Острова и море - Эрнест Миллер Хемингуэй

— Не надо, мистер Дэвис. Лучше просто полейте мне на голову.

Эдди зачерпнул ведром морскую воду и, сложив ковшиком ладонь, бережно смочил голову мальчика и отвел со лба волосы.

— Так у тебя правда не болит голова? — спросил он.

— Я прекрасно себя чувствую, — ответил Дэвид. — Только говорите мне, что делать, мистер Дэвис.

— Попробуй немного подтянуть леску, — посоветовал Роджер.

Дэвид попытался раз, другой, но рыба ни на дюйм не уступала.

— Ладно, брось. Береги силы, — сказал Роджер и обратился к Эдди: — Смочи кепи и надень на него. День безветренный, и печет, как в аду.

Эдди окунул кепи с длинным козырьком в ведро с морской водой и надел на голову Дэви.

— Соль щиплет глаза, мистер Дэвис. Извините, но так хуже.

— Я промою глаза чистой водой, — сказал Эдди. — Дайте мне ваш платок, Роджер. А ты, Энди, принеси свежей холодной воды.

Согнувшись от напряжения, мальчик изо всех сил упирался в палубу ногами, а катер все так же медленно скользил по водной глади. С западной стороны в воде резвилась стайка тунцов или альбакоров, и к ним уже подлетали чайки, перекрикиваясь на лету. Но стайка быстро скрылась, а чайки опустились на воду, поджидая очередного появления рыбок. Эдди обтер лицо мальчика, а потом, опустив платок в стакан с ледяной водой, смочил ему шею и запястья. Под конец он снова окунул платок в стакан и, слегка отжав, положил на затылок Дэвида.

— Не скрывай, если болит голова, — сказал ему Эдди. — Признаться вовсе не стыдно. Просто разумно. В такой мертвый штиль жара стоит несусветная.

— Со мной все хорошо, — сказал Дэвид. — Всего лишь болят плечи да руки.

— Это нормально, — признал Эдди. — Так ты в мужчину превращаешься. А вот чего нельзя допустить — так это чтоб тебя солнечный удар хватил или чтоб ты от напряжения живот надорвал.

— Как она дальше будет себя вести, мистер Дэвис? — спросил Дэвид пересохшими губами.

— Может, так же, как и сейчас. Или начнет кружить. Но не исключено, что захочет всплыть.

— Жаль, что она сразу пошла в глубину и у нас мало лески, чтобы маневрировать, — сказал Томас Хадсон Роджеру.

— Главное — Дэйву удалось ее остановить, — отозвался Роджер. — Скоро рыба захочет сменить тактику. Тут мы и подналяжем. Попробуй слегка подтянуть ее, Дэйв.

Дэйв попробовал, но у него ничего не вышло.

— Она всплывет, — убежденно сказал Эдди. — Вот увидишь, Дэви. Другого выхода у нее нет. Хочешь еще прополоскать рот?

Дэвид кивнул. Ему уже приходилось беречь дыхание.

— Проглоти немного, а остальное выплюнь, — посоветовал Эдди. Он повернулся к Роджеру. — Прошел час, — сказал он. — Как голова? Не болит, Дэви?

Мальчик покачал головой.

— Ты что думаешь, папа? — спросил отца Том-младший. — Это правда?

— Мне кажется, он в неплохой форме, — сказал Томас Хадсон. — А Эдди не допустит, чтобы с ним что-то случилось.

— Конечно, не допустит, — согласился Том. — Мне тоже хочется помочь. Пойду принесу Эдди чего-нибудь выпить.

— И мне, пожалуйста.

— Хорошо. И мистеру Дэвису тоже.

— Не думаю, что он сейчас захочет.

— А я спрошу.

— Попробуй еще разок, Дэви, — сказал тихо Роджер, и мальчик потянул со всей силой, удерживая руками края катушки.

