Киштама - Наталья Владимировна Елецкая

Когда обычный срок вышел, я подождала неделю, а потом отправилась к тете Саиде, но она сказала, что в этом месяце тоже не получала письма. Я не стала докучать ей расспросами, она переживала из-за Алишера, у которого случился очередной приступ, на этот раз тяжелее обычного, и его забрали в больницу. А еще она расстроилась из-за Амины. У нее был выкидыш из-за того, что она подняла тяжелое. Но я слышала, как соседка говорила тете Зулейхе, что на самом деле Амину избил муж и теперь неизвестно, сможет ли Амина снова понести, потому что из нее вытекло много крови. Где уж тете Саиде думать о том, почему Арсен перестал ей писать.

Погода для середины мая стоит очень теплая, днем термометр показывает шестнадцать градусов. Тетя Зулейха поручила мне заняться фруктовыми деревьями: подкормить, обрезать старые ветки, взрыхлить почву, навесить на стволы ловушки от насекомых, опрыскать раствором от тли. Работа предстоит большая. Деревьев много, и все плодоносят: яблони, абрикосы, груши, сливы, вишни… Каждое лето мы с отцом приходим, чтобы помочь тете собирать урожай, за это она дает нам столько фруктов, сколько сможем унести, но теперь мне придется собирать их одной, если только это не сделают мои двоюродные братья.

Тетя со дня на день ждет возвращения сыновей. Агабек написал, что они с Нуцалом заработали достаточно, чтобы жениться. Когда я узнала об этом, то сразу подумала: куда же мне деваться, когда они вернутся? Двоюродные братья для девушки не махрам[23], поэтому она не может жить с ними в одном доме. Неужели мне придется вернуться к отцу?..

На этот вопрос тетя ответила уклончиво: вот когда вернутся, тогда и решим.

Я рыхлю землю под яблоней, когда калитка открывается и входит Марьям.

Прежде она никогда не приходила одна, только с моим отцом. И вот теперь я с волнением смотрю, как Марьям идет по дорожке, и гадаю, что привело ее сюда. Или дома что-то случилось, или она принесла вести об Арсене.

– Здравствуй, Марьям. Дома все хорошо? Отец и брат здоровы?

– Здоровы, слава Аллаху. Можно мне в туалет?

– В туалет? – удивленно переспрашиваю я. – Да, конечно.

Марьям заворачивает за угол дома, а я снимаю передник и ополаскиваю руки под уличным рукомойником. Тетя Зулейха ушла в гости, но будь она дома, не стала бы возражать, чтобы я прервала работу и приняла Марьям как полагается. Даже если она пришла ненадолго, долг гостеприимства велит предложить ей чаю.

Я жду на крыльце, подставив лицо лучам солнца, по которому успела соскучиться за долгую зиму и дождливую весну.

– До дома бы не дотерпела, – объясняет вернувшаяся Марьям. – А у Патимат Гавхаровны постеснялась попроситься.

– Ты у тетки Патимат была?!

Марьям кивает, обмахиваясь краем платка.

– Пойдем в дом, там расскажешь.

Я завариваю свежий чай, достаю из буфета тарелку с печеньем и халвой и накрываю на стол в гостевой комнате. Она большая, с тремя окнами, выходящими во фруктовый сад, затененная и прохладная даже в самые жаркие дни. На полу лежит ковер, на столе – нарядная скатерть, на телевизоре – вручную расписанная ваза, а под потолком люстра со стеклянными висюльками.

– Зачем ты к ней ходила? – подавая Марьям чашку, спрашиваю я.

– Чтобы узнать пол ребенка.

– Так ты… – ахаю я.

– Да. – Она краснеет. – Ничего-то эта Патимат не знает, только делает вид!

– Что она сказала?

– Что будет девочка! И зачем я только к ней пошла? Еще и пирог отнесла. Она ведь деньгами не берет. Денег совсем было бы жалко за такое вранье.

– Наверняка будет мальчик, – успокаивающе говорю я. – Но тетка Патимат не врет, а просто ошибается. Никто не может определить пол ребенка, пока он не родился.

– Разумеется, будет мальчик! – сердито говорит Марьям. – Исмаил так хочет сына, совсем меня заму… – Она осекается и переводит разговор на другое: – Алишерчик совсем плох, слыхала? Мама сказала, долго не проживет. Но может, оно и к лучшему. Аллах проявит милосердие, избавив его от страданий.

Мои мысли ненадолго переключаются на несчастную тетю Саиду. Она не только потеряет младшего сына, но и будет отвечать перед мужем, который считает ее виновной в том, что Алишер родился больным.

Но потом я начинаю думать о том, что Марьям ждет ребенка. И не просто ребенка, а моего брата. Или сестру, если тетка Патимат не ошиблась, чему я на самом деле склонна верить, ведь не просто так к ней ходят со всего села; если бы ее слова не сбывались, к ней бы не ходили.

Марьям теперь взрослая женщина, а я по-прежнему живу в неведении насчет всего, что окружает семейную жизнь. Как все засватанные девушки, боюсь: вдруг после свадьбы не смогу забеременеть? Я не знаю, что должна для этого сделать, но точно знаю, что вина будет на мне. Мужчина всегда винит жену, если та не может забеременеть, он даже может взять еще одну, и никто его за это не осудит.

– А еще я спросила у нее, правда ли умру в високосный год, – помолчав, говорит Марьям.

– Дался тебе этот високосный год! Надеюсь, тетка Патимат отругала тебя за эти глупости.

– Она долго молчала и смотрела таким взглядом, от которого мне не по себе сделалось, а потом сказала, что я должна уповать на волю Аллаха. Ладно, что толку об этом говорить. – Она поднимается. – Пойду. Азим дома один.

– Ты оставляешь его одного? Он же еще маленький…

– А что мне было делать? – огрызается Марьям, как делают люди, которые ощущают свою вину, но не хотят это признавать. – Тащить его с собой? И вообще, тебя это не касается. Вот заведешь свою семью, тогда и командуй. Если, конечно, Арсен тебе это позволит.

Она могла бы не упоминать Арсена – знает ведь, как сильно я переживаю. Я молча проглатываю обиду. Марьям сейчас как зажженная спичка рядом с сухой соломой – чуть поднесешь, тут же вспыхнет. Вместо этого я спрашиваю, когда ее срок рожать.

– Врачиха сказала – после Нового года, в январе. Я сразу, как почувствовала неладное, в поликлинику пошла. Все-таки с никаха уже полгода прошло.

С Айшат было так же, вспоминаю я. Она тоже долго ждала, а потом, несмотря на непогоду, пошла в поликлинику, чтобы поскорей услышать желанную весть. Сегодня Марьям обрадует мужа. Но о том, что тетка Патимат предсказала девочку, наверняка промолчит.

Может, и мне сходить к тетке Патимат?