Вся в мать - Сьюзан Ригер

– Мне восемьдесят восемь, – проскрипела Фрида. – Я ужасно забывчивая. Как ваши фамилии?

Клара и Грейс представились.

– Перейра, – повторила Фрида. – Португальская фамилия?

– Да, – ответила Клара.

В апартаментах Фрида заметалась по кухне, отделенной от гостиной островком.

– Я приготовлю кофе, – сказала она. – Сейчас я выйду к вам.

Хейди, Грейс и Клара сидели в гостиной. Они спокойно беседовали. Хейди показала на книгу на кофейном столике.

– Тут все читали ее. Фрида тоже.

– Она удивилась, что мы пришли к ней? – спросила Грейс.

– Думаю, да, хотя книга могла как-то насторожить ее, – ответила Хейди. – Сейчас она продумывает свою историю.

– Она будет лгать? – спросила Клара. «Как она может лгать? – подумала она. – Ведь все написано на ее лице. Что я тут делаю? Мне не надо было приходить сюда».

– Вся ее жизнь была построена на лжи, – пояснила Хейди. – Зачем ей меняться сейчас?

– У нее железная выдержка, – заметила Грейс. – Лайла восхитилась бы.

– Она еще и умная, – сказала Хейди. – Но матерью она была неважной, хотя никогда нас не наказывала. Наш отец был для нас матерью.

«Вся в мать, вся в мать», – подумала Грейс и бросила взгляд на Клару. Та слегка кивнула.

– Ты хочешь начать? – спросила Грейс.

– Давайте подождем и посмотрим, – предложила Хейди.

Фрида принесла кофе на подносе.

– К сожалению, у меня нет ни молока, ни сахара. Я никогда не зову сюда гостей. Иначе они никогда не уходят. Они сидят и сидят, болтая о ерунде. – Она взглянула на Клару. – Вы собираетесь поселиться тут? Но вы еще слишком молодая. Вам едва ли будет интересно торчать тут с этими стариками. Я становлюсь забывчивой, а моя экономка ушла на пенсию. Вот Хейди и ее брат взяли меня под руки и привезли сюда. Меня спасает живопись.

– Клара не переезжает сюда, – сказала Хейди. – Грейс, Клара, кто из вас хочет начать?

Грейс кивнула.

– Я надеюсь, что вы поможете нам, миссис Берман. Вы когда-нибудь знали женщину по имени Зельда Перейра, до замужества Зельда Пессоа?

– Пессоа – моя фамилия, – ответила Фрида, – до того как я вышла за Герберта.

– Вы знали Зельду? – спросила Грейс.

Фрида улыбнулась ей.

– Простите, как ваше имя? Я опять забыла.

– Грейс. Грейс Майер. Зельда Пессоа моя бабушка.

– Пессоа – очень распространенная фамилия в этих краях, – сказала Фрида.

– Вы слышали про тесты ДНК? – спросила Грейс.

– Что такое ДНК?

– Это тест, позволяющий найти родственников по составу крови, – пояснила Грейс. – Например, мы с Кларой сделали его, и результаты показали, что она моя тетка, а я ее племянница.

– Ничего хорошего в этом нет, – заявила Фрида. – У меня не брали даже отпечатки пальцев.

– Деннис тоже сделал тест, – сказала Хейди.

– Он милый мальчик. Он регулярно сдает кровь, – сказала Фрида.

– Тесты показали, что Деннис и Клара брат с сестрой, – объяснила Грейс.

– Как такое возможно? – Фрида сердито прищурилась и повернула лицо к Кларе. – Зачем вы создаете проблемы?

– Вы моя мать? – спросила Клара, пораженная ее взрывом. Почему я чувствую себя монстром?

Фрида ничего не отвечала. Она закрыла глаза. Прошла минута. Две минуты. Хейди начала беспокоиться, хотела что-то сказать. Грейс покачала головой.

