Игра с нулевым счетом. Том 1 - Асами Косэки

– не только пара асов, но и ни-дабл могли похвастаться выдающимся списком достижений, тянущимся еще со времен средней школы. И если для наших старших товарищей – в частности «звездного дуэта» – подобные соперники, опять-таки, не представляли большой опасности, то вот первогодкам-близнецам, вполне вероятно, предстояла непростая битва.

Однако Ходзё допустили интересный просчет – выставили свой фёрст-дабл, Окадзаки и Аримуру, против братьев Хигасияма. Почему это был просчет? Потому что таким образом они фактически отдали одну победу Юсе и Йококаве.

Сражения пар асов и ни-даблов начинались одновременно. Мы с товарищами-первогодками решили сосредоточиться на игре близнецов – посчитали, что им поддержка потребуется все-таки больше.

«Тайити, впере-е-ед!», «Задай им жару, Ёдзи!», «Покажите этим ходзёшникам дух Минато, парни!» – вопили мы со своих мест, пока братья направлялись к корту. Те, судя по всему, немного смущались, однако помахали нам левыми руками в ответна ободрительные кричалки, а затем, наконец, приняли сосредоточенный вид и встали на исходные позиции.

Первый гейм. 0:0. Начать игру.

Игра стартовала с подачи Ёдзи – тот, едва коснувшись сетки по верху, с невероятной силой отправил волан в полет на территорию противников. Окадзаки отбил, перенаправляя снаряд куда-то за спину Тайити. Это было начало продолжительного, бесконечно долгого розыгрыша и такого же долгого гейма.

В индивидуальным этапе братьев Хигасияма задавили мастерством более опытные игроки, однако на этот раз те сделали выводы из прошлых ошибок и тщательно обдумывали каждый шаг, с умом совершали каждую подачу и делали все, чтобы не позволить соперникам нанести удары с выгодных позиций. Близнецы умело выстраивали и защиту – с головокружительной скоростью менялись местами, параллельно прикрывая друг друга и расширяя зону обороны. Все это походило на отдельный вид искусства.

Каждый удар братья сопровождали бодрыми выкриками, а мы, группа поддержки, вторили им взбудораженными возгласами, аплодисментами, кричалками и воплями навроде: «Хорош!», «Красавчики!» или «Туда их!» – причем повторяли те по нескольку раз кряду.

– Во близнюки сегодня отжигают! – в какой-то момент, чуть не прыгая от восторга, прокомментировал происходящее на корте Сакаки.

Мы с Мацудой согласно закивали.

Однако Окадзаки и Аримура, судя по всему, были готовы к затяжной игре, поэтому отлично адаптировались: не просто давили силой, но и хитро вплетали в агрессивную тактику мягкие продуманные удары, чем вынуждали братьев раздумывать над своим следующим шагом дольше обычного, а также чередовали наступление с обороной, таким образом еще больше растягивая один розыгрыш за другим.

Напряженное противостояние вылилось в овертайм, по результатам которого наши братья Хигасияма все же проиграли первый гейм со счетом 21:23. К тому же из-за ужасно долгих розыгрышей один гейм занял целых двадцать минут, что закономерно заставило нас начать переживать, не выдохлись ли близнецы уже к этому моменту как физически, так и морально.

Однако те быстро развеяли наши тревоги и во втором гейме показали точно такую же блестящую игру: слаженную, ритмичную, подогревавшую напряжение зрителей громкими выкриками и ни на толику не просевшую в техничности. И вот, долгожданные 22:20 – второй гейм был за нами.

– Они еще могут победить! Могут же? Могут?! – От переизбытка эмоций Сакаки почти подпрыгивал на своем месте.

Схожая мысль крутилась в голове не только у него. Да что там, не только у нас троих – по всем болельщицким местам прокатывалось видимое волнение вперемешку с удивлением: первогодки-старшеклассники (непростые, конечно, но тем не менее) держатся наравне с будущими выпускниками, и не абы какими, а полуфиналистами индивидуального этапа!

В короткий перерыв между вторым и третьим геймами скамейка Минато буквально потонула в оглушительном гомоне подбадривающих кричалок, ну а те, кто сидел на скамейке Ходзё, меж тем во всю мощь легких поддерживали свой лучший дабл. Когда начался третий гейм, лица болельщиков переполняли восторг и предвкушение – какой же исход ждет этот матч? Однако по ходу игры все зрители постепенно стихли – казалось, что теперь каждый присутствовавший затаил дыхание и, боясь даже моргнуть, во все глаза следил за развитием событий.

Наши с Ходзё болельщики так и вовсе погрузились в напряженную тишину – а как тут кричать, если от ожесточенных продолжительных розыгрышей перехватывает дыхание на десятки секунд? В тот момент не существовало ни врагов, ни союзников – лишь толпа людей, что, казалось, позабыла как дышать и только жадно пожирала взглядом корт. Кто-то сжимал руки в кулаки, кто-то сцепил их в молитвенном жесте, кто-то впился пальцами в свое место… каждый выражал переживания по-своему.

Я, разумеется, не был исключением – наоборот, вытянул спину на сидении, закусил губу и неотрывно следил за каждым движением игроков, а внутренне не то молился, не то кричал нашим ребятам: «Давайте, давайте! Ну же! Вы сможете! Еще, еще!»

Гейм снова ушел в овертайм. 22:23, третий матч-пойнт[18], решающее очко…

Когда волан, отраженный резким пушем от Окадзаки, приземлился на территории близнецов, спортзал на мгновение словно бы вымер, затем единым организмом шумно выдохнул, а после, наконец, разорвался бурными аплодисментами. Полуторачасовое противостояние подошло к концу.

22:24. Для Минато это было досадное поражение, однако вместе с тем наши ребята заставили школу противников изрядно понервничать, чего те явно не ожидали, выставляя против близнецов своих асов. Ведь асы эти на самом-то деле сейчас могли и проиграть…

Да, в тот миг болельщики Ходзё радостно шумели, и все же мы могли с уверенностью сказать – Тайити и Ёдзи справились с задачей почти на сто процентов и могли по праву собой гордиться. Доказательством тому была реакция тренера Эбихары, что встретил братьев с широкой улыбкой на лице и по-отечески похлопал тех по спинам, как бы говоря: «Молодцы, парни».

Возвращаясь к паре Юсы и Йококавы… Что тут сказать? Наш «звездный дуэт», как и ожидалось, одержал победу, причем крайне быстро – экономил силы для предстоящих одиночных матчей.

На позиции топ-сина от нас выступал капитан Хонго. Ему, вероятно, предстоял тяжелый и изнурительный матч, в зависимости от исхода которого, ко всему прочему, Йококаву – ни-сина – ожидала разная степень психологического давления.

Едва братья Хигасияма покинули корт, наша группа поддержки разом переключила все свое внимание на Хонго. В первом гейме наш капитан, к сожалению, проиграл, но вот во втором и третьем держался аж до двадцати четырех очков – как мне казалось, на одной только фантастической силе духа – оба раза под конец вынудил соперника совершить ошибку при подаче и тем самым зубами вырвал у того полноправную победу.

– Мужи-и-ик! Надежный, как скала! Сразу видно – капитан! – еле слышно шмыгнул Сакаки.

Признаться, мой «братан» от счастья растрогался настолько,