Белая линия ночи - Халид Аль Насрулла

Добравшись до люка целым и невредимым, Цензор не мог поверить, что вылазка прошла успешно. Он нырнул в колодец и плотно закрыл за собой крышку. Казалось, все обошлось, но на душе у Цензора было неспокойно. Бросив рюкзак в углу для готовки, он сел на корточки возле лестницы и стал прислушиваться к звукам с улицы. Бешеный стук сердца понемногу успокаивался, тревога отступала. Наконец, убедившись, что все в порядке, он встал с места, достал из кармана кнопочный телефон и набрал номер Рыцаря. Повисев на линии пару минут, он так и не дождался ответа.

– Уже поздно. Наверное, спит, – подумал Цензор.

Внезапно у него перед глазами все поплыло. Опустив веки, он рухнул на пол без сознания и провалился в сон.

Во сне он стоял на пустыре. Перед ним зияли пять глубоких колодцев наподобие того, в котором он находился, только без люков. Колодцы были абсолютно пустыми и расширялись книзу, точно конус. Вокруг была непроглядная чернота. Цензор понял, что попал в игру, где его задачей было выбрать верный колодец. Нырнув в одно из отверстий, он приземлился на том же пустыре перед пятью точно такими же колодцами. Нырнув в другое отверстие, он снова увидел перед собой те же пять зияющих дыр. Игра продолжалась до самого утра, пока он наконец не проснулся.

Цензор с трудом открыл глаза. Голова раскалывалась, в ушах звенело так, будто бы все птицы земного шара сели ему на голову и затрещали прямо в уши. Перевалившись на спину, он прикрыл веки и попытался вспомнить события прошлой ночи.

– Хорошо, что я отключился, – подумал Цензор. – Время прошло незаметно.

Открыв глаза, он бросил взгляд на узелок с книгами. Вот они – все его родные и близкие. Цензор с ужасом подумал, что было бы, если бы он оставил их дома. Всех их ждала бы неминуемая смерть на дне отвратительного конуса. В голове у него замелькали корешки книг, оставшихся на полке и конфискованных полицейскими. Сев на пол, он почувствовал, как что-то твердое упирается ему в бедро. Он ощупал карман и вспомнил, что вчера прихватил из дома смартфон. Взяв его в руки, он уставился в пустой экран. Включать телефон было слишком опасно – его местоположение мгновенно отследили бы по спутнику.

Кто знает…

– Я только на минутку, – прошептал Цензор, включая телефон. – Они не успеют меня засечь.

Экран загорелся, и телефон тут же завибрировал от десятков сообщений. Казалось, ему написали все, кого он знал, включая сестру, которая, видимо, не сразу сообразила, что он не брал с собой смартфон. Цензор на мгновение застыл, увидев на экране сообщение от Зейны:

«Как ты?»

Невероятно. Он замер, вглядываясь в экран. Сообщение было отправлено довольно давно, больше двадцати дней назад. Сердце Цензора разрывалось от безудержного счастья и невыносимой скорби. Улыбаясь как ребенок, он не мог наглядеться на эти два простых слова. На душе у него становилось теплее.

– Спрашиваешь, как я? – проговорил он. – Да так же, как и ты. Выходит, ты все еще думаешь обо мне. Как же я ошибался! Зейна… Если бы я только мог повернуть время вспять.

Стоило ли отвечать ей теперь, когда прошло столько времени? Цензор задумался. Способна ли любовь спасти его от беды, в которой он оказался? Едва ли. Перемены в его жизни оказались слишком глубокими, и с этого пути уже не свернуть. Расставаться с мыслями о Зейне было невыносимо, но он рассудил, что в этом и нет необходимости – пусть воспоминания о ней поддерживают его на этом нелегком пути. Тяжело вздохнув, он выключил смартфон.

Через пару минут зазвонил кнопочный телефон. Это был звонок от Рыцаря – прежде такой долгожданный, а теперь потерявший всякий смысл.

– У меня новости. За мной приходили, – поделился Цензор с писателем. – Неделю назад. Принесли повестку в суд. На меня завели уголовное дело за неявку на работу. А потом пришли полицейские с обыском и конфисковали библиотеку.

– Не стоит волноваться, – успокаивал его Рыцарь. – Отсутствие на рабочем месте не уголовное преступление, наказание за подобные проступки определяет ваше непосредственное начальство. А обыск вполне могли назначить в рамках борьбы с частными библиотеками. Скорее всего, кто-то написал донос.

Немного помедлив, Рыцарь с горечью произнес:

– Одну подпольную библиотеку они уже раскрыли.

– Как это? – удивился Цензор.

– Не знаю. От этих поганых ищеек ничего не скроешь…

Цензор никогда прежде не слышал, чтобы писатель так грубо выражался.

– Говорят, в вашем районе живет какой-то осведомитель, – продолжил Рыцарь. – Не исключено, что и у вас они как раз искали подпольную библиотеку.

Кто знает…

Цензор слабо в это верил, но молчал, не желая вступать в спор с писателем.

– Кстати, чуть не забыл, – проговорил Рыцарь. – У нас тут тоже кое-что произошло. Восточное крыло Управления обвалилось.

– Под ударами артиллерии, я надеюсь? – усмехнулся Цензор.

– Ну что вы, – рассмеялся писатель, и его смех перешел в густой кашель. – Мы тут ни при чем, – продолжил он, откашлявшись. – Развалюха давно уже ждала своего часа. В новостях только об этом и говорят – какой ущерб, сколько жертв и все такое.

«Восточный корпус – это где?» – задумчиво проговорил Цензор после того, как повесил трубку. Впервые за многие месяцы он вспомнил о работе, о коллегах, о профессии, которую когда-то считал своим призванием. Как быстро все изменилось. Он искренне жалел Начальника: тому ведь до сих пор кажется, что цензура – это особая миссия, уготованная ему высшими силами.

Кто знает…

Цензор тоже когда-то мнил себя ведущим игроком сборной Управления. В какой момент он почувствовал, что больше не является частью команды? Он уже и не помнил. Это было слишком давно.

В животе у Цензора заурчало. Ему нестерпимо хотелось есть, да и во рту пересохло. Он двинулся к рюкзаку с едой. В тоннеле стояла невыносимая жара.

– Кто знает… Да знает ли кто-нибудь в этом мире, как я здесь страдаю?

VI

Лежа на кровати среди нагромождений книг и журналов, я смотрел в окно на пальму и спрашивал себя: может, у меня просто разыгралась фантазия? Но в ту же секунду перед моими глазами встала чудовищная картина – светящаяся фигура Библиодемона взбирается на пальму, обхватив ее ствол специальным поясом из прочной ткани. Он лез все выше и выше, при этом не сводя глаз с моего окна. Вдруг он замер на мгновение, улыбнулся и помахал мне рукой.

Я помотал головой, отгоняя прочь кошмарный