Погоня за прошлым - Вадим Фарг

Вадим Фарг

Призрак. Погоня за прошлым

Пролог

Капитан Семён Аркадьевич не выносил тишину. В его каюте на старенькой «Полярной Звезде» постоянно что-то жило своей жизнью: гудело, скрипело или шипело. Древний кофейник на столе, который капитан упрямо отказывался списывать в утиль, издавал тихое, но настойчивое дребезжание. Вентиляция в углу заунывно посвистывала на одной и той же ноте, действуя на нервы кому угодно, но только не ему. А за тонкой переборкой глухо и мерно гудел реактор — сердце корабля, его самый надёжный и единственный товарищ.

Он откинулся в продавленном кресле. Казалось, оно помнило ещё задницу первого владельца этого космического грузовика. Капитан прикрыл глаза, решив вздремнуть хотя бы пару минут. «Рейс» выдался на редкость нервным, а этот молодой авантюрист Волков своими выходками вымотал капитана до предела. Дремота подкралась быстро, как карманник на вокзале, и утащила его из привычной скрипучей реальности в воспоминание, от которого он безуспешно бежал уже несколько лет.

Он не вернулся мыслями в какой-то счастливый день. Память злорадно подсунула ему самый паршивый момент его жизни. Вот он, уставший, но довольный, возвращается из долгого рейса. Открывает дверь их небольшой, но уютной квартирки на центральной станции, а внутри — звенящая, оглушающая тишина. Та самая, которую он теперь так ненавидел.

Лиды не было. Её вещей тоже. Шкаф, где раньше висели её платья, был пуст. С полочки в ванной исчезли её многочисленные баночки и флаконы. Только в воздухе ещё витал лёгкий, едва уловимый аромат её духов. А на кухонном столе лежал аккуратно сложенный лист бумаги. Записка. Всего несколько строк, написанных её идеальным почерком.

«Сёма, прости. Я устала ждать тебя из рейсов. Устала быть одна. Я встретила другого. Он всегда рядом. Не ищи меня, пожалуйста. Будь счастлив».

Он тогда долго стоял посреди пустой комнаты, перечитывая эти строки снова и снова. В ушах звенело от тишины. Не было ни криков, ни слёз, ни битья посуды. Просто пустота. Словно из его мира выкачали весь воздух. Он тогда даже не разозлился, просто почувствовал себя невероятно глупо. Он ведь правда думал, что она будет ждать. Всегда. Молодой дурак, который считал, что его работа важнее всего, а любимая женщина — это что-то само собой разумеющееся, как солнце в небе.

Семён Аркадьевич дёрнулся и открыл глаза. Он всё так же сидел в своём капитанском кресле на «Полярной Звезде». В носу почему-то стоял фантомный запах её духов. Он помотал головой, отгоняя наваждение. С тех пор он никогда не спал в кровати. Только дремал в кресле, урывками. Потому что в уютной постели воспоминания становились слишком яркими и навязчивыми.

Капитан поднялся и подошёл к стене. Там, на металлической обшивке, висела единственная фотография, прикреплённая магнитом. Старое фото, где они с Лидой, ещё совсем молодые, обнимаются на фоне какого-то курорта. Он долго смотрел на её улыбающееся лицо, а потом его собственное лицо стало жёстким, почти каменным.

После её ухода он не стал ничего продавать или раздавать. Он просто запер квартиру и больше никогда туда не возвращался. Взял все свои сбережения и купил это старое, вечно ломающееся корыто — «Полярную Звезду». И с головой ушёл в работу. В бесконечные рейсы, в погоню за юнами, которые тут же тратил на топливо, еду и новые запчасти для своего корабля. Он превратился в ворчливого, прижимистого капитана, для которого не было ничего важнее графика и целостности груза.

Потому что дом — это место, где тебя могут предать. А корабль… корабль — это просто работа. Здесь нет места для пустых надежд и воспоминаний. Здесь есть только цифры в бортовом журнале, бесконечная пустота между звёздами и спасительный гул реактора. Единственная музыка, которая у него осталась.

Глава 1

— Это он, — прошептал я, сам не узнавая свой голос.

— Что «он»? — нахмурился капитан, переводя на меня свой тяжёлый взгляд.

— «Рассветный Странник». Мой корабль.

На мостике повисла такая тишина, что стало слышно, как тихо гудят системы жизнеобеспечения. Кира медленно повернулась ко мне. В её больших, обычно озорных глазах плескался шок и даже немного страха. Лиандра застыла, подняв на меня свои серьёзные глаза, и её перламутровая кожа, казалось, стала ещё бледнее.

Корабль-призрак молчаливо висел перед нами. Огромный, просто гигантский, он походил на древний саркофаг, по ошибке заброшенный в космос. Его чёрный бок был изуродован пробоинами и рваными ранами, словно какое-то чудовище яростно кромсало его обшивку. Он был мёртв. Это чувствовалось даже через пустоту, разделявшую нас.

— Кира, доклад по состоянию, — голос Капитана прозвучал твёрдо, как будто он приказывал не девушке, а старому роботу.

Кира сглотнула, оторвала от меня испуганный взгляд и уставилась в свою консоль. Её пальцы забегали по клавишам.

— Корпус… многочисленные повреждения. Похоже на следы от энергетического оружия, но есть и рваные пробоины, будто от столкновений. Признаков жизни… ноль. Полное радиомолчание. Тепловой след на уровне фонового излучения. Капитан, там пусто. Он абсолютно мёртв.

Мёртв. Это слово эхом отозвалось у меня в голове, и в тот же миг острая, режущая боль пронзила виски.

Мир вокруг исчез, сменившись хаосом.

Оглушительный рёв сирен. Красный, мигающий свет аварийных ламп, заливающий коридоры корабля кровавым светом. Крики людей, полные ужаса. Запах горелого металла, от которого першило в горле.

И лицо. Лицо женщины. Невероятно красивое, с кожей цвета ночного неба и длинными белыми волосами, которые будто светились сами по себе. Но сейчас это лицо было искажено такой яростью, такой чистой, ледяной ненавистью, что я бы отшатнулся, если бы мог двигаться. Её губы шевелились, беззвучно выплёвывая проклятия, а в глазах пылал огонь, способный сжечь целые миры.

— Ты предал нас! Ты предал наше будущее!

Видение оборвалось так же внезапно, как и началось. Я моргнул, тяжело дыша, и снова увидел спокойный мостик «Полярной Звезды». Рука сама собой потянулась к виску, где всё ещё тупо пульсировала боль.

— Влад, что с тобой? — рядом тут же оказалась Лиандра. Её длинные тонкие пальцы легко коснулись моего запястья, проверяя пульс. — Пульс зашкаливает. Ты что-то увидел?

Я только кивнул, пытаясь восстановить дыхание.

— Ты белый, как простыня, — обеспокоенно сказала Кира, совсем забыв про свою консоль.

Капитан смотрел на меня тяжёлым, пронзительным взглядом.

— Волков, что это было? Объяснись.

— Воспоминание… Наверное, — я с трудом выдавил из себя слова. — Авария… сирены, крики… И… женщина. Она