Искатель 25 - Сергей Шиленко

Искатель — 25

Глава 1

Возрастное ограничение: 18+

Внимание! Произведение содержит эротический контент и сцены откровенного характера.

Холодный ветер трепал полы моего плаща, заставляя зябко ёжиться. Я стоял на небольшом кладбище у стен Вольного и смотрел, как к аккуратным рядам могил павших братьев по оружию присоединились еще тринадцать свежих холмиков, над которыми возвышались массивные, великолепно вырезанные надгробия из светлого камня.

Взгляд скользнул по выбитым именам. К сожалению, из тринадцати могил тела покоились только в девяти, останки четверых крестоносцев нам так и не удалось вытащить из той мясорубки. Их поглотила война, оставив нам лишь память да пустые гробы, зарытые в промерзлую землю.

В воздухе пахло влажной почвой, увядающей хвоей и сладковатым ароматом благовоний, которые курились в бронзовых чашах по периметру. Кладбище заботливо окружили прекрасным садом, и оно казалось тихим, умиротворенным. Местные жители часто приходили сюда, для них это был мемориал героев Теневого крестового похода, место силы и скорби, где они чтили память тех, кто подарил свободу тысячам.

Я искренне пытался смотреть на это также, пытался найти утешение в пафосных речах и осознании великой цели, но каждый раз, глядя на эти ряды надгробий, видел лишь одно: свои ошибки, просчеты в оценке обстановки, неверные решения в тактике, недостаток контроля. Десятки отличных парней и отважных женщин, которые поверили в меня как в лидера и без лишних вопросов ринулись в бой по моему приказу, расплатились за это своими жизнями.

В голове навязчиво крутилась одна и та же мысль, въедаясь в мозг, словно ядовитое проклятие: сколько из них остались бы живы, если бы я поступил иначе, если бы лучше выбрал момент, иначе выставил дозоры?

Судорожно выдохнул, выпуская облачко пара. Нет, нельзя оскорблять их храбрость, принижать их жертву бессмысленным самоедством, бесконечный разбор уже случившегося — путь в никуда. Высокомерно думать, что можно провести операцию идеально, без единой царапины. Я обязан учиться на своих ошибках, должен стать эффективнее, беречь жизни своих людей также трепетно, как хороший командир бережет последний резерв, и никогда не требовать от других того, на что не готов пойти сам.

Я до хруста стиснул челюсти, буравя взглядом свежевскопанную землю.

Жизни моих людей — самый ценный иневосполнимый ресурс, их не добудешь заново, и я мысленно поклялся, что больше не допущу таких бездарных, бессмысленных потерь. Мы будем выгрызать победу у Консорциума, используя те приемы, которые минимизируют наши потери, даже если ради этого придется действовать предельно грязно.

Служба закончилась. В воздухе зависла странная, почти неуместная торжественность, пока тысячная толпа стекалась к широкому полю перед Вольными Землями. Запахло примятой травой, влажной землей и потом, запахами живого, дышащего лагеря. Почти все из оперативной базы Теневого крестового похода стянулись сюда, предвкушая зрелище — показательную схватку между элитным отрядом Корвина, тертыми мужиками тридцатых и сороковых уровней, и солянкой из нерегулярных войск, местных искателей приключений и хваленой гвардии Северо-Западных Пограничных территорий.

Многотысячное людское кольцо облепило поле, и настроение у всех было до жути радостным и праздничным. И это после похорон, на которых мы только что стояли, слушая прощальные речи! Я хмурился, чувствуя, как внутри скребет холодный комок скорби, но старательно натягивал на лицо спокойную маску. Местные утверждали, что это не неуважение к павшим, а чествование их жизней, праздник во имя тех, кто больше не мог разделить с ними радость.

Джинд, Владис и Лоркар уже выстроили своих бойцов в центре поля красивыми ровными квадратами подразделений, прямо как на параде. Копья блестят, броня начищена, щиты в линию. Я медленно вышел из толпы навстречу этой живописной картине, ведя за собой с десяток судей, и тут же заметил, как напряглись шеренги.

Причина оказалась банальна: Корвина и его девяноста девяти крестоносцев, с которыми им предстояло столкнуться, нигде не было видно.

Пари мы заключили ещё до начала учений: если три объединённых отряда сумеют вывести из боя Корвина, он уступит Джинду право занять место второго командующего. Если победит его элитный отряд, Джинд признает за Корвином безусловное право руководить новыми силами. Простая ставка, но для обоих — вопрос доверия.

Лоркар, здоровенный бугай с замашками кабацкого заводилы, выпятил грудь и громогласно заржал, обращаясь ко мне:

— Где наш враг, Судья, опаздывает, или уже наложил в штаны при виде наших бравых парней?

Его смех разнесся над полем, вызвав ответное эхо в рядах гвардейцев. Я же лишь смерил его холодным взглядом. Идиоты, они думают, что это рыцарский турнир.

— Битва начнётся через десять минут, — сухо объявил я, пропустив его браваду мимо ушей. — Все ваши люди подготовили турнирное оружие? Маги проинструктированы, как именно должны работать их заклинания в тренировочных условиях?

Адаптация магии для учебного боя — тот еще геморрой. Местные заклинатели не могли чуть-чуть поджарить, например, огненным шаром; если маг жахнет, то это гарантированные ожоги третьей степени и, скорее всего, билет в один конец. Поэтому мы разработали сложную систему маркеров и сдержек, но она работала только при условии, если к каждому долбаному заклинателю приставить отдельного судью или Арбитра.

С бойцами ближнего боя всё обстояло не лучше. Когда Система вела настоящий бой, она сама складывала урон, броню и сопротивления в понятный итог. А здесь? Здесь нужно брать уровень бойца, прикидывать его характеристики, учитывать свойства оружия и высчитывать, сколько раз ему нужно нанести удар по противнику, чтобы тот считался выведенным из боя. В формате дуэли «один на один» это еще можно как-то контролировать, но в массовой схватке, где смешались кони, люди и площадные заклинания, нереально.

Поэтому местные обычно пользовались топорным, дедовским методом: тупо считали попадания. Десять ударов деревянным мечом для мага в тряпках, двенадцать для кожи, пятнадцать для кольчуги и двадцатка для бойцов переднего ряда вроде Защитников. Вся эта шаткая конструкция держалась в буквальном смысле на честном слове: ты должен сам считать, сколько раз тебя огрели, а потом театрально падать в грязь, изображая труп.

. В пылу рубки, когда адреналин бьет по ушам, а в глазах темнеет, ты хрен вспомнишь, ударили тебя восьмой раз или одиннадцатый. Да и хитрожопых, которые будут игнорировать «смертельные» раны ради победы, тут хватало с избытком.

Но, к счастью для всех нас, земной опыт не пропал даром, а еще у меня в распоряжении имелась Мариль с её талантом иллюзионистки.

Я окинул взглядом поле. Прямо сейчас над головой каждого участника висела полупрозрачная, слегка светящаяся шкала здоровья, моя гордость и личный патент в этом фэнтезийном мире.

Всё просто: полная шкала — сочный зеленый цвет, снесли половину запаса — желтый, на последнем издыхании — тревожный красный. А если шкала падала до нуля, над макушкой неудачника загорались массивный черный череп и