Избранные произведения. Том 1. Саит Сакманов - Талгат Набиевич Галиуллин

Сунгат поднялся по некрашеной скрипучей лестнице, пахнущей сосновой смолой, прошёл через холодный чулан и оказался в просторной комнате, выглядевшей, как кабинет. В середине стоял полированный стол с блестящей зеркальной поверхностью, по обеим его сторонам выстроились массивные стулья на толстых ножках. Во главе стола располагалось высокое вращающееся кресло – такое Сунгат видел в кабинете начальника тюрьмы.

На этом Сунгату пришлось закончить осмотр, так как из боковой двери, которую он вначале не заметил, быстрыми шагами вышел мужчина средних лет. Серый костюм из тонкой ткани облегает высокую стройную фигуру без единого намёка на живот. Белоснежная рубашка, цветной шёлковый галстук, тёмные очки – всё на нём было отменно дорогое и элегантное. Он приблизился к Сунгату и остановился, разглядывая его. Парню показалось, что его просвечивают рентгеном.

Мужчина одобрительно смотрел на плотную, приземистую фигуру Сунгата, на бицепсы, выпирающие из-под коротких рукавов рубашки. «Кажись, это и есть их Пахан. Зараза, Гриша, не сказал даже, как к нему обращаться», – успел с досадой подумать парень.

Пахан тем временем быстро снял тёмные очки. Глаза, которые неожиданно оказались совсем молодыми, продолжали изучать Сунгата.

«Лицом-то парень вышел – вон какие тонкие черты. Сразу видно, породистые гены. Только вот Бог не дал ишаку рогов, зная его несносный нрав, а для этого красавца роста пожалел – видно, тоже была причина», – подумал Сакманов, наслышанный о незадачливой судьбе парня.

– Смотри-ка, у нас, оказывается, гость! А мне ничего не сообщают…

Сунгат усмехнулся про себя: как же, Гриша целый час отсутствовал – за это время, небось, рассказал про него всю подноготную.

Парень, стоявший, уставясь в пол, проследил, как чёрные остроносые туфли хозяина от середины комнаты прошагали к нему. Хозяин подал ему руку, крепко сжал, словно испытывая.

– Ну, и как тебя звать-величать? Что привело в наш холодный Северный посёлок такого горячего парня?

Сунгат, не привыкший много говорить, слегка замялся:

– Да как сказать… Меня Гриша привёз. Зачем, не сказал.

– И что тебе Григорий обещал, какие златые горы?

– Сказал, поехали со мной, познакомлю с Пах… – Сунгат быстро прикусил язык, будто его огрели по рёбрам милицейской дубинкой.

– Ах, Гриша, балабол, и для меня прозвище нашёл. Что делать: старики вечно поучают, а молодёжь подшучивает над стариками. Моё имя Саит – мулла так назвал. Саит Яруллович Сакманов. Ну, теперь ты говори, Сунгат. Что делать умеешь, рассказывай, брат.

«Ну, просто прирождённый боец, – думал про себя Сайт, глядя на Сунгата. – Голова небольшая, плечи широкие, туловище немного удлинённое по сравнению с ногами (обычно людей такого сложения природа наделяет особой силой), мускулы крепкие, кулаки что кувалды. Ладный парень. И собой хорош. Только вот зубы малость подкачали – слишком крупные и жёлтые от частого курения. И улыбка невесёлая, безнадёжная. Гриша говорил, что за деньги парень готов на всё – после тюрьмы для него не осталось ничего святого. А разве тебе не нужны такие отчаянные головы?» – спросил себя Сайт.

То, что Пахан назвал его по имени, да ещё добавил «брат», пришлось Сунгату, что называется, маслом по сердцу. Сам-то он не помнил ни отца, ни матери.

– Что умею делать?.. Вам Гриша, наверно, доложил, – я недавно с зоны.

