Золотое зеркало - Якоб Вассерман
Книгу Золотое зеркало - Якоб Вассерман читаем онлайн бесплатно полную версию! Чтобы начать читать не надо регистрации. Напомним, что читать онлайн вы можете не только на компьютере, но и на андроид (Android), iPhone и iPad. Приятного чтения!
Шрифт:
-
+
Интервал:
-
+
Закладка:
Сделать
по вымощенному двору под присмотром вооруженных надзирателей. Никогда в жизни не приходилось ему видеть таких печальных, одичалых фигур: бледные мужчины, с глубокими складками в углах рта, с жесткой щетиной на подбородке или с длинными бородами, или даже совершенно без всякой растительности на лице, как это часто бывает у прирожденных преступников. Волосы у всех были коротко острижены, все, были удивительно худы; их ноги и руки смешно болтались. Один парень был на целую голову выше всех остальных, глаза у него странно щурились, рот был открыт. Рядом с ним шел человек с лицом, напоминающим свиной окорок, -- грубым, одутловатым, зверским. Узкогрудый, хромой преступник скалил зубы; рядом с ним рыжеволосый парень беззвучно смеялся; лицо грубого крестьянина выражало идиотскую тоску; высокий, стройный юноша улыбался сладкой и скверной улыбкой. Шум их собственных шагов, по-видимому, производил на арестантов отрадное впечатление; когда над их головами, каркая, пролетала ворона, -- одни вздрагивали, другие смотрели вверх неподвижным и мрачным взглядом. Александр подозвал товарища и указал на окно. Маритц наморщил брови и объявил, что это -- интересная коллекция характерных голов. Окно было открыто, арестанты услышали голоса и взглянули на говорившего, сначала изумленными, потом угрожающими, жадными, дикими глазами. Надзиратель погрозил в окно кулаком, Александр и Маритц отступили в глубину комнаты. Глубоко потрясенный, Александр всплеснул руками. -- Что за люди! -- пробормотал он, -- и все-таки -- люди! -- Ты их жалеешь? -- цинично протянул Маритц. -- Побереги свое сострадание, коли не умеешь действовать! Ну, что же? Распали их сердца, натрави их на филистеров! Ты, конечно, подожмешь хвост, потому-то ты трус, и нет в тебе необходимого задора! Александр вздрогнул, глаза его засверкали. Вынув свою рукопись, он красивым, гневным жестом бросил ее к ногам Маритца. Тот хладнокровно поднял ее и спокойно принялся просматривать листки, то покачивая головой, то придавая своему лицу сомневающееся, милостивое или задумчивое выражение; Александр сгорал от нетерпения; ему просто не стоялось на месте: он уже стыдился и раскаивался в своем поступке. Наконец Маритц сказал: -- Очень, очень мило! Хороший размер, и метафоры довольно оригинальны. Но к чему все это в стихах, мой милейший? Это написано для баб. Положа руку на сердце, признайся, тебе ведь за них совестно? Александр чуть не заплакал, но скрыл свое огорчение, промолчал и спрятал тетрадку; он сделался одним опытом богаче и одним чувством беднее, чем час тому назад. Если бы в городе не было такого волнения и страха из-за слухов о революции, то между судебным персоналом нашелся бы хоть один разумный человек, способный понять всю нелепость ареста молодых путешественников. Несмотря на запрещенные книги, найденные в их чемоданах, следователь выразил желание перевести их в менее унизительную обстановку; но решение это все откладывалось, и таким образом случилось, что несправедливо заключенные оказались замешанными в события следующей ночи. В это утро был приведен новый арестант, цирюльник, по фамилии Венгерский, приговоренный за сводничество к двум годам тюремного заключения. Уже во время бритья головы он вел себя вызывающим образом, а при чтении тюремных правил, особенно -- параграфа о молчании, смеялся презрительным смехом. В мастерской он окинул товарищей пылающим взором, постоял несколько времени с угрюмым видом, не принимаясь за работу, и только при третьем окрике надзирателя обернулся и вдруг закричал пронзительным голосом, особенно резко прозвучавшим среди мертвой тишины: -- Братья! Известно ли вам, что по всей стране избивают правителей и господ? Наступает великое время. Да здравствует свобода!.. Ему не дали продолжать; трое надзирателей набросились на него и, хотя он был тщедушным человечком, им с большим трудом удалось справиться с ним. Его сейчас же заковали в кандалы. Арестанты дрожали, как в лихорадке; они походили на голодных, мимо которых пронесли вкусно пахнущее кушанье. Но услышанные слова начали понемногу действовать: значит, возможно то, что, подобно фантасмагории или безумию, гнездилось в самых потаенных уголках их души? А если это возможно, то, может-быть, и