Трэш. #Путь к осознанности - Валентина Хара

чашек чая, Гена начал подбирать аккорды к новому музыкальному произведению. Олега завораживал этот процесс: бормотание под нос, беззвучное шевеление пальцами и движение руки по грифу, затем несколько неуверенных аккордов, а затем – чудо рождения новой мелодии, становящейся краше и богаче с каждым новым кругом ее обработки.

– Все! Срисовал! Пришли мне текст, а я допилю мелодию! – с довольной ухмылкой подытожил результаты своего труда Гена и сел к столу за очередной чашкой чая.

– Талантище! – с удовольствием произнес Олег.

– Кстати, у меня есть к тебе еще новость!

– Не томи!

– Я уже почти свел «Бескрайний век». Добавил аранжировочку. Скоро пришлю тебе. Нужно будет искать вокалистку.

– Круто! – Олег кивнул. – Будем искать.

Это была очень странная песня. Мелодию, сыгранную на электрогитаре, Гена прислал Олегу несколько месяцев назад, когда Олег пробирался из пункта «А» в пункт «Б» города Санкт-Петербурга на своей машине. Олег начал слушать ее в наушниках и сразу был очарован красотой и глубиной мелодии. Ему захотелось написать к ней слова. Почему-то родилась картина: стоящая у окна девушка со слезинкой на щеке, мечтательно смотрящая в ночное небо в ожидании кого-то, кто должен вернуться. И словно она – это не женщина, а он – не мужчина, а оба они – две вечные души, странствующие из жизни в жизнь, из века в век. Очень легко тогда родилась первая строчка: «Жизнь без намека на ложь, в отблесках тысячи звезд…» и пошло-поехало. О чем это он писал? Его жизнь была не такой. О ком он думал? Кого видел стоящей у окна? И кому говорила та девушка: «Во Вселенной любой я хочу быть с тобой…»? Он так мечтал, чтобы кто-то произнес ему эти строчки, но даже не представлял, кто это может быть. Какая-то мечта. Какая-то нереальность.

Очередная зажигательная Генкина мелодия вывела Олега из состояния задумчивости. Они спели их традиционный «Луч солнца золотого» из «Бременских музыкантов» и «Personal Jesus». Пришла Катя. Она задала несколько формальных вопросов Гене и ушла в спальню.

– Ладненько! Пора мне до дому до хаты! – подытожил Гена, запаковывая в чехол гитару.

– Да. Давай. Круто мы с тобой сегодня отожгли, – ответил Олег и подмигнул.

Он проводил его до прихожей, обнял и пожелал хорошего вечера. Улыбающийся Гена скрылся за дверью, и Олег вздрогнул от крика Кати. Через секунду он уже понял, что она за что-то ругает Максимку, и зашел в спальню. Обиженный Максимка выбежал из спальни, протопал по коридору и хлопнул дверью в свою комнату.

– Похлопай у меня еще дверьми! – крикнула Катя вслед ребенку.

– Катюш! Чего ты? Ты ж его целый день не видела.

– Достало уже все! – выпалила Катя. – Ты видел, как он футболку уделал? Вся в варенье!

– И что? Стиральная машинка есть. Зачем на ребенка-то орать так? – Олег начинал закипать сам.

– А ничего! Еще клиентка эта достала! Я уже десять раз ей все объяснила. А она трезвонит мне и задает одни и те же вопросы. Как «в гостях у сказки».

– Кать. У нас бизнес такой. Клиенты часто нервничают. Их успокаивать надо, а не самим нервничать.

– Ну вот ты и успокаивай! Может, дать тебе ее телефончик? Съездишь и успокоишь?

– Тшшшш. Притормози, Катя.

– Да пошел ты!

Олег не стал продолжать эту перепалку и вышел из спальни. Он зашел в комнату к Максимке. Тот плакал на кровати. Грязная футболка лежала на полу.

– Максимка. Ты-то чего хнычешь? Ты ведь мужчина! Мама просто устала на работе.

Он обнял ребенка. «Зачем она так? – пульсировал в его голове вопрос. – Как с ней третьего рожать? Да и надо ли вообще при таком раскладе?»

Спустя несколько минут дверь открылась, и на пороге показалась Катя с извиняющимся выражением лица.

– Простите меня, мальчики! Вы ведь знаете, какая я импульсивная!

Она обняла Максима, он обнял ее, а Олег обнял их обоих. На несколько минут воцарилось спокойствие.

– Я пойду прогуляюсь, – сообщил Олег Кате.

– Я с тобой. – Катя подошла к Олегу.

– Нет, не надо. Мне надо подышать воздухом. Одному.

Олег оделся и вышел на улицу. Дом находился на набережной. Олег подошел к перилам и посмотрел в воду. Было уже темно. Он пошел вдоль берега. «Так хочется выпить!» – подумал он. Ноги вели его в сторону магазина. Он мысленно представил несколько глотков горячего коньяка, и слюна заполнила его горло. Сплюнув на траву, он сменил направление движения. «Все идет к тому, что я сопьюсь, если буду каждый раз так нервничать».

Через полчаса он вернулся домой. Они с Катей выпили чаю. Помирились окончательно. Обнялись и уснули.

Ночью Олегу приснился странный сон. Он словно бежал по каким-то тоннелям и подвалам, скрываясь от каких-то бандитов, ныряя в черную вонючую жижу и дрожа от страха.

Глава 22. Важные дела

Целый день Олег усиленно пытался занять себя самыми важными делами: поездками в банки, переговорами с новыми клиентами и чтением законодательства. Раз в час он заглядывал в почту, проверяя, написала ли что-то Софи.

Она написала только вечером, когда Олег уже вернулся домой.

– Олег, привет! Утром пошла в храм. Как же там хорошо. Прямо поймала себя на мысли, что мне хорошо. И попела с нереальным удовольствием. Полная реализация.

А еще я подумала, что пошла бы сейчас еще и на английский, и тогда знаете, что… Когда я погружусь в это, мне будет не до домашних проблем. У меня все сразу уляжется, так как времени лишнего не останется. Или это не решение? Совсем запуталась. Олег, неужели возможно распутать все мои клубки-вопросы?!

После храма отправила мужа с другом на роликах кататься, так как мне ни кататься не хотелось, ни с мужем время проводить. Да и дела дома были, и на массаж со спа хотела пойти. Муж, кстати, как я и предполагала, дал мне карту кредитную.

А еще вечером, когда он вернулся, я включила музыку со своей странички, а вторая песня – «Вiдпусти» группы «Океан Эльзи». Жан поворачивается и говорит: «Ты мне тоже когда-нибудь так скажешь?» Ну вот, скажите, Олег! Что он хотел услышать? Я сказала, что скажу. Он сделал вид, что не услышал. Попросила машину мне оставить – забрал ключ, точнее, забыл отдать… Валяюсь. Напилась таблеток. Жесть. Я ж вроде не псих, а с таблеток не слезаю. Разве так можно? Мне ведь всего двадцать семь…

Пошла в магазин. То ли «Персен» всему виной, то ли не знаю что. Вообще никаких эмоций от всего, что я там видела: белье, одежда, украшения… Ноль. Апатия полная.