Проклятие сестер Зыонг - Кэролин Хюин

Элейн со вздохом опустилась в кресло. Она слишком стара для всего этого. Долго еще ей быть гламурной азиатской девчонкой в округе Ориндж? Если бы она закончила универ и побольше читала, ее жизнь сложилась бы совсем иначе. Могла бы стать такой, как ее кузины-зазнайки, работать в айти, быть врачом или предпринимательницей. Может, ей бы удалось подняться повыше. Элейн позавидовала тем, кто живет иначе, оглядывая темную кофейню, где тоскующие девицы покачивали бедрами над столиками или курили, развалившись в креслах и уткнувшись в телефоны.

Может, это ее потолок?

В углу кто-то хохотнул, и она обернулась: еще один постоянный клиент сверлит ее взглядом. Встретившись с ним глазами, она подавила смешок, но на лице сразу же появилась улыбка. Она встала и направилась к угловому столику. По именам своих клиентов она не знала, зато знала их в лицо. Это лицо было ей хорошо знакомо. Приглаженные иссиня-черные волосы, отутюженная белая рубашка, золотые «Ролексы» — смотришь на него, и на душе становится спокойнее, особенно утром в понедельник. Этот хотя бы постоянный, а те парни, за которыми обычно охотилась Элейн, постоянством не отличались. Она влюбилась в него, и крепко влюбилась. Правда, Кристин она об этом ни за что не расскажет, иначе сестра будет потешаться над ней до смерти, смеяться ей в лицо, потому что этот парень — типичный азиатский кобель, вылитый Кевин Нгуен.

— Быстро ты вернулся, Чоу Мо-ван, — сказала она, садясь в кабинку рядом с ним. Она решила называть его как героя фильма «Любовное настроение», потому что парень очень напоминал молодого Тони Люнга. А молодой Тони Люнг — это все.

Парень чуть не подавился кофе и рассмеялся:

— Хватит меня так называть.

— Ну ты не говоришь мне свое настоящее имя…

— Не говорю.

— Кого пригласить? Жаклин? Сильвию? Тэмми? Какое из зол выберешь сегодня? Ты уже изучил их график.

Он пожал плечами.

— Вообще все равно. Я за кофе прихожу.

— Все-таки тебе стоит обратиться к психологу. Похоже, мама тебя не долюбила.

Парень усмехнулся:

— Я и без психолога знаю, что серьезные отношения не для меня.

— Тогда ходи в «Старбакс».

Он поднял кофейную чашку, как поднимают винный бокал:

— Предпочитаю поддерживать местный малый бизнес.

— Ну и дурак.

Элейн цокнула языком, но все-таки слегка улыбнулась. Ну почему она всегда влюбляется в недоступных мужчин? Любит охотиться за ними. Завибрировал телефон, она достала его и увидела сообщение от Тхао, которая сейчас в Сайгоне. С ней практически невозможно связаться. Соцсетями она не пользуется, ни с кем из родственников не общается, даже с родными сестрами. На сообщения отвечает между тусовками, когда есть минутка.

«Извини, помочь не могу»

«И потом, я таким не занимаюсь»

«Это вроде как незаконно?»

Элейн зарычала. Как же она ненавидит семейство Нгуен! Всех трех — Присциллу, Тхюи и Тхао. Якшаются с белыми, о корнях забыли. В детстве, когда все жили под одной крышей, как сельди в бочке, они были совсем другими. Элейн закатила глаза и буркнула себе под нос: «Вот дрянь!» Но парень услышал.

Ну конечно, это незаконно! Тхао вечно думает, что она лучше них, выше их вороха азиатских проблем просто потому, что училась в Бостоне. В глубине души Элейн лелеяла хрупкую надежду на то, что кузина вспомнит, как они прятались под апельсиновым деревом во дворе дома в Санта-Ане и мечтали о лучшей жизни. Они пообещали друг другу не становиться как их матери, когда вырастут. Дали слово, что их поколение будет другим.

А теперь все бросили ее. Она одна работает на семью и устраивает подпольные сделки в Маленьком Сайгоне.

— Что-то случилось? — спросил у нее парень. Он вглядывался в ее лицо: наращенные ресницы, темный оттенок красной помады из линейки какой-то знаменитости. Элейн почувствовала, как едва заметно краснеет, но вида не подала. Как всегда делала в компании привлекательных недоступных парней.

— Извини, это вьетнамские семейные разборки — сам понимаешь. Моя заносчивая вредная кузина думает, что сделать маленькое одолжение — ниже ее достоинства.

— А в чем вопрос? Может, я могу помочь?

Элейн рассмеялась.

— Не могу рассказать. Это глупая просьба моей матери.

— Я кое-что понимаю в глупых просьбах азиатских матерей.

— Тогда слушай. Мне нужна женщина…

— А кому она не нужна? — перебил ее парень.

— Мне нужна такая, чтобы согласилась выйти замуж за человека, который приезжает из Вьетнама. Он будет здесь через месяц. Это дядя близкого друга семьи. По линии другого маминого бизнеса, неофициального. Я подумала, что кузина могла бы поговорить с кем-то из знакомых во Вьетнаме, у кого есть одинокие тетушки, нуждающиеся в наличных деньгах, — объяснила Элейн, подняв одну бровь и как бы ожидая, что он поймет, к чему она клонит. — Женщина нужна, понимаешь?

— Понимаю, — сказал парень, откинувшись на спинку диванчика. Он замолчал, и Элейн готова была поклясться: он листает список контактов в уме. Это даже возбуждало — смотреть, как он пытается помочь. Она давно не видела парней, от которых может быть польза, тем более парней типажа Кевина Нгуена из Сан-Хосе. Такие проходимцы напоминали ей ровесников отца и всех остальных взрослых мужчин, за которыми она наблюдала, пока росла: все проблемы они перекладывали на женщин, пусть жены обо всем «позаботятся», а сами пили пиво, курили и расхаживали по точно таким же кофейням, как эта.

— Сколько ему лет? — спросил парень.

— Около семидесяти. Может, чуть за семьдесят.

— Сколько денег готовы заплатить и на какой срок?

— Пятьдесят тысяч за законный брак на пять лет.

— Маловато для пяти лет.

— У них больше нет. Десять тысяч за год. Они давно пытаются перевезти его в Штаты. У них последний шанс.

— Китаянка? Кореянка? Вьетнамка? Может, камбоджийка? Какие у них пожелания?

Элейн покачала головой.

— Хотят вьетнамку, чтобы пройти собеседование. Если они будут говорить на разных языках, кто ж поверит, что у них любовь?

Он почесал затылок и засмеялся.

— Волею случая я, кажется, знаю подходящую женщину. Я встречаюсь с девушкой, у нее мать, по рассказам, чокнутая разведенка. Ей, похоже, и деньги пригодятся, и развеяться не повредит. Деньги, наверное, ее заинтересуют больше.

Элейн попыталась не гримасничать, когда услышала, что он с кем-то встречается.

— Так и не скажешь, что у тебя есть девушка. Она знает о твоих предпочтениях… по части кофе?

Он пожал плечами.

— Она не то чтобы моя девушка. Ничего серьезного. Ты же меня знаешь, отношения не для меня. Она милая, помогает отвлечься от всего. От взрослой жизни. — Он сунул руку в карман, достал визитку и придвинул ее к Элейн. — Теперь ты знаешь, как меня зовут. Нет, не Чоу Мо-ван, уж извини. Позвони