Обо всем и ни о чем - Хосроу Шахани

Судья снова принялся считать, и на восьмой секунде наш чемпион снова поднялся. Качаясь, точно пьяный, подошел он к своему противнику, хотел, наверно, его ударить, однако получил такой удар, что можно было досчитать до тысячи, он все равно не встал бы на ноги.

Судья поднял руку боксера из западного района и объявил, что он победил, а его противник получил «нокаут». Я не понял смысла этого слова, помню только, что наш чемпион, бедняга, больше не оправился и его унесли на носилках.

Потом наступила очередь чемпиона наших восточных соседей, который встретился со второй перчаткой нашего города. Но на этот раз приезжий не давал возможности нашему боксеру упасть на землю. Не знаю, как он его бил, только наш боксер не падал. Если удар приходился в челюсть справа и наш боксер начинал крениться влево, его подстерегал удар слева, и несчастный валился вправо. Я так полагаю, у чемпиона наших друзей руки были на пружинах: он молотил ими, точно заведенный, и так быстро, что не только мы, но и судья не успевал считать удары.

Тут неожиданно из публики вышел широкоплечий седовласый человек огромного роста. Он приблизился к рингу, перепрыгнул через канаты. Схватив за плечи чемпиона наших противников, он сильно тряхнул его, а потом влепил ему такую пощечину, что звук ее, несмотря на рев толпы, был слышен за пределами стадиона. Вслед за первой пощечиной последовали вторая и третья.

– Сукин сын, мерзавец, бандит! – кричал он. – Чего пристал к бедняге?! Черт с ним, с этим Кубком дружбы! Да пропади он пропадом!

И, не дав чемпиону опомниться, на глазах у судьи и изумленной публики снова влепил ему такую оплеуху, что тот, трижды перевернувшись, отлетел назад, столкнулся с судьей… и вместе с ним упал на канаты ринга. Но седовласый гигант не унимался и, побагровев от ярости, вопил:

– Подонки! Мы для вас украсили город, кормили вас и поили, ухаживали за вами! И все это ради чего? Ради того, чтобы вы приехали, избили наших ребят и убрались восвояси!.. Да наплевать нам на все эти кубки дружбы, катись они все к…

Не закончив фразу, он, словно раненый тигр, снова бросился на боксера. Чемпиону и судье оставалось только спасаться бегством, что они и сделали, а разгневанный болельщик устремился вслед за ними.

Наш же боксер, окончательно одурев, стоял, качаясь, посреди ринга и ждал, когда его противник вернется и снова начнет его бить. Тут спохватились блюстители порядка. Одни из них стали защищать чемпиона, другие – его противника. Началось такое побоище, что по его окончании больницы нашего города не были в состоянии вместить всех раненых и искалеченных.

Через неделю мы получили центральные газеты и журналы. Там отмечалось: «Соревнования на Кубок дружбы между спортсменами разных районов такой-то провинции были проведены в атмосфере искренности и дружбы. Цель проведения этих соревнований – создать дух взаимопонимания, товарищества и сплоченности между молодежью нашей страны…

За выдающиеся заслуги в организации этих дружеских соревнований и по просьбе спортсменов господину губернатору такому-то такой-то провинции вручен Кубок дружбы, а деятельность его получила одобрение министерства внутренних дел и Общества по физической культуре и спорту».

Кстати, следует сказать, что после проведения дружеских соревнований и всех описанных выше событий между нами и нашими восточными и западными соседями будто пробежала черная кошка. С тех пор мы просто не выносим друг друга.

Собственник

Был у меня приятель – жизнерадостный здоровяк, милый, остроумный, всегда пребывавший в веселом расположении духа, на такого и поглядеть – одно удовольствие. Случилось так, что я несколько месяцев его не видел. И вот наконец мы встретились… Но что это? Приятеля словно подменили, куда что девалось! От его представительной, плотной, всем на зависть, фигуры не осталось и следа. Он спал с лица. На руках выступили вены. От слабости еле шевелился язык и едва двигались ноги. Шея стала тоненькой… Что такое? Почему он так изменился? Может, это и не он вовсе? Да нет, вроде он!

– Что с тобой? – спросил я. Он ничего не ответил.

– Может, у тебя грипп? – предположил я, встревоженный тем, что мой осанистый друг превратился в такого заморыша.

– Хуже!

– Что? Малярия?

– Хуже!

– Уж не чахотка ли?

– Ох, если бы чахотка!

– Что же в таком случае? Не из тюрьмы ли вышел? Или, может быть, стал наркоманом? Или, не дай бог, у тебя язва желудка?

– Нет, хуже… Я купил машину!

У меня сердце упало… Видать, бедняга задавил человека, и эти два-три месяца, что я его не видал, сидел в тюрьме.

– Это правда? – спросил я, решив, что прочел его мысли. – В тюрьму попал? Задавил человека?

– Да нет же! – раздраженно ответил он.

– Ну так в чем тогда дело? Не томи, выкладывай скорей!

– Я же сказал: «Купил машину!»

– Поздравляю! Но сам-то ты почему так изменился?

– Алчный человек заводит себе шесть карманов! – отвечал он загадочно, в своей манере говорить афоризмами. – Я, видишь ли, принадлежу к тому типу людей, что, найдя даровую веревку, тут же спешат на ней удавиться.

Я ничего не понимал, и мне не терпелось узнать, что же с ним приключилось.

– Еще два-три месяца назад, – начал он, закурив сигарету, – мне мог бы позавидовать президент Франции. Я жил счастливо и беспечно, как бабочка. Утром я шел себе из дому пешком до автобусной остановки, покуривая, и по дороге обдумывал планы на день. Дойдя до остановки, платил два крана[52] и получал билет. Подходил автобус – я садился. Частенько по воле случая рядом оказывалась красивая девушка. На каждой остановке кто-то выходил, кто-то входил. Я все время видел новых людей и получал удовольствие от смены впечатлений. Так я добирался до работы. Работал спокойно, успевал все сделать. Вечером отправлялся с друзьями в кино. Иногда заглядывал в кафе. Когда наступало время возвращаться домой, брал такси, а если погода была хорошая, не торопясь шел пешком. По пути я развлекался тем, что вспоминал хорошие стихи или, давая волю фантазии, выдумывал всякие истории, и так незаметно оказывался дома. Ложился в постель и перед сном, была охота – читал, а нет – лежал и строил планы на будущее. И вот месяца два-три назад ко мне подошел один человек и спросил:

– У тебя есть автомобиль?

– Нет, братец, какое там! Ослика никак купить не соберусь, а ты говоришь: «автомобиль».

– Что же так?

– Денег нет!

– Я могу