Мой любовник не смотрит мои сторис - Ксения Шашкова

Квартира в новостройке, картинки из пинтереста с идеальным и модным ремонтом – все это манило, обольщало, возбуждало. Мы уже десять лет жили в небольшой трехкомнатной квартире, которую нам купили Димины родители после нашего переезда в Москву. Дима тогда только начинал свою карьеру айтишника, и свекровь активно нам помогала. Но дом, в котором мы жили, строили в 70-х, а мы мечтали о новом жилье.

Дима сомневался:

– Хотя сейчас айтишников сокращают… и в чатах пишут, что зарплаты сжимаются…

– Ну, ты же только попробуешь, – говорила я. – Ты же не уйдешь в никуда, если у тебя не будет оффера на руках.

Я наконец-то решилась организовать платный разговорный онлайн-клуб для тех, кто учит немецкий. Уже месяц я вела его бесплатно, и теперь мне нужно было сообщить участникам, что я меняю формат и бесплатного больше не будет.

– Просто не представляю, как я им это скажу… «Извините… теперь я делаю это за деньги…» Хочется сквозь землю провалиться.

– Какая разница, что они подумают.

– Они разозлятся.

– Ну и что?

– Тоже верно. Я же не заставляю их ходить за деньги, они могут и отказаться. Скорее всего, откажутся.

– А вдруг нет?

Мы сели на лавочку.

– Я хочу домой, – заныла Ната.

– Подожди еще немного, Натуль, мы ведь только приехали, – в отчаянии начал Дима.

– Тут скууучно.

– Ната, ты тут не одна, мы с папой хотим погулять еще.

– Вы дурацкие родители.

Мы с Димой переглянулись. Я вздохнула и откинулась на спинку скамьи.

– Вот мы уедем, и ты отдохнешь, – заметил Дима так, как будто только я одна уставала от Наты и ее капризов.

Дима впервые поехал к родителям на выходные без меня и забрал Нату с собой. «Юля не приедет, потому что у нее работа».

Я с трудом могла вспомнить, когда я последний раз оставалась одна. Без него, без дочери. Кажется, я была тогда на последнем месяце беременности, у Димы умерла бабушка, и он поехал на похороны без меня.

Тишина оглушала. Никто не дергал меня за рукав, никто не обращался ко мне с просьбами.

После разговорного клуба я надела длинное ретро-платье с белым воротничком и отправилась бродить по центру Москвы. Думала написать Серафиме, но не хотелось заставлять себя слушать кого-то, реагировать на услышанное. Дошла до англиканской церкви, которую мечтала посетить еще в прошлой жизни, до материнства. Сфотографировала вид и отправила Диме. «Хорошо тебе там», – ответил он и прислал их с Натой селфи на фоне маминых роз.

Вечером я перебирала фильмы с нотками эротики и не могла выбрать, что посмотреть. Остановилась на «Укрощении строптивого». Какой же он скучный, но Орнелла Мути хороша.

Красивая картинка возбудила меня. Я накрасила губы красной помадой. Надела белье в белую паутинку, чулки телесного цвета, короткую юбку в фиолетовую клетку и белую рубашку. Поставила штатив за свой рабочий стол и сняла серию эротических видео в рабочем кресле; сначала я гладила себя через одежду, потом расстегнула рубашку; я трогала свою грудь в кружевном корсете. В финале я задирала юбку и ласкала себя, отодвинув трусики в сторону. Я отправила эти видео Диме, и он был в восторге.

Лето пыхтело, как вулкан. Лето как предчувствие землетрясения – осени.

В конце августа на родительской даче мы с Лизой устроили фотосет; я купила черную атласную ночную сорочку, мы взяли у мамы белое одеяло, стул и отправились в поле. Мать Васи подарила им на свадьбу зеркалку, и Лиза оставила ее себе в качестве моральной компенсации. Собирая себя по кусочкам после развода, Лиза решила пойти учиться на фотографа, и я горячо ее в этом поддерживала. Она хотела потренироваться на мне.

Я улыбаюсь во весь рот на этих фотографиях. Я публикую их в соцсетях, ставлю на аватарки. На одной из них я сижу на стуле в траве. У меня запрокинута голова, рот приоткрыт, вырез сорочки открывает бедро. Казалось, у меня роман с самой жизнью.

6

В сентябре на учебе начались аквариумы – первая серьезная практика в роли психолога. Вы с кем-то из одногруппников целый час разыгрываете пару «клиент – терапевт», за этим наблюдают остальные 25 студентов и преподаватель. Потом еще час длится разбор ошибок и удач.

Чтобы поучаствовать в аквариуме в роли психолога, надо было записаться заранее. Самые шустрые – а среди них была и я – сразу кинулись занимать места, как только куратор прислала таблицу для записи. Можно было записываться и клиентом и терапевтом. Я записалась психологом на 21 сентября. Меня ждало боевое крещение.

У нас был активный поток, и аквариумов на всех не хватило. Будущие психологи смогли отстоять себя и попросили у организаторов курса еще слотов. Я просматривала тех, кто не успел записаться терапевтом в прошлый раз, и думала, к кому бы записаться клиентом. Я видела, что Сеня занят. Как и Алеша. А вот Матвей… Будет терапевтом 7 декабря, и поле «клиент» напротив его фамилии пустовало.

Я быстро впечатала туда свое имя. Пальцы мои, пальцы, бегущие печатать вперед меня. «Интересно, он заметил, что я к нему записалась?»

Теперь я стала чаще его замечать. Вечером нас поделили на две группы, поскольку аквариумов стало вдвое больше, и куратор вывешивала списки, кто куда должен идти. Однажды я обратила внимание на то, что Матвей появился в зуме на одном из аквариумов моей группы, хотя я видела его фамилию в другой.

Я напечатала ему в личку в зуме: «Матвей, а ты вроде должен быть в другой группе? Я увидела твой ник и решила, что это я все перепутала». Опять виноваты пальцы?

Он ответил: «О, а я не знал, что нужно ходить в какую-то конкретную группу, – выбирал пойти туда, кого интереснее смотреть».

Спустя неделю на другом аквариуме теперь уже он написал мне в личку в зуме: «Я проник сюда законно, отвечаю! (ржущий смайлик)»

Спустя еще неделю, когда преподаватель спросила, хочет ли кто-то сыграть сейчас терапевта, он же: «Ты видела, как Вика испуганно опустила руку? (ржущий смайлик)».

Перед своим аквариумом я сильно волновалась. Быть в роли терапевта не в уютной тройке, а перед целой группой с преподавателем было страшно. Перед началом сессии Ната закатила истерику на ровном месте. Я уже вовсю собирала информацию о клиентке (ею оказалась требовательная и депрессивная Ангелина), но еще целых десять минут слышала, как дочь плачет в соседней комнате, а Дима ее утешает. Если учитывать этот дополнительный фактор стресса, справилась я неплохо. После пары я переписывалась с Олей и Аидой в телеграме – мы обсуждали, как все прошло, в чем были сложности. Внезапно я увидела сообщение от Матвея в списке чатов. К моим щекам прилила кровь. Внутри меня было и «да