— На дюйм сдвинулась, — сказал Роджер. — Посмотри, не сможешь ли подтянуть еще немного.

И тут началась настоящая схватка. Раньше Дэвид только удерживал уходящую в открытое море рыбу, а катер шел вслед за ней, но теперь ему приходилось поднимать ее, следить за выпрямлявшимся вслед за вытягиваемой леской удилищем, а потом медленно его опускать, наматывая лишнюю леску на катушку.

— Только не торопись, — говорил Роджер. — Действуй без суеты. Вытягивай потихоньку.

Сильно подавшись вперед, мальчик вкладывал в каждую попытку справиться с рыбой всю свою силу и весь вес, а потом правой рукой быстро накручивал леску.

— Дэвид — мастак по части рыбной ловли, — сказал Том-младший. — Он сызмальства любит ловить рыбу, но я даже не предполагал, что он так здорово это делает. Дэвид всегда посмеивается над собой, говорит, что плохо играет в спортивные игры. А что сейчас вытворяет!

— Черт с ними, со спортивными играми, — сказал Томас Хадсон. — Что ты говоришь, Роджер?

— Дай чуть вперед! — крикнул Роджер.

— Есть дать чуть вперед, — повторил Томас Хадсон, и на этот раз рывок катера помог Дэвиду выбрать больше лески.

— Разве ты не любишь спорт, папа? — спросил Том.

— Раньше любил. Даже очень. А теперь нет.

— Мне нравятся теннис и фехтование, — сказал Том. — А игры с перекидыванием мяча меня не увлекают. Наверное, потому, что я вырос в Европе. Не сомневаюсь, Дэвид, если бы захотел, стал бы отличным фехтовальщиком — он такой умный. Но он не хочет. Он любит только читать, ловить рыбу, охотиться и мастерить искусственных мух для наживки. Стреляет он лучше Энди. И мух делает отменных. Но, папа, я, верно, надоел тебе своей болтовней.

— Вовсе нет, Том.

Держась за поручень мостика, Том-младший смотрел на корму, как и отец, положивший руку ему на плечо. Оно было соленым от морской воды, которой мальчики поливали друг друга на корме из ведра до того, как клюнула рыба. Соль проступила на коже и казалась песком под рукой.

— Понимаешь, я так много болтаю, потому что очень волнуюсь за Дэвида. И сейчас больше всего на свете хочу, чтобы он выловил эту рыбу.

— Эта рыба просто огромная. Погоди — еще увидишь, когда всплывет.

— Несколько лет назад, когда ты взял меня на рыбную ловлю, я видел одну такую. Она проткнула мечом большую макрель — нашу наживку, выпрыгнула и выбросила крючок. Это была настоящая громадина, и потом она долго мне снилась по ночам. Ладно, пойду-ка вниз и приготовлю вам выпить.

— Это не к спеху, — сказал отец.

А на корме, сидя в закрепленном, вращающемся кресле с откинутой спинкой и упираясь ногами, Дэвид, напрягаясь всем телом — руками, плечами, спиной, бедрами, тянул рыбу, затем отпускал, наматывал леску на катушку и снова тянул. Леска на катушке понемногу прибавлялась — по дюйму, по два, по три зараз.

— Голова не болит? — опять спросил Эдди, который стоял рядом и удерживал кресло в одном положении.

Дэвид отрицательно мотнул головой. Эдди потрогал кепочку на его макушке.

— Еще не высохла, — сказал он. — Ты здорово измучил эту рыбину, Дэви. Работаешь, как автомат.

— Когда ее вел, было труднее, — проговорил Дэвид надтреснутым голосом.

— Естественно, — сказал Эдди. — Теперь дело пошло. А тогда она просто изматывала тебя.

— Не трать лишние силы, — сказал Роджер. — Ты все делаешь замечательно, Дэйв.

— Мы загарпуним ее, когда она в этот раз всплывет? — спросил Эндрю.

— Не говори мне под руку, — сказал Дэвид.