Сибирский приключенческий роман 2 - Галина Алексеевна Беломестнова

сокрушался и добродушно журил наглецов: «Сукины вы дети, что же вы заставляете меня чуть ли не через забор лезть. Посмотрите, какой беспорядок в доме. Сейчас же проводите этих дам и принимайтесь за уборку. На кухне – шаром покати, а ведь я оставлял продукты и давал деньги для покупки провизии». Устыдить наглецов ему не удавалось, и через некоторое время все повторялось вновь.

Возле морского вокзала – дебаркадера толпилась множество людей. Жители Хабаровска старались покинуть город, чтобы переждать тревожное время на дачах и в ближайших селах. Сеня вклинился в толпу и стал пробираться к сходням речного колесного парохода, который подошел к пристани незадолго до этого. Расталкивая разношерстую публику, он вдруг нос к носу столкнулся с молодым чешским солдатом. Судьба уже сводила их в бою под Каулем. Чех остановился и открыл было рот, но Арсений не стал дожидаться реакции встречного и скрылся в толпе.

А меж тем, незадолго до этого, весной, полк, в котором служил Сеня, участвовал в вооруженной стычке с чехами, которые выступили и перекрыли движение по железной дороге. Чешский отряд был разгромлен, и Арсений шел по полю боя, выявляя среди убитых тяжелораненых бойцов. Ему вдруг показалось, что один из убитых чешских солдат жив, и он слегка ткнул его штыком и скомандовал:

– А ну, вставай!

Чешский солдат зашевелился и, подняв руки вверх, выпрямился во весь рост.

– Меня росстреляют?! – жалобно спросил он.

Сеня увидел перед собой молодого паренька, почти своего сверстника.

– Иди вперед, – скомандовал он. – В штабе разберутся, что с тобой делать.

Пленный чех уныло плелся впереди. Навстречу из зарослей кустарника вышел сослуживец Арсения татарин Тугаев. Вероятно, этот воитель отсиживался в кустах до окончания атаки, но теперь, когда драка закончилась, он был преисполнен воинского пыла.

– Попался, билят такой, – закричал он на чеха. – Мы тыбя сейчас в расход пустим, – и он щелкнул затвором.

Пленный солдатик втянул голову в плечи и побледнел, казалось, еще немного, и он расплачется.

– Я тебя самого в расход пущу, – обозлился Сеня.

– Ты чё, чешского суку защищаешь? – опешил Тугаев. – Их всех резать надо.

– Не тронь, – твердым голосом осадил Арсений, – сказано пленных в штаб доставлять, и баста! Надо еще выяснить, где ты во время боя окусывался?

Эти слова отрезвляюще подействовали на ретивого вояку, и он, пробормотав что-то невразумительное, скрылся с глаз долой. Таких скорых на расправу с обезоруженными врагами «удальцов» Арсений повидал немало. В бою они прятались за спины товарищей, а затем, выказывая свою классовую ненависть, больше всех горлопанили и хватались за оружие. Сеня сдал чеха в штаб и больше его не видел. Скорее всего, пленного солдатика допросили и отпустили восвояси. И вот теперь Арсений не понял, чего хотел чех, то ли благодарить его за спасение от самосуда, или же позвать на помощь патруль. Скрывшись от греха подальше в толпе, он взобрался на переполненный пароходик и устроился на корме. Когда суденышко, шлепая плицами колес, отошло на середину реки, он окончательно успокоился и, привалившись к чьим-то чемоданам, уснул.

Молодой организм быстро оправился от былых переживаний, и Арсений проснулся отлично выспавшимся и бодрым. Судно неспешно двигалось по реке, высаживая у пристаней разношерстных пассажиров, и к вечеру Сеня прибыл в условное место. На одной из сельских улиц он увидел нескольких знакомых ребят, и те указали ему место сбора. Временный штаб располагался в избе сельского старосты. Отметив свою фамилию в списке прибывших, Арсений вышел на улицу с мыслью о том, где бы поужинать и устроиться на ночлег. Каково же было его удивление, когда первым, кого он увидел, была Варя. Девушка шла по улице с группой гимназисток.

– Варюша, ты откуда здесь? – удивился Сеня.

Варя несказанно обрадовалась знакомому человеку.

– Ой, Сенечка, миленький, как хорошо, что мы тебя встретили! – обрадовалась она.

– Когда началась стрельба, наша классная дама решила немедленно вывезти нас, и мы приехали сюда три часа назад и вот ходим, не знаем где устроиться. Девчата, это мой друг, почти родственник, его зовут Арсений, – представила она Сеню своим подругам.

Гимназистки затараторили, засыпая симпатичного юношу самыми различными вопросами. Меж тем Арсений смотрел на Варю и не мог налюбоваться. До чего похорошела и повзрослела недавняя девчонка. Она превратилась в настоящую барышню. Ему пришлось вновь идти в штаб и организовывать ночлег юных беженок. Когда место для ночевки гимназисток было определено в церковно-приходской школе, он отвел туда девушек, разместил, и там их разыскала классная дама, которая совсем сбилась с ног, пытаясь устроить воспитанниц, в царящей суматохе. Когда наступили сумерки, Сене удалось накормить девчат у походной кухни, и он уж было собрался прилечь где-нибудь на сеновале, но тут одна из гимназисток прибежала с новостью, что на окраине села организованы танцы. Действительно, откуда-то издалека доносились звуки граммофона и гармошки. Усталость девчонок как рукой сняло, и они стали тормошить Арсения, требуя, чтобы он сопроводил их на танцы. Сеня сначала отнекивался, но Варюша настояла на своем, и он с гурьбой гимназисток пошел на звуки музыки. Классная дама, женщина молодая и миловидная, также пошла вместе с ними. Ее звали Ирина Семеновна.

На берегу Амура, при свете костров, была организована танцплощадка. Это место уже давно использовалось сельской молодежью для гуляний. Местные парни и девчата вперемежку с бойцами республиканской армии и хабаровскими милиционерами сидели на бревнах. Звучал граммофон, и на танцевальной поляне уже кружились первые пары. Прибытие группы девушек-гимназисток было встречено с воодушевлением. Местная публика щедро угощала гостей медовухой, по кругу ходила бутыль с самогоном, но пьяных среди гуляющих не было.

– Вот так дела, гора с горой не сходятся, а сослуживцы тут как тут, – услышал Арсений знакомый голос. Командир его разведэскадрона Александр Аргунцев, бравый, перетянутый портупеей кавалерист, стоял напротив него и широко улыбался. – Молодец, Сеня, прибыл одним из первых.

– Александр Андреевич, – обрадовался Сеня, – и вы здесь!

– А то как же, я с несколькими ребятами отмахал столько верст и, как условились, прибыл для продолжения службы.

Командир у Сени был замечательный. Участник войны 1914 года, кавалер двух Георгиевских крестов, Аргунцев был одним из немногих, кто имел боевой опыт. Ребята души не чаяли в бывшем ротмистре драгунского полка, и он отвечал им любовью и заботой. За строгость и принципиальность его, несмотря на молодость, величали по отчеству. Андреич воспитал из своих бойцов боеспособных, отважных кавалеристов-разведчиков. Арсений представил ему своих новых знакомых гимназисток. Куда только делась усталость. Народ танцевал, смеялся, несмотря на то, что не так давно эти люди подвергались смертельной опасности, теряли друзей, скрывались от