Тайна мистера Сильвестра - Анна Кэтрин Грин

Сильвестер побледнел и внимательно посмотрел на Сисилию.

— Могу я спросить, — сказал он через минуту, — а что именно он сказал?

— Мне трудно повторить дословно. Он спрашивал о ваших домашних делах, о вашем доме и доходе, прошептала Сисилия, краснея, а потом сказал, как мне показалось, радостным тоном, что через два месяца вы поедете на юг для того, чтобы поправить ваше здоровье… недостаточно ли этого для вас, мистер Сильвестер?

Он бросил на нее взгляд, хотел что-то сказать, потом повернулся и начал машинально ощипывать цветы в жардиньерке.

— Я, конечно, не могу понять смысла всех его слов. Но усмешки и взгляды, сопровождавшие такой разговор, говорили сами за себя. Мне показалось, что я должна предупредить вас в коварстве этого человека, хотя бы только потому, что папа так высоко ценит вас.

Сильвестер поклонился и посмотрел на дверь, за которой исчезли те два человека, и сделал движение, как будто хотел за ними идти. Но передумал, подвел мисс Стьюйвесант к стулу и сказал:

— Вы очень добры, но прошу вас не говорить об этом Пооле.

Она поклонилась, и улыбка пробежала по ее лицу.

— Я не люблю болтать, мистер Сильвестер, а иначе я пересказала бы это не вам, а моему отцу.

Он с поклоном пожал ее руку, прежде чем передал на попечение юноше, вернувшемуся к ней.

Скоро к Сисилии подошла Поола под руку с Энсайном и вскричала:

— Не правда ли, какой восхитительный вечер?

— Вам так весело?

— Да.

Разговор их скоро был прерван Сильвестером, который вернулся из столовой с озабоченным видом. Подойдя к девушкам, он извинился, сказал, что деловой друг ждет его в передней, оставил их и исчез в толпе.

— Я не люблю, когда деловые друзья мешают удовольствиям, — вскричала Поола, глядя вслед Сильвестеру тревожными глазами. — Вы заметили, как он взволнован, Сисилия? А полчаса тому назад он был так весел.

— Мы не знаем всей важности его дел, Поола, — уклончиво ответила приятельница.

— Дела похожи на невралгию, когда менее всего ожидаешь, вдруг схватит боль. Рассказывали вы мистеру Энсайну о нашем приключении?

— Нет, но я рассказала мистеру Сильвестеру, и он сказал мне такие добрые и хорошие слова. Я никогда не забуду их.

— А я рассказала папаше; но он нахмурился и сделал замечание об упадке нравственности и о том, как многие мошенники приобретают богатство не брезгуя ничем. — Ваш папа бывает иногда жесток, Сисилия.

Мисс Стьюйвесант вспыхнула и стала смотреть на толпу, пестревшую перед ее глазами.

— Он создан из гранита, Поола. Он и жесток, и прочен, его можно резать, но не плавить. Из такого материала делают монументы нескончаемой красоты и прочности. Вы должны быть справедливы к моему отцу.

— Я отдаю ему должное, но мне иногда кажется, что эта гранитная колонна упадет и раздавит меня.

— Вас, Поола?

Прежде чем она успела ответить, Сильвестер вернулся. Его лицо было еще бледно, и приобрело выражение суровости, еще более испугавшее Поолу, чем прежняя вынужденная веселость. Взяв Поолу за руку, он отвел ее в сторону.

— Я должен оставить вас, — сказал он, — по одному важному делу. Бёртрем проводит вас и Уону домой. Мой поспешный отъезд не должен испортить вашего удовольствия от праздника.

— Я предпочла бы уехать с вами домой сейчас. Я уверена, что и кузина Уона уйдет охотно.

— Я еду не домой, — сказал он.

Поола не смела больше ничего сказать. Но ее удовольствие омрачилось; она не могла видеть равнодушно страдания или беспокойства на этом лице. Простившись с Сисилией и взяв под руку мистера Энсайна, она пошла разыскивать свою кузину.

Она нашла ее среди толпы поклонников, для которой ее бриллианты, если не улыбки, составляли предмет интереса. Уона говорила какую-то длинную и бессвязную речь, и для Поолы, с ее тоской в сердце, она показалась олицетворением самодовольства, на которое ей неприятно было смотреть.

— Мистрис Сильвестер разделяет почести со своим мужем, — заметил Энсайн.

«Но только не заботы и огорчения», — подумала Поола.

Мистрис Сильвестер нелегко было отвлечь от компании, в которой она произвела такое впечатление, но, наконец, она поддалась убеждениям Поолы и согласилась поехать домой с молодым Сильвестером. Прежде всего надо было найти Бёртрема. Мистер Энсайн вызвался отыскать его. Оставив Поолу с ее кузиной, он отправился искать бывшего Мандевиля и с большим трудом нашел его у окна, рассматривающим белые лилии, которые он держал в руках. Энсайн объяснил ему, в чем дело, и Бёртрем тотчас пошел вместе с ним к дамам.

«Я не знал, что он так красив», — подумал Энсайн, нахмурившись.

Бёртрем не был красив, но Клеренс Энсайн был положительно дурен, а о Бёртреме этого сказать было нельзя.

XVIII. Ночное видение

— Никогда не проводила такого восхитительного вечера, — сказала мистрис Сильвестер, сбрасывая свое богатое белое манто в своем будуаре. — Сера, пришейте завтра две петли к этому доломану, слышите? Я думала, что у меня замерзнут руки. Какой изящный джентльмен граф де Фрассак. Он положительно без ума от тебя, Поола, но ни слова по-английски не понимает… Ах! Этот противный негодяй уронил-таки ложку мне на платье, а клялся, что она не дотронулась до него, но посмотрите прямо на это пятно. Поола, твое мнение о голубых перьях было правильно. Я слышала, как мистрис Джонс шептала за спиной у меня, что голубой цвет всегда делает блондинок блеклыми. Разумеется, мне не было нужно более сильного доказательства в том, что я совершенно затмила ее бледнолицую дочь.

Она замолчала и прислушалась.

— Мне послышались шаги Эдварда. Ужасно досадно, что он так вдруг бросил нас. Я только что хотела представить его графу, конечно, Эдвард не счел бы этого за большую честь, но, когда имеешь красивого мужа… Сера, поправьте эти занавески, они совсем скривились. Ты пробовала устрицы, Поола? Они были совершенны. Я без церемонии прогоню Лоренцо и найму повара, который умеет готовить из устриц фрикасе.

Тут она опять заговорила о другом и закончила замечанием:

— Уважение, оказываемое жене президента Медисонского банка, очень лестно. Если бы я знала, какую перемену это произведет в обществе, я давно уговорила бы Эдварда бросить спекуляции. Красота и богатство помогают подниматься по общественной лестнице, но только одно солидное положение, какое занял Эдвард теперь, может поднять нас на самую ее вершину. Если я получу мой костюм от Ворта вовремя, я в будущем месяце устрою прием.

Поола, стоя в дверях уже несколько минут пыталась ускользнуть в свою комнату. Она с удивлением смотрела на свою кузину. Она никогда не