Сибирский приключенческий роман 2 - Галина Алексеевна Беломестнова

я тебе уже много раз рассказывал, но ты меня не слушал и сейчас не слушаешь, мы не юкагиры, а вадулы. Вадулы – это означает могучие, и мы раньше такими и были. Когда мы собирались вместе и закуривали трубки, над всей землёй поднимался туман. А когда мы натягивали луки, само солнце пряталось за тучи, потому что оно нас боялось. А потом, верхом на толстом мохнатом звере, которого вы называете маммут, из-под земли выехал остроголовый старик и привёл с собой чукчей. Чукчи начали отбирать у нас землю, оленей, наши руки стали слабыми, глаза стали плохо видеть, мы ничего не могли поделать с чукчами, мы разбегались кто куда, мы прятались. А потом пришли вы и, кроме земли и оленей, которых отнимали чукчи, вы отбираете наши души, мы забываем своих богов, а вы даёте нам вашего бога! А нужен ли он нам, вы об этом у нас разве спрашиваете?!

И тут Илэлэк повернулся к капитану, хотел ещё что-то сказать…

Но капитан сказал первым:

– Я не для этого сюда пришёл, чтобы тебя выслушивать!

Илэлэк подумал и сказал:

– Да, это так.

И он опять стал смотреть по сторонам. И капитан тоже смотрел. Горы были как горы, все одинаковые. А Илэлэк вдруг сказал, улыбаясь:

– В прошлом году, говорят, Серебряной горой была вон та!

И он указал куда-то в сторону. Потом показал в другую сторону и прибавил:

– А в позапрошлом вон та! А какая будет в этом, я пока не вижу.

Капитан смотрел на Илэлэка. Илэлэк, прищурившись, смотрел на горы. Так продолжалось достаточно долго. И капитан, не сдержавшись, спросил:

– А какая она должна быть?

– Она сверкает, она вся из серебра, – ответил Илэлэк. – И над ней всегда вьётся дымок. Это старик курит трубку.

– Какой старик? Остроголовый?

– Нет. От остроголового старика не бывает ничего хорошего. Он привёл на эти земли чукчей, потом вас. А этот старик сидит уже давно. Ещё только горы стали подниматься, а он уже там сидел. Но мы не помним, как его зовут, я же говорил уже, что мы забыли наших богов. А к вашим богам мы так и не привыкли. Но ты смотри, смотри внимательно! У тебя молодые глаза!

И капитан смотрел. И ничего не видел! Шло время.

Вдруг Илэлэк тихо сказал:

– Вон там.

И указал рукой. Капитан посмотрел в ту сторону, куда указывал Илэлэк, и в самом деле увидел далеко-далеко на востоке очень яркую, сверкающую на вечернем солнце гору, а над горой вился дымок.

– Это она, – уже громче сказал Илэлэк. – И я знаю, как туда добраться. Я там уже бывал когда-то.

– И что, – с недоверием спросил капитан, – это гора и в самом деле сделана из серебра?

– Нет, конечно, – сказал Илэлэк. – Когда я кочевал туда, это была обыкновенная каменная гора. А теперь, в этом году, она стала серебряной, ты сам это видишь. Но как только на ней принесут в жертву твоего названого брата, она опять станет обыкновенной, а серебро уйдёт к другой горе.

Капитан смотрел на эту гору, думал, а потом спросил:

– Атч-ытагын идёт туда?

– Туда, – кратко ответил Илэлэк. Потом прибавил: – И он будет ходить по долинам, петлять, путать следы. А мы пойдём прямо! И его обгоним! И станем в засаде! И, может быть, хоть кто-нибудь из моих богов, которых я забыл, придёт к нам на помощь!

– А мой бог? – спросил капитан.

– Твой бог – это твой бог, – сказал Илэлэк. – А мне нужен мой. Но не будем терять время на слова. Пойдём!

Капитан ещё раз посмотрел на горы, после на серебряную гору, долго смотрел, чтобы крепче запомнить, и пошёл за Илэлэком – вниз.

Спускаться было ещё трудней, чем подниматься, также и времени это заняло намного больше. Когда они дошли до чувала, капитан взял спрятанный под камнем крестик, надел его, и они вышли к стойбищу. Время было позднее, уже наступила полночь, то есть солнце дошло до своей нижней точки и стало понемногу подниматься. В стойбище было тихо.

Но как только там увидели, что капитан и Илэлэк вернулись, все сразу начали вставать от костров и пошли им навстречу. А тут ещё Имрын ударил в бубен, юкагиры начали плясать, выкрикивать. Илэлэк что-то крикнул в ответ, показал рукой на гору и ещё раз крикнул. Успокаивает их, что всё в порядке и что завтра они пойдут дальше, догадался капитан.

Вдруг кто-то тронул его за рукав. Капитан обернулся. Рядом с ним стоял улыбающийся Шалауров, а за спиной у Шалаурова теснились остальные наши – солдаты, казаки, охочие люди.

– Ну что, – спросил Шалауров, – видел Серебряную гору?

– Видел, – ответил капитан, и показал рукой: – Это вон там! Она очень большая, и сверкает. И над ней дым.

– Как на Камчатке, – сказал Шалауров. И сразу же спросил: – А ты дорогу туда видел?

– Нет там никаких дорог! – ответил капитан. – Там одни горы.

– Через горы тоже есть дороги, – сказал Шалауров. – Сейчас покажу.

И он полез за пазуху, достал лист бумаги, развернул его, и капитан увидел самодельную карту. Капитан взял её, повернул к свету, ещё повернул, и вначале узнал Колыму, её устье в самом углу, а дальше Малый Анюй, после Большой Анюй, а между ними ровненькие пирамидки – горы. Этих пирамидок с краёв было мало, зато в середине много, Анюи в них почти что потерялись. Капитан смотрел на эти нарисованные горы, вспоминал, прикидывал. Потом сказал:

– Это вот здесь. Между нашим Анюем и Анадырем. Да, точно здесь!

– О, это известное место, – сказал Шалауров. – Трёхсобачья гора называется. Говорят, там раньше было большущее мольбище. Людей там резали, собакам скармливали. А теперь вот как оно повернулось!

Он поднял голову и осмотрелся. Вокруг плотно стояли наши. Капитан молчал, смотрел на карту, а потом спросил:

– Сколько туда идти?

– Недели две, не меньше, – сказал Шалауров.

– Две недели! – повторил Ефимов. – И это по таким местам! Из-за одного дурака всем войском в петлю лезть. А ещё придём туда, а его уже нет!

– Так! – громко, строго сказал капитан. – Кто дал слово?!

Ефимов молчал. Капитан усмехнулся, продолжил:

– Ефимов говорит, его там нет. А ты, Илэлэк, что скажешь?!

– Есть, – без особой охоты сказал Илэлэк.

– О! Слыхал, Ефимов?! – сказал капитан. И продолжал: – Значит, адъюнкт на месте. А серебро там есть? Никита Павлович!

– Есть, как ему не быть! – ответил Шалауров. – Вот только брать его трудно. Там же сидит старик остроголовый, их главный шаман, и вот он…

– Ладно, ладно! – сказал капитан. – О колдунах потом, а пока что давайте о деле поговорим.