Песни для прекрасной - Марен Вивьен Хаазе

считает меня преступником. Лишь бы его образ идеального брата остался нетронутым. Будь его воля, она никогда не узнала бы правду. Колено снова нервно подергивалось, потому что я изо всех сил пытался держать себя в руках, но я не знал, сколько еще выдержу. — Все те ужасные вещи, которые я натворил… Что ж, я был идиотом, что попался. А ты, Картер? Что бы сделал на моем месте?

Он сглотнул и отвел взгляд.

— Ну… Наверное… Я бы… Не знаю, как бы я поступил.

Какой же жалкий трус.

— Хм, — раздраженно ответил я, подавшись вперед и наклонив голову набок. — Жаль. А ведь раньше ты давал мне такие мудрые советы, помнишь?

Я щелкнул пальцами.

— Ой, нет. Погоди-ка. Это же был я. Ты был тем, кто всегда вляпывался в дерьмо.

— Бро, — мягко, но настойчиво он попытался остановить меня.

Я рассмеялся.

— Мы не бро. Больше нет.

Внезапно Сьюки прокашлялась.

— Ребята, я понимаю, этот ужин дается нам нелегко, но давайте…

— Кажется, мы не туда зашли, — перебил ее Картер, вжимая голову в плечи. — Может, начнем сначала? Поговорим о чем-нибудь другом?

Конечно, он хотел поговорить о чем-нибудь другом, чтобы его сестра продолжала оставаться в неведении и считала меня тем самым уродом, который хотел отправить ее брата за решетку.

— Может, и музыку сменим? У тебя есть что-нибудь из

The Weeknd

? — обратился я к Сьюки с деланым спокойствием, на что она лишь осторожно кивнула и встала.

— Сейчас принесу его альбом.

Как только она вышла, я впился взглядом в Картера.

— Она ведь ничего не знает, да? Совершенно не догадывается, какой подлец ее драгоценный братец, верно?

Картер провел рукой по лицу.

— Ривер, прошу. Я понимаю тебя. Но это должно остаться между нами. Сьюки здесь ни при чем. Прошло так много времени, и, если ты подыграешь, все может вернуться на круги своя. Но если сейчас ты расскажешь Сьюки, все полетит к чертям. Абсолютно все. Давай проведем вечер спокойно.

Я стиснул зубы, впиваясь в него взглядом.

— Не могу поверить, что ты ее обманул. Она этого не заслуживает, Картер.

Я заметил, как Сьюки вышла из своей комнаты с диском, но, прежде чем она успела нас услышать, добавил:

— Ты расскажешь ей. Иначе рано или поздно это сделаю я.

Его отвратительное лицо побледнело. Он просто сжал челюсти и уставился на меня. С каждой секундой его молчания я еще больше злился.

Стул громко скрипнул, когда я резко поднялся и бросил на Картера презрительный взгляд.

— Я ухожу. Ни секунды больше не собираюсь сидеть с тобой за одним столом.

— Пожалуйста, не уходи. Давай попробуем еще раз… — Сьюки положила диск на проигрыватель. Она выглядела растерянной и сбитой с толку. — Что вообще происходит?

— Оставь его. Если хочет, пусть уходит, — тихо сказал Картер, пожимая плечами.

Я горько рассмеялся.

— Ну конечно, а ты…

Нет. Не я должен рассказать обо всем Сьюки. Он должен сделать это. Он, а не я. Хотя в тот момент я ненавидел Картера больше, чем когда-либо, но я не хотел разбивать сердце Сьюки. Когда-нибудь она узнает правду. Если не от него, то от меня. Но тогда было совсем неподходящее время, чтобы разрушить ее иллюзии и рассказать, что ее лучший друг и брат обманывали ее последние пять лет. Это сломало бы не только Картера, но и Сьюки. И я не мог на это решиться.

— Останься. — Голос Сьюки дрогнул, но я лишь отрицательно покачал головой.

— Это была дерьмовая идея — прийти сюда. Я должен был это понимать. Должен был понимать, что ты все тот же трусливый ублюдок, который…

Боится отвечать за свои ошибки.

Нет, нет, нет. Возьми себя в руки, черт побери

.

— К черту все это, — прошипел я и выскочил в коридор. Дверь захлопнулась за моей спиной.

Однако через мгновение раздался скрип вновь открывающейся двери и торопливые шаги.

— Ривер! Эй, подожди!

Я вздохнул, идя по коридору, когда меня догнала Сьюки.

— Что это было? Что случилось?

— Твой чертов брат случился.

— Но… Все так хорошо начиналось. Давай вернемся. — Она схватила меня за руку и умоляюще посмотрела на меня. — Мы ведь просто хотели провести приятный вечер все вместе.

— Я не могу находиться в одной комнате с ним ни секунды.

— Но вы же можете еще…

— Нет, — резко перебил я и покачал головой. — Мы больше не друзья. И никогда ими не будем.

Я снова сделал несколько шагов в сторону лифта, потому что не мог смотреть ей в глаза, пока она жила в этом море лжи.

— Стой! Почему ты бежишь? Лучше же решать проблемы, чем…

— Вау! — Я резко обернулся и уставился на нее. — Я столкнулся с самой большой проблемой в жизни, придя сюда. Хотя прекрасно понимал, что ситуация только обострится. Черт возьми, я знал!

— Тогда зачем ты вообще согласился? Зачем пришел, если ненавидишь его? Зачем сел с ним за один стол, зачем расспрашивал о его работе и…

— Зачем? — Я рассмеялся и снова уставился на нее, прежде чем войти в лифт. — Ты не понимаешь, правда?

— Ч-что я должна понимать? — робко спросила она, шагнув за мной в лифт.

Я стиснул зубы и покачал головой.

— У меня были большие сомнения относительно того, стоит ли сюда приезжать. Ты не поверишь, как трудно мне было сделать этот шаг. Но я все равно его сделал. — Я попытался успокоиться, но когда наши глаза встретились, мое сердце забилось еще быстрее. — Ради тебя.

22. Сьюки

— Ты… что?

Я уставилась на Ривера, открыв рот, пока двери лифта закрывались за нами. Мы были одни. Его слова эхом звучали в голове.

Но я все равно его сделал. Ради тебя.

Противоречивые чувства боролись во мне — с одной стороны, мне было неловко, что Ривер пришел только ради меня, с другой — именно этот факт заставлял мое сердце биться быстрее.

— Не удивлен, что ты не понимаешь, — фыркнул он, пристально глядя на меня. — Ты ведь и раньше многого не замечала, да?

— Что?

— Ну… — Он пожал плечами. — Тогда я был безумно влюблен в тебя. Готов был на все ради твоего счастья. Даже когда ты встречалась с этим идиотом Джейсоном, который ни секунды не ценил тебя.

Особенно

тогда.

Во рту пересохло. Я окаменела, не в силах пошевелиться, только широко раскрытыми глазами смотрела на Ривера. Что он только что сказал? Его грудь учащенно вздымалась. В темных глазах вспыхнул огонь, и я не могла оторвать взгляд.

— Ты серьезно сейчас? Или просто издеваешься? — прошептала я