ВКонтакте.

– Кто, например?

– Например, он, – Таня показала мне телефон с открытой страницей Георгия Александровича ВКонтакте.

– Что он мог сделать? – спросила я.

– Не знаю, – сказала Таня.

– А почему, вообще, он?

– Ты видела его комментарии в Инсте у Лизы? – Таня вышла из приложения ВКонтакте, открыла Инстаграм.

– Нет, какие? И при чем тут Лиза? – спросила я.

– Смотри, – Таня пролистала ленту, нашла фотографию Лизы в купальнике – видимо, она выкладывала что-то из летнего.

Под фотографией красовался комментарий: «Лиза, а уроки?» Ник: georg_arhipp. Георгий Александрович Архипов.

– Это он? – Я редко проверяла Инстаграм и тем более редко читала там комментарии.

– Угу, – Таня пролистала еще фотографии: – Вот смотри.

«Лиза, завтра чтобы в школе была» – под фотографией из Бирмаркета.

«Лиза, а уроки?» – теперь под фотографией из ванной, на которой Лиза была в черном топике.

– Он только Лизе так пишет? – спросила я.

Поразительно, как мне удалось это пропустить. С другой стороны, я же слышала какие-то шутки…

– Нет, не только. Но ей больше всего, – Таня убрала телефон. – Если бы у Алисы был Инстаграм – писал бы и Алисе.

– Лиза кому-то об этом рассказывала? – спросила я.

– Кажется, да – маме. Он перестал – последние пару недель ничего не было, – сказала Таня.

– Противно как-то, – сказала я.

В тени вдруг стало холодно, и я поежилась.

– Противно, – Таня кивнула.

– А что ты собираешься делать? – спросила я – мне явно оставалось только вопросы задавать.

– Не знаю, хочу еще с Алисой поговорить.

– Ты уже говорила?

– Немного, – Таня выжидательно на меня посмотрела.

– Я тоже немного, – сказала я – это была правда.

– Ну хорошо, – сказала Таня и внезапно добавила: – Пошли в кино.

«У меня репетитор», – хотела сказать я.

– Хорошо, – сказала я, репетитора можно было перенести.

– А что ты утром делала с Алисой? – спросила Таня.

Она отвернулась от меня, чтобы показать, что ей это не особенно важно, но я все равно задумалась, как ей ответить.

– Мне просто интересно, – Таня помахала рукой.

– Я хотела ее поддержать, из-за папы, – сказала я наконец.

– Я совсем об этом забыла, – сказал Таня.

Она вдруг тяжело вздохнула и уронила голову на грудь.

– Ты чего? – Я протянула к ней руку, осторожно коснулась перетянутого лямкой плеча.

– Нет, ничего. Просто забыла, что тоже хотела ей об этом написать, – Таня вытащила из кармана телефон.

– Она, кстати, говорила, что хотела бы с тобой пообщаться, – сказала я.

– Зачем?

– Ну, у нее совсем нет друзей, – я улыбнулась, пытаясь показать, какая Таня хорошая подруга, – именно такая, о какой мечтала Алиса, наверное.

– Я ее совсем не знаю, – сказала Таня скорее самой себе. Ее пальцы уже набирали сообщение.

– Что пишешь? – спросила я.

Таня не ответила, только прикусила губу и задумчиво прищурилась. Сказала:

– Сойдет.

– Что ты ей написала?

Таня показала мне экран телефона, прикрыв пальцами несколько сообщений. Последнее было такое: «Привет, Алиса, хочешь поговорить?»

У меня на глазах возникла надпись: «Алиса набирает сообщение». Телефон завибрировал, и под Таниным сообщением возникло новое: «Наверное, нет, Тань, спасибо».

Прочитав это сообщение, я впервые подумала, что Алиса сошла с ума. Ведь она сама говорила мне, что хочет общаться с Таней. С самого первого Юриного сообщения о том, что Алиса попыталась покончить с собой, я думала, что с ней случилось что-то непоправимое. Я думала, что она реагирует на смерть отца. Но вдруг она была просто сумасшедшей?

– Что ты об этом думаешь? – спросила я Таню.

– Думаю, что Алисе сейчас очень плохо, – сказала Таня. – И если бы я была на ее месте, то ответила бы так же.

– Почему? – спросила я. – Ты ей предлагаешь помощь, а она отказывается!

– Мне кажется, – сказала Таня, – что она мне не верит.

– Почему? – спросила я и почувствовала себя следователем по особо важным делам, которого направили на незнакомый участок, – невозможно ничего не понимать.

– Я не знаю точно, – сказала Таня, – хотя у меня есть предположение.

– Какое? – спросила я.

– Мне кажется, – Таня помялась, – мне кажется, ее обидел кто-то из наших.

– В смысле? – спросила я и тут же поняла, кого она имеет в виду.

Только один из наших одноклассников мог сделать какую-нибудь гадость человеку, у которого только что умер отец.

– Лиза, – сказала я.

– Я ничего не знаю, – сказала Таня, – но мне кажется, что Лиза что-то сделала в воскресенье.

– В воскресенье? – спросила я. – Но Алисин папа был еще жив.

– И что? – спросила Таня. – А ты знаешь, как он погиб?

– Нет, – сказала я. – Я слышала что-то про автомобильную аварию.

– Он поехал ночью куда-то и не справился с управлением, – сказала Таня.

Я чувствовала, что она пытается подвести меня к какой-то мысли.

– Ты знаешь что-то, но не говоришь, – сказала я после долгой паузы.

– Прости, Ана, – сказала Таня. – Это во мне отсутствие никотина наводит мистику. Очень хочется курить, и поэтому я плохо думаю.

Мы посидели молча. Таня достала телефон и крутила его в руке, будто пытаясь раскурить черный чехол. Я отстукивала по краю скамейки странную польку: три раза указательным пальцем, два раза средним, один раз мизинцем, два раза безымянным. Я уже не хотела курить – я хотела стать сигаретой и дымиться изнутри.

– Дай руку, – сказала Таня.

Я вытерла потную ладонь о джинсы, протянула ей.

– Мы с тобой начали курить вместе, – сказала Таня, – и бросим тоже вместе.

– Уже договорились, – сказала я.

– Я просто напоминаю, – сказала Таня.

– Я помню, – сказала я.

Мы будто вернулись в третий класс. Вот так же Таня брала меня за руку, прежде чем рассказать что-нибудь невероятное.

– Я тебе сейчас расскажу, – говорила Таня, – про то, откуда на небе облака.

Она рассказывала странные и смешные истории, в которых все время кто-то загадывал загадки или засыпал на двести лет. Потом мы подросли, и на место этих сказок пришли настоящие истории. Кто-то умер, кто-то вырос, кто-то уехал. Я сидела на скамейке, не замечая того, как Танины пальцы скользят по моей руке, и смотрела на небо – синий неровный многоугольник, обрамленный домами и ветками. Хорошее небо, хороший день.

Глава одиннадцатая

Понедельник, 18 сентября, вечер

«Ты общаешься с Таней?» – написала Алиса. Так. Я встала из-за стола, прошлась по комнате. Вернулась к компьютеру, отправила «да». А что еще я должна сказать? И вообще,