Одна в поле воин - Наталья Владимировна Нестерова

младше Эмки, – неземное хрупкое создание с облаком золотых кудряшек. Мотылёк, эльф, Дюймовочка! У них никогда не было девочки, маленькая Юся не в счет. Взрослая Юся кислотой выжгла о себе трогательные воспоминания. Тайку были готовы носить на руках. Все дружно или по очереди – прижимать к груди, умиляться ее звонкому колокольчатому смеху.

– Не заблуждайтесь! – предостерегала Лея. – У этой Дюймовочки внутри свинцовый стержень. Не гадкий, не подлый, не из вранья и лжи, но свинцовый. Она всегда добивается того, что хочет.

– Все дети, – не соглашалась очарованная малышкой Полина Сергеевна, – рано или поздно добиваются чего хотят.

Это был детский праздник в загородном пансионате, организованный для сотрудников корпорации. Арсений поехал с сыном, Лея (тогда Лера) с дочерью Тайкой (тогда Тасей). Почему-то получалось, что Сенька с Эмкой оказывались в одной команде с Тайкой и Леей, которая «здоровски» объяснила детям технологии бега в мешках и поедания яблока, подвешенного на верёвочке, без помощи рук. Другие мамы и папы расслаблялись с шашлыком и вином, а Сенька и Лея, оттирая приглашённого аниматора, носились с детьми по поляне, активно участвуя во всех играх, придумывая новые забавы.

Вернувшись домой, Эмка приставал к отцу: «А мы еще встретимся с тётей Лерой и Тасей? Они придут к нам в гости? Они позовут нас к себе в гости?..»

Сенька отнекивался, говорил «не знаю», «посмотрим», «там видно будет»… Но на его лице Полина Сергеевна видела давно забытое выражение – ему чего-то хочется, но он старательно делает вид, что не хочется ни капельки. В детстве, когда Сенька болел, его заставляли пить горячее молоко с маслом и мёдом. Сенька любил это снадобье, но капризничал, отказывался, напрашивался на уговоры. Будучи здоровым, мог, в отличие от Эмки совершенно ненатурально, прикидываться: «Что-то мне нездоровится. Наверное, придётся пить молоко с мёдом?»

– Пригласи их на дачу, – подсказала Полина Сергеевна внуку. – Письменно. Это будет оригинально и изысканно учтиво. Только без ошибок!

Сенька, все с той же кислой миной вынужденного одолжения, приглашение передал.

На дачу недавно провели газ, теперь она постоянно отапливалась, можно было ездить и зимой. Прелесть белого заснеженного участка могла поспорить с летней зеленой благодатью. Накануне был первый сильный снегопад. Все кроме Полины Сергеевны: Олег Арсеньевич, Сенька, Эмка, Тайка и Лея – чистили дорожки. Она готовила обед и посматривала в окно на весёлую компанию, размахивающую лопатами.

Во время застолья женская наблюдательность подсказала Полине Сергеевне, что Лея волнуется и старательно скрывает волнение. Мужчины ничего не замечали, им казалось, что Лея ведёт себя спокойно и достойно, активно реагирует на шутки и сама острит. Когда есть дети, темы для беседы искать не приходится, все разговоры крутятся вокруг маленьких проказников.

«Если бы онапросто приехала, просто по детскому приглашению, просто провести выходной, – подумала Полина Сергеевна, – она бы не нервничала. Значит, неравнодушна к Сеньке? Но он-то изо всех сил делает вид, что это просто гости».

Вечером молодые родители играли с детьми в настольные игры. Если Лея все время проигрывала специально, то делала это очень искусно.

– Всё! – потрясала она кулаками в воздухе. – Я последний раз кукарекала под столом. Следующую партию обязательно выиграю!

Снова проигрывала и со стоном лезла под стол.

– Не везет в картах… – многозначительно обронил Олег Арсеньевич.

Лея ему понравилась. Когда легли спать, он и сказал про то, что ее хорошо бы подкормить.

Слышимость в их деревянном доме была отличной. Полина Сергеевна и Олег Арсеньевич долго лежали, прислушиваясь, не раздастся ли звук открывающейся двери, не заскрипит ли лестница, не воссоединятся ли молодые люди где-нибудь.

– На веранде удобней всего, – заметил Олег Арсеньевич.

– Спи! Что мы, как старые перечники, караулим великовозрастных детей!

Никаких подозрительных звуков и скрипов они так и не услышали.

После поездки на дачу Арсений с Эмкой и Лея с Тайкой редкий выходной не проводили вместе. Они ходили в музеи: Эмка предпочитал Дарвиновский, где он мог продемонстрировать свои глубокие познания – перечислить всех динозавров и периоды мезозоя, Тайке нравились картинные галереи. Лея говорила, что на самом деле дочь к живописи равнодушна, но ведь это так трогательно – девочка застыла перед великим полотном. Девочки все актрисы. Не только девочки, утверждала Полина Сергеевна. Кроме музеев были дневные спектакли, мюзиклы, парки с зимними горками, один из выходных обязательно посещали каток. После культурной или спортивной программы – обед в кафе; вечером дам – маму и дочь – отвозили домой.

Олег Арсеньевич, который во всем любил определённость, спрашивал сына, какого рода отношения его связывают с Леей.

– Нас связывает дружба посредством детей, – отвечал Сенька.

На его лице всё еще сохранялась гримаса «не хочу, но надо», однако Сенька заметно переменился – стал мягче, теплее, расслабленнее, из его шуток и замечаний ушел ядовитый сарказм, во мнениях, оценках и характеристиках появилось больше доброты и снисходительности.

На работе никто не знал об отношениях Сеньки и Леи, они их держали в секрете. Когда именно «дружба посредством детей» перешла в нечто большее, Полина Сергеевна не могла точно сказать. Но из обрывков телефонных разговоров сына можно было понять, что он встречается с Леей не только по выходным и не только с детьми.

Прошло примерно полгода, однажды утром Сенька предупредил маму:

– Я сегодня не приду ночевать.

– Пиво с Васей, преферанс с Костей или перестанешь морочить мне голову?

– Да, правильно. Мы идем с Лейкой в театр.

«Теперь это называется театр», – мысленно сыронизировала Полина Сергеевна.

– Мама, она тебе нравится?

– Да. Но мне не нравится, что ты называешь их Лейка и Тайка. Как собачки Белка и Стрелка, которых запускали в космос.

– Сенька и Эмка звучит, конечно, не по-собачьи.

Внуков теперь нередко подкидывали то одной, то другой бабушке, и Полина Сергеевна с Ольгой Владимировной общались по телефону. Хотелось лично познакомиться, потому что разведать, какая семья у избранника твоего ребенка, крайне любопытно, да и полезно. Повод нашёл Эмка. Дома у Тайки было пианино – редкий по нынешним временам предмет интерьера. Бабушка учила Тайку музыке. Эмка не мог допустить, чтобы кто-то в чем-то его превосходил. Он тоже возжелал музыки, ему купили синтезатор, Ольга Владимировна сказала, что с удовольствием будет заниматься с мальчиком. Полина Сергеевна в телефонном разговоре, не без тайного умысла, высказала предположение, что Эмке лучше тренироваться на своем инструменте. Ольга Владимировна пробормотала что-то про необязательность, но тут же с готовностью согласилась приехать.

Есть