– Нам требуются столяры, плотники, на худой конец – люди для доставки готовой продукции, умеющие машину водить, – сказал Сайт, подсластив свою ложь улыбкой.

– Ну, в тюрьме нас всему помаленьку научили, – ответил Сунгат, несколько удивившись услышанному. Гриша ведь говорил, что Пахану нужны крутые ребята для разборок.

– На втором этаже в доме у Ахмадиши-бабая у нас небольшая мастерская. Делаем шкафы, столы, стулья – понимаешь, да? – с улыбкой продолжал Сайт. – Если согласен, будешь и ты с нами работать.

– Я сразу Грише сказал, что согласен. У меня ни работы, ни жилья.

Хозяин молча подошёл к шкафу у стены, взял оттуда какой-то предмет и протянул Сунгату.

– А ну-ка, сожми. Это силомер… Да ты его чуть не сломал! – воскликнул он, отбирая у парня силомер.

– Приёмы самбо знаешь?

– Уж что-что, а драться могу. В тюрьме без этого не выживешь, – откровенно признался Сунгат.

– Сейчас спустимся вниз, в спортзал.

Чего только не было на подворье небольшого на вид двухэтажного дома Ахмадиши-бабая! Хозяин провёл Сунгата мимо склада, забитого готовой мебелью из ценных пород дерева, мимо гаража, в котором стояли две иномарки. Подошли к спортзалу – просторному помещению с гудящими лампами дневного света, оснащённому всевозможными современными тренажёрами. Сайт, сняв с себя пиджак, бережно повесил его на плечики.

«Как выражалась наша бабушка, пиджачок у него, видать, «на выход» – уж больно боится помять», – насмешливо подумал Сунгат, никогда в жизни не надевавший дорогой, нарядной одежды и потому не привыкший её беречь.

Неожиданно хозяин повернулся к нему лицом. Куда подевалась приветливая улыбка? Глаза колючие, злые, даже голос изменился.

– Ну, парень, держись. Покажи, на что способен. Будешь спать на ходу – я тебя разделаю под орех. Поглядим, можно ли твоим рукам доверить топор или рубанок. – Сайт, засучивая рукава рубашки, двинулся на Сунгата.

Тот, привыкший к неожиданностям, мгновенно принял боксёрскую стойку и закрыл левой рукой лицо в расчёте, что кулак Санта попадёт ему в предплечье. Но произошло неожиданное: Сайт, замахнувшись правой рукой, с быстротой молнии отскочил в сторону, при этом левая его рука нанесла весьма ощутимый удар Сунгату в подбородок. Парень пошатнулся, перед глазами его, как в тюремном окне, замерцали звёзды. Он застонал – скорее, не от боли, а от обиды и досады.

– Ты чего это, падла! – забыв, с кем разговаривает, вспылил он. – За этим меня позвал, чтобы отбивную сделать? Урка. Видали мы таких фраеров в белых рубашках, – сплюнул Сунгат.

Кровь ударила парню в голову, затуманив рассудок. «Докатиться до того, чтобы позволить какому-то старпёру себя ударить? Обещал на работу взять, а сам решил сделать из меня мальчишку для битья! Не выйдет!» Последние два года на зоне к Сунгату никто и пальцем не смел притронуться – так он себя поставил.

По-звериному оскалив свои крупные жёлтые зубы, Сунгат пошёл на противника.

– Ну, я тебе сейчас кости пересчитаю. Уж ты не обижайся. Можешь своих телохранителей позвать, им тоже выдам по первое число.

Собрав в кулак всю природную силу, всю отчаянную волю к победе, которая особенно сильна бывает у детей-сирот, привыкших надеяться только на самих себя, Сунгат сделал стремительный бросок, пытаясь попасть Сайту в лицо или в голову. Тот умело блокировал его удары руками.

Но парень, в мгновение ока изменивший своё первоначальное намерение, вдруг с сокрушительной силой, словно дробя камень, ударил Пахана под дых.