Бабник: Назад в СССР 2 - Роман Фабров

Роман Фабров

Бабник: Назад в СССР 2

Глава 1

Мы выскользнули из Мишкиной квартиры, когда часы показывали без четверти одиннадцать. В подъезде, как всегда, воняло кошачьей мочой и жареными котлетами. Маша держала меня за руку так крепко, словно боялась потерять.

— Тебе всё понравилось? — спросила она тихо, чтобы вдруг кто не услышал, пока мы спускались по лестнице.

— А то, — усмехнулся я. — Мишка теперь до следующего дня рождения будет вспоминать, как ты его в щёчку чмокнула.

— Дурак, — толкнула она меня плечом, но в голосе не слышалось обиды. — Я не об этом.

— Ах, вот ты про что? — я притянул Машу к себе. Поцелуй заставил забыть обо всём, и мир вокруг перестал существовать.

— Это было потрясающе, — выдохнул я, когда мы наконец отстранились друг от друга.

— Идём уже, болтун, — она шутливо шлепнула меня по заднице и потянула к выходу.

У подъезда я чуть не столкнулся нос к носу с Мишкиными родителями. Его батя сразу приметил, что я крепко держу Машу за руку, и многозначительно хмыкнул. Тётя Наташа, считав наше смущение, мягко поинтересовалась:

— Уже расходитесь? А то мы с отцом даже побаиваемся заходить, — улыбнулась она, проницательно глядя на нас.

— Да не переживайте вы так. Всё в порядке: все живы-здоровы, драк не было, — заверил я её, стараясь звучать уверенно.

— Ну, мы пойдем? — я невольно замялся под тяжелым взглядом отца друга. — Время уже не детское, а мне ещё девушку провожать, — я покосился на Машу, которая стояла, опустив глаза.

— Идите уже, — буркнул мужчина, доставая ключи и кивком освобождая нам дорогу.

Напряжение тут же спало, и мы наконец-то смогли облегченно выдохнуть.

— До свидания, — пискнула Машка и потянула меня прочь от подъезда.

Только отойдя шагов на двадцать, она наконец выдохнула:

— Блин, ну и напугали они ты меня… Я думала, сейчас начнут нотации читать.

— Да с чего вдруг? — удивился я, глядя на её перепуганное лицо.

— Да мало ли… Что так поздно, что за ручки держимся… Кто их знает?.

Я усмехнулся, притянул её к себе и чмокнул в макушку:

— Не бойся маленькая. Они адекватные люди.

— Проводишь? — спросила Маша, глядя на меня снизу вверх.

— А то, — я крепче сжал её ладонь.

Она улыбнулась и прижалась к моему плечу. Мы брели через дворы, а лето неумолимо заканчивалось. Ночь дышала прохладой, фонари горели вполсилы, а где-то вдалеке лениво перелаивались собаки.

Мы подошли к её дому, когда часы на моей руке показывали — одиннадцать. Ночь была прохладная, августовская; пахло бензином от редких машин во дворе и близкой осенью. Я уже собирался сказать что-то умное о том, как мне повезло с Машей, но тут из темноты подъезда выскочил ОН.

— Маша! Ты где была⁈ — голос высокий, нервный, с лёгкой истерикой.

Я невольно отшатнулся. Перед нами стоял тот самый очкарик со смешными усиками, которого я приметил вместе с Машей ещё в тот вечер. Мы тогда сидели с Пипой на лавке; он ещё выдал про неё: «Зачётная бабёнка». Я этого персонажа почему-то хорошо запомнил.

Этот тип буквально буравил меня взглядом, полным злости и подозрения. Его лицо скривилось, выражая такую бурю эмоций, что, казалось, из ушей вот-вот пойдёт пар.

— Где тебя носит? Ты на часы смотрела⁈ Я тут час торчу, думал уже в милицию звонить! — его голос срывался на визг.

Машка закатила глаза и вздохнула так, будто эта сцена повторялась ежедневно.

— Тёма, угомонись, — отрезала она. — Я была у друзей на дне рождения. Всё под контролем.

— Под контролем⁈ — очкарик аж подпрыгнул. Оправа съехала на кончик носа, а редкая растительность над губой смешно задрожала. — А этот кто такой? — он ткнул пальцем в мою сторону.

Я стоял и пытался сообразить, что за хрен с горы тут нарисовался. Прыщавый «интеллектуал», чьи усики явно не добавляли ему солидности. И какого, спрашивается, лешего он тут орет? Маша про этого кадра мне ничего не говорила.

— Артём, прекрати, — Маша решительно шагнула ко мне и сжала мою руку. Её ладонь была тёплой и уверенной. — Это Лёша. Мой… в общем, мой парень.

У меня внутри всё запело от этих слов.

— А это, — она кивнула на очкарика, — Артём. Мой двоюродный брат. Приехал поступать в МГУ на журфак, экзамены сдал, теперь ждёт места в общаге. Пока у нас живёт.

«Двоюродный брат», — подумал я с облегчением и выдохнул, чувствуя, как разжимаются кулаки. Я-то решил сначала, что это очередной ухажёр, и уже приготовился защищать статус «альфа-самца», а тут реальность оказалась куда прозаичнее.

— А-а, — протянул я, стараясь говорить спокойно. — Ну, тогда понятно, вопросов нет.

— Что тебе понятно? — набычился Артём, но в его голосе уже не было прежней воинственности.

— Что ты за Машу переживаешь, — дипломатично улыбнулся я. — Правильно делаешь. Я бы тоже на твоём месте дёргался, если бы моя сестра в такое время гуляла неизвестно с кем.

Мы постояли ещё минуту. Артём явно не знал, куда себя деть — то ли топать домой, то ли ждать продолжения.

И тут из окна третьего этажа раздался властный окрик:

— Мария! Ты тут⁈ А ну живо домой, кому сказала!

Это была бабушка — её голос звучал твёрдо и не терпя возражений.

Машка вздрогнула и, поспешно чмокнув меня в щёку, прошептала:

— Всё, я побежала. Спокойной ночи, Лёш. Тёма, пошли, а то нам обоим влетит!

Она рванула к подъезду, Артём потрусил следом, на ходу обернувшись и кивнув мне на прощание.

Тяжёлая дверь хлопнула. Я остался один.

Я шёл домой не спеша, пиная камешки и глядя на звёзды. В голове крутились мысли, а на душе было тепло.

Странно всё складывается. Ещё месяц назад я был никем. Обычный школьник в пионерском лагере, никаких планов на будущее. А теперь… Теперь у меня есть Машка. Есть друзья. Этот двор, где меня знают в лицо. Даже этот чокнутый Артём с его забавными усиками стал частью моей жизни.

Я усмехнулся, поймав себя на том, что улыбка не сходит с лица.

Двоюродный брат… А я-то навоображал себе. Хотя о чём я? Машка сразу же сказала, что бывших у неё нет. Ну, кроме того придурка у кинотеатра, но тот и за ухажёра-то не считается — просто неприятный эпизод. А тут — Машкин брат, будущий журналист. С такими забавными усиками только в «Крокодиле» карикатуры рисовать на его физиономию!

Дверь открыла мама.

— Лёшка, ты где так долго