исполнимо? и не может-быть, а наверное! Они обменялись взглядами, выражавшими взаимное понимание. Было пять часов; в половине шестого они должны вернуться в свои камеры. Надзиратели, предчувствуя приближающееся возмущение, решились сократить рабочие часы. По первому приказу были отложены в сторону рабочие принадлежности: иглы, нитки, тростник для плетения корзин, рубанки, мешочный холст; по второму -- вместо того, чтобы исполнить приказание, арестант огромного роста, по имени Хеннеке, с хриплым криком бросился на первого надзирателя и повалил его на землю. В одно мгновенье все товарищи последовали его примеру и напали на своих мучителей, связали и заткнули им рты кляпами. Затем Хеннеке стал во главе шествия, и все тридцать три человека двинулись в коридор. Двадцать четыре арестанта было заключено в отдельные камеры, пятеро сидело в темной. Толпа разделилась: большая часть под командой Вольтриха, вора с рябым лицом, направилась в канцелярию и караульню, чтобы обезоружить и связать писарей, ночных надзирателей и сторожей. Один унтер-офицер, оказавший отчаянное. сопротивление, был убит. Мятежники с благоразумной быстротой завладели оружием. Главные ворота были заперты и забаррикадированы; всех связанных стащили в подвал. В это время Хеннеке отворил все камеры и снял кандалы с закованных преступников. Вся орда высыпала из темных коридоров на крепостной двор. Хеннеке спросил, не ускользнул ли кто-нибудь из "надзиранции", как он называл начальство; оказалось, что один солдат убежал. Решили поставить часового, и Хеннеке приказал идти на бруствер одному старику, который крайне неохотно повиновался этому приказанию, так как ему пришлось покинуть хлеб, колбасы и бочки с пивом, выкаченные его товарищами из подвала. Александр и Маритц тоже были освобождены. Они вышли на двор последними и робко забились в угол; им хотелось сделаться невидимками: в своей комнате они чувствовали себя спокойнее. Геройское сердце Маритца сжалось, когда он подумал о предстоящих столкновениях с законом и полицией: не всегда приятно принимать участие в осуществлении идей, которые проповедуешь. Александр, наоборот, не терял хладнокровия, как это часто бывает с живущими воображением людьми, если они попадают в опасное положение. Они ведь так часто и подробно обсуждали жизнь; он верил, что настоящие переживания встретит именно там, где не искал их. Теперь в его собственное существование, как светлый луч в открытую дверь, врывались события, страдания, роковая судьба. С наступлением ночи мятежники почувствовали себя не-особенно приятно. Хан, переплетчик, прозванный за пергаментный цвет своего лица Желтым Ханом, предложил развести- огонь перед караульней, и скоро яркое пламя осветило беспокойные, грубые лица, серые куртки и без умолку говорящие рты, с черными или желтыми кривыми поломанными зубами. Это была
Прочитали книгу? Предлагаем вам поделится своим отзывом от прочитанного(прослушанного)! Ваш отзыв будет полезен читателям, которые еще только собираются познакомиться с произведением.
Уважаемые читатели, слушатели и просто посетители нашей библиотеки! Просим Вас придерживаться определенных правил при комментировании литературных произведений.
- 1. Просьба отказаться от дискриминационных высказываний. Мы защищаем право наших читателей свободно выражать свою точку зрения. Вместе с тем мы не терпим агрессии. На сайте запрещено оставлять комментарий, который содержит унизительные высказывания или призывы к насилию по отношению к отдельным лицам или группам людей на основании их расы, этнического происхождения, вероисповедания, недееспособности, пола, возраста, статуса ветерана, касты или сексуальной ориентации.
- 2. Просьба отказаться от оскорблений, угроз и запугиваний.
- 3. Просьба отказаться от нецензурной лексики.
- 4. Просьба вести себя максимально корректно как по отношению к авторам, так и по отношению к другим читателям и их комментариям.
Надеемся на Ваше понимание и благоразумие. С уважением, администратор knigkindom.ru.
Оставить комментарий
-
Р.Д.У.22 август 02:17
...мне тоже понравился этот русский вестерн. И озвучено неплохо. Советую....
Силантьев Вадим – Засада
-
Гость Любовь21 август 20:01
Прочитала залпом.... интересный сюжет, история захватывает, плакала вместе с героями. спасибо автору за интересное...
Вернуть жену. Без права на прощение? - Ира Орлова
-
Ма21 август 02:06
Роман хороший, но очень топорный и поэтому скучноватый, все как будто поверхностно, акцент на работе героев - киллер и главбух, а...
Гектор - Ольга Дашкова
