Кицхен готовится к войне - Екатерина Насута

Карина Демина

Кицхен готовится к войне

Глава 1

Глава 1 О важности соблюдения закона

В раю голова не болит и не воняет!

О некоторых преимуществах загробной жизни

Киллиана я нашла на стене, на той её части, которая медленно осыпалась в ров. Правда, раньше. Сейчас со дна рва поднимались тонкие потоки, которые втекали в трещины и застывали блестящими каменными латками. Причём сел братец спиной и ко рву, и к пропасти, опершись на полуразвалившийся зубец. Ноги скрестил, положил меж колен доску и на ней писал.

— Матушкам? — сказала я.

— Ага, — он протянул лист. — Если хочешь.

Конечно, хочу.

Надо же знать, чего он там понаписывал. Нет, я в братца верю, но…

Дорогие матушки. Счастлив сообщить вам, что у нас всё хорошо и даже замечательно. Вчера к вечеру мы всё же добрались до крепости. Дорога была спокойна, хотя Карл выражал некоторое недовольство транспортом, которому, по его мнению, несколько не хватало изящества. А ещё нам встретились заблудившиеся солдаты, которых мы проводили обратно к крепости.

Да, да, видела я этих проведенных, с лопатами и метлами, правда, не очень поняла, что они собираются копать на каменном плацу, но спрашивать не рискнула.

Уж больно у сопровождавшего офицера вид был мрачный.

Здесь нас встретили с почётом и даже выделили для проживания и иных нужд отдельную башню. Так что мне не придётся спать в одной комнате с Кицхеном, чему я рад. Он храпит.

— Я не храплю! — возмутилась я.

— Храпишь. Ты просто не слышишь.

Карл тоже рад, хотя немного и опечален. Наши апартаменты всё-таки несколько отличаются от привычных ему. Он занял сразу три комнаты, решив, что в одной будет гардеробная, а в другой разместил свои журналы, ткани и кукол. Почему-то солдаты, которые помогали ему с разгрузкой, решили, что эти куклы — воплощенные образы его врагов.

Не почему-то, а по кому-то. Есть тут у нас один любитель рассказать, переврав. Причём я сама слышала, как этот мелкий поганец в красках описывал, как Карлуша втыкает в куклу булавки. И та орёт нечеловеческим голосом.

Нет, главное, булавки братец втыкал. Что-то он там раскроил не так, вот булавками и пытался подогнать образец сюртука, но кукла точно не орала.

И что он проводит вечера, придумывая каждому из них отдельное мучительное проклятье. К слову, Карл очень просил всё-таки выслать его швейную машинку, которую из-за душевных переживаний забыл дома, но упаковать её получше. И ещё очень надеется получить новый альбом с образцами тканей. Он его выписал, но забрать не успел.

Зато понятно, почему при появлении Карла становится настолько тихо и безлюдно. Радует, что сам братец слишком задумчив, чтобы замечать эту тишину.

Правда, сейчас я сомневаюсь, сможет ли он уделять прежнее внимание своим увлечениям, поскольку волей короля и коменданта его назначили лейтенантом над пятью десятками бойцов.

Я поморщилась.

Если бы только Карла.

Почему-то комендант решил, что мы с Карлушей совсем даже не заняты, в отличие от прочих. А значит можем заняться приведением личного состава в должный вид. Так и выразился. И глянул мрачно-мрачно. Мне лично в этом взгляде виделась угроза, что вызывало уважение. И опасения. Это ж надо было так человека допечь, чтоб он некроманту угрожать начал.

Пусть и взглядом.

Не сомневаюсь, что у них получится.

А я вот сомневаюсь.

Ладно бы, нужно было там изничтожить тварь какую. Или ещё чего, но люди… я никогда не работала с людьми. То есть с нормальными, обычными, которые не пытаются превратиться в упыря, обрасти шерстью или выдрать горло.

Некроманты, они как-то обычно наособицу держатся.

И в принципе…

А главное, не понятно, что именно с этими людьми делать надо. То есть какой именно вид здесь можно считать должным. И как к нему приводить, чтобы в процессе все остались живыми. Весь день об этом думала.

Даже устав открыла.

И закрыла, после третьей строчки поняв, что этакое мозголомное чтение не для меня. Это только Киньяр способен осилить.

Также мы получили известие о скором прибытии ревизора, которое привело коменданта и прочих офицеров в некоторое возбуждение.

Мягко говоря.

Комендант-то сдержался, а вот некоторые иные личности высказались от души и без цензуры. А вот тэр Трувор лишь вздохнул тяжко, окинул взглядом пустой запылённый зал и сказал:

— А что, собственно говоря, это меняет?

Тогда все задумались и, оглядевшись, согласились, что в принципе приезд этого самого ревизора и вправду глобально ничего не меняет. Разве что чинить крепость надо быстрее, да и остальные завалы разгребать, на потом не откладывая.

Чем я и решила заняться. А потому уточнила:

— Килли, а тебе тут ещё долго?

— Часа два-три. Потом отдых и продолжу. А что?

— А прерваться можешь? Мне на кладбище бы надо. А если в объезд, то долго выйдет. Если вообще выйдет. Вот. А мальчишка сказал, что был проход, в смысле, в крепости. И показал даже, но его слегка засыпало. Не мальчишку, проход. Откроешь?

— Ага, — Килли кивнул. — Сейчас. Я тут скоренько закончу. А ты допиши что-нибудь.

Что?

Вот что мне дописать?

Я почесала за ухом, но Киллиан ждал. Понятно, пока я не напишу этого вот самого «чего-нибудь», он с места не сдвинется. Шантажист несчастный. А главное, писать надо аккуратно, чтобы матушек не беспокоить.

Мы здоровы. Всё хорошо. Башня в нашем распоряжении. Килли её почти починил. Комнатушки тесные, но наверху есть помещения, годные для лаборатории. Оборудования, конечно, маловато, но основу я захватил. Остальное буду выписывать по мере необходимости. Килли чинит стены. Киньяр наводит порядок на складах. Хотя там пустота, только пыль подмести. Но тут, насколько я видел, у него найдутся помощники, пусть и не совсем добровольные.

Нет, по-моему и честно, и вполне позитивно.

Скотина занял какой-то амбар, потому что в конюшне устроили казарму. Но в крепости хватает пустых помещений, он и выбрал себе по нраву. Он единственный конь в крепости и, кажется, решил, что так и должно быть. Держится по-хозяйски, но пока никому ничего не сломал. Овса хватает. Однако натуру овсом не обманешь, и ночью Скотина спёр носки. Один сожрал, второй спрятал. Носок явно мужской, суровый, с начёсом. На всякий случай я обратил его в прах, чтобы не обвинили в воровстве. Скотине сделал внушение.

Передайте тэру Туару нашу огромную благодарность. Лютик произвёл впечатление, особенно сегодня, когда выложил на кухне дюжину свежепойманных крыс.