Сибирский приключенческий роман 2 - Галина Алексеевна Беломестнова

одна из обычных речушек, что сотнями приносят Байкалу собранную с Хамарских хребтов водяную дань. Сверху, с увала, Сердитая выглядела приветливо. Солнце в её отражении множилось и казалось ярче того, что в небесах. Вода искрилась и кипела пенными бородами на перекатах.

Шаман вывел Вэрдэ на взлобье, где, растопырив корни меж огромных валунов, заглядывался на своё отражение кедр. Напуганные появлением людей, шумно вспорхнули две утки с хохлатыми затылками. Сердитая в этом месте была широка, спокойна, и Вэрдэ догадался: тут им следует переходить. Ангивче спустился к воде, бросил в неё кусочек вяленой оленины, шёпотом попросил духов быть милостивыми во время переправы. Затем побрёл поперёк течения, обходя блестящие, будто обмазанные маслом, горбы камней. На идущего следом Вэрдэ он даже не оглядывался.

Почва на другом берегу оказалась не такай каменистой и чуть прогибалась под ногами. Лес был редкий, он простирался от Сердитой до проглядывающегося впереди рябого склона. Рябым склон делали камни, чёрные упавшие стволы и коряги. Похоже когда-то давно пожар пронёсся по лесистой вершине, убил что можно, а ветер теперь завершал дело – попеременно ронял деревья на сыпучую поверхность склона.

– Нам вверх, – угрюмо сказал шаман, когда они вышли к подножью горы. И, смешно переваливаясь на искривлённых ногах, начал подниматься. Поваленные деревья и пни он огибал так же, как и камни в русле Сердитой. Даже не цеплялся за корни и ветки, участливо протянутые навстречу.

Вэрдэ полез следом. За весь путь он не увидел никаких отметин – ни засечки, ни обломанной ветки. Шаман без подсказок знал, куда двигаться. Может, он и не врал, говоря, что проникновение под чичипкан грозит смертью? Некоторое время эта мысль тревожила Вэрдэ. Но, забравшись наверх, стоя и мучаясь отдышкой, он ощутил безразличие, словно не ему, а кому-то другому предстояло лезть в особенную лазейку.

Горы стояли, уткнувшись макушками в туман – ничего не разглядеть. Только внизу стелился лес, да извивалась Сердитая – тонкая и синяя, как венка.

Передохнув, шаман двинулся налево по взгорью. Повсюду лежали обгоревшие обломки, чёрными зазубринами торчали высокие пни. Потом снова начались склон и долгий подъём. Вскоре они взобрались на каменистую вершину, где не побывал пожар. Недалеко друг от друга высились лихо закрученные кедры. Некоторые стволы едва ли не вились кольцами, как змеи, – того и гляди набросятся.

Прикрыв дырявую щеку ладонью, шаман сказал:

– Когда-то тут сражались ветры с Моря и с долины. Потому их так скрутило. – Он оглядел Вэрдэ. – Ещё немного, и придём. Не передумал, не испугался?

Вэрдэ поводил головой. Он обречённо решил: пускай лазейка убьёт, если у него нет шаманского признака. Иначе хорошей жизни всё равно не видать.

Ангивче чуть спустился по другую сторону от вершины и остановился на небольшом плоскогорье. В тумане виднелись корявенькие сосёнки. Справа в мглистую пропасть уходила каменная осыпь. А впереди Вэрдэ различил высокое и толстое дерево с обломленной кроной. Это была сосна, точнее – две сосны, плотно сросшиеся боковинами стволов. Основания их росли в двух шагах друг от друга и между ними образовался невысокий треугольный проход. Шаман подвёл Вэрдэ ближе. Теперь было видно, насколько эти существующие в паре сосны разные. Правое дерево иссохло, посерело; кора местами сползла, на проплешинах виднелась окаменевшая плоть. Корни и нижнюю часть ствола до черноты облизало огнём – может, туда ударила молния или кто-то разводил костерок. А левое дерево будто бы высосало у собрата жизненные соки. Оно смолоточило, на ветках проглядывались побеги с молодой хвоей.

– Ползи, – просто сказал Ангивче. – Это твой чичипкан.

Вэрдэ уставился на лазейку. Вопросов в голове было больше, чем комаров на болоте. С этой ли стороны следует залазить? Где он окажется? Что почувствует? Вправду ли умрёт? Не поспешил ли он с решением? Постепенно мысли успокоились. Вопросы уже не требовали ответов.

Вэрдэ опустился на четвереньки, пригнулся и сунул голову меж основаниями сосны. Ход был не совсем ровным. Та часть, что обожжена, представляла собой плоскую изогнутую поверхность, подобную борту лодки. Она частично перекрывала обзор, но всё-таки можно было различить обычную землю и камни по другую строну чичипкана, уходящий в туманную мглу кусок плоскогорья. Перебирая локтями, Вэрдэ пополз вперёд. Забравшись до пояса, он провернулся, приподнял зад, чтоб подстроиться под изогнутость хода, а затем червяком выбрался с другой стороны. Всё вокруг потемнело, словно путь под деревом занял много времени и наступили сумерки. Вэрдэ встал, чтоб осмотреться, и вдруг земля, будто склизкое бревно на мелководье, провернулась под ногами. Небо подалось вниз и вбок. Вэрдэ перелетел через голову и шибанулся спиной обо что-то твёрдое. От боли сковало дыхание и померкло в глазах. Он сдавленно прокряхтел, чувствуя, как боль притупляется, а вместо неё тело обрастает холодной и грубой шкурой страха. Отполз в сторону, суча ногами по рыхлой почве, огляделся и неожиданно понял, что померкло не только от боли – вокруг и в самом деле стало темно, лишь вверху бледнел неровный овал дневного света. Вэрдэ лежал на дне глубокой ямы.

Боль в спине вскоре приутихла, и он поднялся на ноги. Теперь, когда дыхание восстановилось, в нос шибал запах земли и прели, точно его закопали заживо.

– Эй, Ангивче! – прокричал Вэрдэ бледному овалу над головой. – Я провалился куда-то. Помоги!

Ответа не прозвучало. Доносилось посвистывание ветра, будто где-то наверху бродил шепелявый великан и напевал, напевал свою заунывную песню. И внезапно пронзила догадка: шаман нарочно отправил его в яму! Зачем? Может, решил избавиться от надоедливого сожителя? Может, Тыкульча что-то ему пообещал? А может – от этой мысли стало совсем не по себе – может, шаман принёс его в жертву, запустив в чичипкан, как бестолкового оленёнка?

– Ангивче, я внизу! – снова крикнул он. – Помоги выбраться! Слышишь?

И снова без ответа. Вэрдэ потрогал земляной склон рядом с собой – прохлада и сырость. Он обошёл яму и взглянул вверх. До края не дотянуться, это понятно. Но можно проковырять в земле выемки для ног и забраться, как по ступеням. Он прикинул, сколько придётся выкапывать ямок, как вдруг в памяти всплыло пугающее – то, что успел разглядеть за миг до падения: чёрная и рыхлая почва по эту сторону чичипкана, торчащие из неё камни – потемневшие от влаги, будто их только что перевернули, а чуть подальше… в этом не было уверенности, но кажется, Вэрдэ увидел торчащие корнями кверху деревья. Они росли задом наперёд.

Ознобом, как кипятком, обдало по спине. Где он находится? Что за страшная изнанка? Почему молчит Ангивче? Он снова хотел крикнуть, но раздумал. Шаман не