Системный Кузнец XII - Ярослав Мечников

Ярослав Мечников, Павел Шимуро

Системный Кузнец XII

Глава 1

Шаги приближались отчётливо, один за другим, выдавая людей, привыкших ходить по камню. Я вжался в пол, присел на корточки за наковальней, стянул Ци в единый плотный комок у солнечного сплетения. Энергия, только что разложенная комплексом «Пути Тлеющего Угля», ещё гудела по меридианам, но уже послушно. Готова была рвануть в любую сторону.

Внутри шевельнулась тревога, смешанная с жутким любопытством. Кто? Зачем? Чем всё кончится?

Чувствовал себя лесным зверем, загнанным в логово. Зверем, который не собирается сдаваться. Это моя каверна, моя наковальня, мой Камень. Сунется кто с недобрым, уйдёт отсюда без зубов, если уйдёт.

Духовное Эхо работало на пределе. Три сгустка Ци всё ближе. Один из них плотный и тяжёлый c сильной огненной примесью — восьмая ступень, не меньше. Такого я точно не уроню, как бы не хотелось. Два других поскромнее, примерно на моём уровне или чуть ниже. Но не слабаки, нет, далеко не слабаки.

«Вот как бывает, — мелькнуло в голове. — Сиди теперь, кузнец, в своей дыре и жди».

Бросил быстрый взгляд на Глотку. Тёмный зев лавовой трубки дышал жаром и звал к себе. Если нырнуть туда, балансировать у порога критической температуры, попробовать прорваться по трубкам вниз… Может, и выскочу где-нибудь на восточном склоне. Может, сварюсь заживо на третьей минуте.

Я прикинул, насколько готов бросать всё и рисковать шкурой. И в этот момент снаружи раздался голос.

— Кай, ты там, пацан⁈ Живой?

Хриплый, пропитый, перекатывающийся на букве «р», как галька в прибое. Такой голос ни с кем не спутаешь.

Я нахмурился. Что-то во мне ещё не желало верить — слишком готовился к худшему, слишком сжал Ци в кулак.

— Это мы, это я вернее… не один, — снова донеслось из коридора. — Чую, чую, как ты там булки напряг и Ци в кулак сгрёб. Давай, распускай обратно, пока себе чего не порвал.

И следом короткий, знакомый до зубовного скрежета смешок. Тот самый, с которым он подтрунивал надо мной ещё в Травном Дворе.

Вот же зараза. До смерти напугал.

Медленно поднялся, отпуская Ци обратно в резервы. Плечи ныли от напряжения.

— Брок?

— Я, я. Заходим, не пугайся.

«Заходим». Кого это он притащил? Охотников Гильдии Ядра? Кренна со своими?

Шаги вошли в коридор. Я качнул Ци в правую ладонь, и та вспыхнула мягким оранжевым светом, осветив каверну до дальней стены. Тени качнулись, забегали по базальту.

В проёме появилось лицо Брока — мрачное, усталое, заросшее седой щетиной, но знакомое до последней морщины. Старый волк покосился на мой светящийся кулак и хмыкнул в усы.

— Ну что, не ждал? Небось уже похоронил старого пьяницу, а?

— Если честно, думал о тебе хуже, — буркнул я.

За Броком шагнула тонкая фигура в плаще. Капюшон сбросился с коротким движением, и в оранжевом свете моей ладони сверкнули светлые, туго убранные назад волосы и серо-голубые глаза.

Эйра.

Она была напряжена. Плечи чуть приподняты, руки сложены под плащом. Но в глазах, сколько я мог разглядеть в полутьме, стояла влага. Или мне только казалось. Она смотрела на меня так, будто проверяла, цел ли.

А следом за ней, пригнувшись под низким сводом коридора, в каверну вошёл третий.

Пепельноволосый, невысокий, жилистый. Серые глаза на широком скуластом лице. За спиной, прислонённая к плечу короткой цепью, покоилась та самая огромная кувалда с тёмной головкой в рунных насечках. Лицо выражало вселенскую скуку пополам с мрачной задумчивостью, будто его только что оторвали от куда более интересного занятия и привели сюда полюбоваться моей конурой.

Торн.

Вот его я точно не ждал увидеть. Где угодно, но не здесь. Не в моей штольне, ночью, вместе с Броком и Эйрой.

Все трое остановились в шаге от входа. Брок давил кривую ухмылку, прекрасно понимая, какое впечатление произвёл. Эйра смотрела, не отводя глаз. Торн неторопливо обвёл каверну взглядом, чуть прищурился на Амальгаму на базальтовой плите, задержался на наковальне и остывшем очаге.

— Здорова, — обронил он ровным голосом. — Неплохо устроился. Местечко как раз под великого кузнеца, самое оно. — Он усмехнулся своей странной беззвучной усмешкой, когда шевелятся только углы губ.

— Здравствуй, Кай, — сказала Эйра и сделала шаг ко мне.

Ещё один. Остановилась в двух шагах, и я увидел, как глаза её сужаются, а губы поджимаются в тонкую линию. Лицо у неё сделалось как у Хальвара, должно быть, когда мастер хотел ей что-то вбить в голову раз и навсегда.

— Ты ушёл. — Голос низкий, с той самой хрипотцой. — Ушёл молча. Сказал, жди в Цитадели, и всё.

Сложила руки на груди — ждала объяснений.

Я запнулся. Слишком много всего сразу, и я ещё не отошёл от готовности рвать глотки каждому, кто сунется в каверну.

— Эйра… — Потёр затылок. Слова не клеились. — Слушай, так вышло. Оправдываться не буду и прощения просить тоже не стану, потому что знал, на что шёл. Решение созрело быстро, почти спонтанно. Понял, что мне туда, — кивнул куда-то в сторону, подразумевая Цитадель, — дороги больше нет. А друзья вот, — покосился на Брока, — подсказали, где можно залечь.

Помолчал. Она не шевельнулась.

— Но какого рожна вы тут делаете? — Перевёл взгляд с неё на Торна, потом на Брока. — В Цитадели не сиделось?

Эйра коротко выдохнула — не то раздражённо, не то с облегчением, и молча пошла в глубь каверны. Разглядывала мои владения. Остановилась у плиты с Амальгамой, присела на корточки, провела пальцем над канавками, не касаясь. Я видел, как у неё дрогнули плечи, когда она поняла, что это за рисунок.

Брок тем временем прошёл к очагу, грузно опустился на обрубок базальта и вытянул ноги.

— Да творится там, пацан, полная бесовщина, — прокряхтел он, потирая колено. — Испытания, понятное дело, прикрыли. Всех мастеров и претендентов согнали в Цитадель, как скот в загон. Не выпускают. Военное положение, мобилизация, надо ковать, ковать, ковать, — передразнил он кого-то гнусавым голосом. — Талантливых парней тут же и распределили в подмастерья к старшим мастерам, на побегушки, да на самые поганые работы. Не всем такое, сам понимаешь, в радость.

Я перевёл взгляд на Эйру, потом на Торна.

— И что, вы оба в их число попали?

Торн хмыкнул и неторопливо прошёлся вдоль стены, разглядывая процарапанные прежним хозяином знаки в нише-алтаре.

— Не сказал бы, что меня это сильно заботит, — бросил он, не оборачиваясь. — Я на испытание шёл не затем, чтоб