Через пять минут Фрида открыла глаза и встала. Сверкнула ими на Грейс.

– Почему вы не уходите? – спросила она. – Я старая женщина. – Она снова села.

– Почему ты ушла? – спросила Клара, не в силах сдержаться. Как ты могла так поступить?

– Ты все еще красивая, – сказала Фрида. – В молодости ты наверняка была красоткой. – Она улыбнулась. – Я тоже была красоткой. Это помогает, быть красивой, помогает в жизни.

– Почему ты ушла? – снова спросила Клара. Ей казалось, что она вот-вот упадет в обморок. В гостиной было жарко и пахло чем-то несвежим или, может, старыми книгами. «Запах старости», – подумала она.

Фрида снова встала и принялась ходить по гостиной. Она ходила и говорила:

– Я пыталась убить себя, два раза. В первый раз я сунула голову в духовку. Бубба нашла меня. Во второй раз я зашла в гараж и завела мотор. Я снова была беременна. Пришла в себя я уже в «Элоизе». Альдо отвез меня туда. – Она посмотрела в окно. – В «Элоизе» не было окон, в палатах пациентов их не было. Знаете почему? Чтобы не прыгали из них. Через неделю меня хотели отправить домой. Но я сказала доктору, что буду пытаться убить себя, пока у меня не получится. Он обещал мне помочь. Бубба рассказала ему про мою тетку Хильду. Через два месяца я вышла замуж за Герберта Бермана.

Она села.

– Вы это хотели услышать? Теперь вы довольны? – Она сердито прищурилась на Грейс, потом повернулась к Кларе. – Так или иначе, – хмуро проговорила она, – но я намеревалась вас покинуть.

* * *

Хейди, Клара и Грейс медленно шли к машине.

– Давайте выпьем, – сказала Хейди. – Давайте напьемся.

– Простите меня, – сказала Грейс и прикусила губу, но потом продолжила: – Когда я взялась за поиски Зельды, я не думала, что в конце концов встречу кого-то вроде тебя или Денниса. Надо было бы сообразить, но я этого не сделала. Мне стыдно. Моя мать, умирая, написала мне письмо и попросила ее найти. Вот я и… – Она повернулась к Кларе. – Прости, что я заставила тебя пережить это.

Клара пожала плечами, все еще пытаясь разобраться в своих чувствах. Гнев? Я злюсь?

– Да уже столько воды утекло, – сказала Хейди.

– И столько крови пролилось, – добавила Грейс.

Хейди посмотрела на нее и прищурилась.

– Моя мать могла бы так сказать.

Они сидели в кабинке ресторана, Грейс и Клара с одной стороны, Хейди напротив них. Сиденья были твердые, спинки прямые. Они позвали официантку и заказали виски.

– Пока что, прежде чем планировать встречу всей семьи, надо что-то сделать с Деннисом. Он очень беспокоит меня. Я дам ему книгу. Возможно, тогда он поймет, что Фрида, спасая себя, спасла и его. Его никто никогда не обижал. Наши родители были добры к нему.

– Как ты думаешь, ваш отец знал? – спросила Клара.

Хейди пожала плечами.

– Не знаю, может, и догадывался. Но наверняка не хотел ничего выяснять. Он так любил ее. У них был счастливый брак.

Официантка принесла виски.

– Почему Деннис решил сделать тест ДНК? – спросила Грейс. – Многие люди делают его, чтобы найти отсутствующее звено.

– Он чувствовал себя аутсайдером. Я была умнее. Я была выше. Мама и папа были успешными каждый на свой лад. А он никогда не чувствовал себя успешным.

– Почему вы открыли общую практику? – спросила Грейс. Она мысленно вздохнула с облегчением. Говорить с Хейди ей было гораздо легче, чем с Кларой или Деннисом.

– Я люблю его. Я хотела работать на себя. Хотела видеть что-то еще, кроме работы, видеть жизнь. – Хейди