Под вересковым небом - Метте Танзен

— Нет, — Лив делает шаг назад, — это ты выглядишь прекрасно. Что за восхитительное платье! Тебе невероятно идет этот зеленый цвет.

— Думаешь? — я разглаживаю ткань на бедрах.

— Ты очень красивая, — говорит Валери, прильнув к ноге Лив, — как принцесса.

Какая милая малышка! Чтобы порадовать девочку, я кружусь на месте один раз — и юбка платья в форме колокола разлетается. Сегодня я впервые надела платье, которое купила в своем любимом бутике в Люнебурге. Когда я пару дней назад увидела его на витрине, просто не смогла пройти мимо: оно сияло, будто изумруд. Пошив классический, удачная длина до икр, тканевый пояс завязан бантом и подчеркивает талию. Однако настоящая изюминка платья — это его узор «турецкий огурец», который пышно украшает рукава-фонарики и грудь. Он повторяется по подолу юбки, завиваясь розовым, оранжевым, бирюзовым и фиолетовым цветом.

— Фрауке действительно выглядит как принцесса, — говорит теперь Бетти, устроившись рядом с Валери, будто комментатор, — только восточная принцесса. Фрауке, на самом деле ты — самое прекрасное украшение в нашем рождественском магазине.

— Ребята, ну прекратите, — я энергично заканчиваю эту тему. — Вы меня смущаете. К тому же нам, помощницам Деда Мороза, уже пора. До прихода гостей надо еще кое-что успеть.

— Окей, тогда делаем все так, как и договаривались: Фрауке, ты встречаешь и приветствуешь гостей с сидром, Бетти будет подливать напитки, а Валери займется уборкой пустых стаканов, — Лив перечисляет все имена, загибая пальцы. — Я займусь продажей сыра, Клас берет на себя фуршет. Он приведет с собой из пекарни Мерле и Тима — они будут работать за хлебным прилавком и помогут при необходимости. И да, Гуннар тоже придет.

«Ах, интересно, — размышляю я, — “Гуннар тоже придет”». Знаки, которые посылает Лив, становятся всё более очевидными.

Это, пожалуй, последнее, о чем я успеваю подумать за вечер, потому что с этой минуты события набирают полный ход: только я достаю бокалы, как магазин наполняется первыми гостями. Я стараюсь уделить всем внимание: поприветствовать, представить гостей друг другу и предложить напитки. И я очень рада, когда на помощь мне спешит Клас, специально по случаю праздника повязавший мягкий замшевый передник. Он знает почти каждого пришедшего по имени. Они громко приветствуют друг друга, хлопают по плечам и обсуждают нашу рождественскую лавку.

— Думаю, все на месте. С ума сойти, сколько народа, — шепчет он мне, задерживая дыхание. — Я сейчас соберу своих ребят, и мы начнем разносить закуски. Справишься здесь одна?

Я коротко киваю и беру в руки фужер.

— Кстати, хотел сказать, — Клас подходит настолько близко, что его борода щекочет мне ухо, — ты выглядишь сегодня сногсшибательно.

При этом мужчина слегка тянет за бант на тканевом поясе моего платья. Я краем глаза вижу, что Бетти, проходящая мимо с бутылкой, навострила уши. Волей-неволей, но я краснею. Это не ускользает ни от Класа, ни от Лив.

— Господин Рентроп, — я резко поворачиваюсь в сторону, незаметно забираю у Класа из рук свой пояс, бросаюсь к следующему гостю, — как замечательно, что вы пришли. Как же я рада наконец познакомиться с вашей женой!

Обмен рукопожатиями — и едем дальше. Пришли также Зора с джином, пивовар Маттиас, Макс и Карла с огромной миской картофельных чипсов в качестве сувенира, Гуннар, Зёрен, Виллем и мама Класа — госпожа Андерсон. Они все в восторге, очарованно оглядываются вокруг и за одно мгновение создают просто прекрасное настроение. Как же хорошо! Даже госпожа Маллинкродт, которой я, конечно же, выслала пригласительный, не смогла отказаться и приехала.

— Госпожа Зандер, да вы просто мастер на все руки, — вырывается у нее. — Этого я действительно не ожидала.

Госпожа Маллинкродт с открытым ртом оглядывается вокруг и растерянно вручает мне букет амариллисов.

— Это очень мило с вашей стороны, — благодарю я женщину. — Какие красивые цветы!

— Можно забрать? — как всегда предусмотрительная Катинка подходит ко мне. — У меня остался большой подсвечник, мы используем его не по назначению — в качестве вазы.

— Ах, Катинка, хорошая идея! — я радуюсь помощи. — Разрешите вам заодно представить госпожу Маллинкродт.

Я уверена, что две жительницы Гамбурга найдут, о чем поговорить. Так оно и есть: не проходит и десяти секунд, как женщины объединяются и теряются в толпе. Отлично, обеих заняли, теперь можно продолжать.

Я энергично оборачиваюсь, ведь уже слышу следующего гостя. Но на этот раз мой рот открывается от изумления. Ведь то, что я вижу перед собой, — не что иное, как мираж.

Точнее: не кто иной, как мой муж.

Табу

— Боже мой, — шок пронизывает тело. — Юстус!

Его имя вырывается у меня из горла, будто хрип. Я не могу поверить, кто передо мной стоит. Часть меня все еще отчаянно надеется, что это оптическая иллюзия, поразительное сходство — и сейчас прозвучит что-то вроде: «Вы, должно быть, обознались, я не Юстус» или «Извините, мы знакомы?»

Но этих фраз не последовало. Вместо этого он произносит лишь:

— Э-э…

Кажется, мое очевидное смятение сбило моего мужа с толку. В таком состоянии я его раньше не видела.

— Я подумал, — голос Юстуса звучит хрипло, — что тебе может понадобиться это.

Он поднимает коробку с вином, которую несет перед собой.

— Моя дорогая Фрауке, когда я прочитал надпись Château Fabuleux, я вспомнил о том, что было раньше. О нас, о нашей поездке в Прованс. Разве это время не было прекрасным? Помнишь, как мы гостили у винодела, сидели на ящиках из-под вина, и я…

— Привет, Юстус. Вот так сюрприз. — Бетти, заметив мое затруднительное положение, приходит на помощь, забирает у меня коробку с вином. — Ну наконец-то! Вот оно, наше вино.

Юстус снова сбит с толку. Кажется, он вообще не ожидал увидеть здесь мою лучшую подругу.

— О, Бетти, привет, да, вот вино. — Он несколько раз покашливает. — У меня его еще много, — мужчина указывает на улицу. — Полный кемпер.

Я смотрю мимо Юстуса и узнаю наш автомобиль, припаркованный наполовину на тротуаре. Наш сине-белый кемпер. Как же давно я его не видела. Несколько лет назад Юстус его законсервировал. Кажется, с тех пор, когда мы разъезжали на нем по Провансу, прошла целая вечность. Когда я вижу наш автомобиль, к глазам подступают слезы. Это последняя капля, которая переполняет чашу.

— Нельзя оставлять машину на тротуаре, — говорит Бетти подчеркнуто прагматично, ставит коробку с вином на витрину, единственное свободное место. — Пойдем, нам нужно поспешить с выгрузкой товаров, а ты как раз отгонишь автомобиль.

Бетти хватает Юстуса за руку и тянет через дверь на улицу. Слава богу!

— Я могу чем-то помочь? — рядом со мной оказывается