Ночь с кровавой луной - Диана Зотова

чем я ожидал. Лучше, чем просто забрать невинность. Я проник в самые потаённые глубины её души, впитал её сущность, присвоил себе навсегда — самую желанную волчицу из всех существующих. Ту, что принадлежит роду светлых, ту, что вожделели многие.

Теперь она моя. Полностью. Каждая её мысль, каждое чувство, каждая частичка её существа принадлежит мне. И это опьяняет сильнее любого яда.

Моя стая торжествующе воет на кровавую луну, а её стая оплакивает свою потерянную Луну. Ирония ситуации настолько очевидна, что хочется рассмеяться. Кроваво— родовой брак в ночь с кровавой луной — и главная героиня этого действа сама дочь Альфы стаи светлых— Луна.

Впрочем, это вполне в моём стиле. Только вернулся — и уже заявил права на самую желанную добычу во всём мире. На ту, из— за которой даже щенки моей стаи теряли голову.

Я чувствую, как её сопротивление течёт по венам, как её ненависть питает нашу связь. Это только разжигает мой интерес. Борьба с ней будет слаще любой победы.

Теперь она моя. И никто не сможет это изменить. Ни она, ни её возлюбленный, ни даже сама судьба. Потому что я, Данар Хайсберг, не привык проигрывать.

У меня были свои планы. Я вернулся, чтобы наконец взять то, что принадлежит мне по праву, и навсегда вписать своё имя в историю. Чтобы при моём появлении кровь стыла в жилах каждого волка. Но…

Здесь оказалась своя игра, и мне придётся играть по её правилам. Эта девчонка нашла то, что даже меня, привыкшего ко всему, повергло в шок — третью стаю. Врага, с которым я не намерен делить этот мир. Теперь придётся разбираться с этим дерьмом, прежде чем приступить к своим планам.

Этот брак оказался мне на руку. Конечно, отец втирал мне свои сказки, пока конклав решал нашу с девчонкой судьбу. Он говорил, что это прямой путь к истреблению светлых и лёгкому подчинению их через смешение наших родов. Я согласился, но ребёнок мне не нужен. У меня уже всё продумано до мелочей.

Сначала я истреблю врага, уничтожу альфу светлых вместе с его дочуркой. Потом придёт время моего отца, а после я встану во главе всего. Искоренив старейшин, установив свои правила. Брак — всего лишь приятный бонус, позволяющий мне узнать всё изнутри и держать альфу светлых на коротком поводке через его единственную любимую дочь.

Я получу всё, что задумал. Никто и ничто не остановит меня на этом пути. Потому что это уже никому не по силам…

Веду её за руку, крепко сжимая кисть. Чувствую ярость её любимого Марса — она почти осязаема в воздухе. Оскаливаюсь, встречаясь с ним взглядом, и подмигиваю. В его зелёных глазах бушует буря, но он ничего не может сделать.

Внутри я хохочу от удовольствия. Как иронично: сам свет их стоял! Я злорадствую, наслаждаясь моментом. Блондин семь месяцев обхаживал эту куклу, а я вернулся с Севера и сразу же забрал её — без единого усилия, даже клыком не пришлось блеснуть.

Марс может рычать и ненавидеть — это ничего не изменит. Она теперь моя, и никакие чувства не смогут разорвать узы, скреплённые кровью и луной. А его боль — лишь приятное дополнение к моей победе.

Под пронзительный вой стаи я веду её по кровавой дорожке к машине. Открываю дверь заднего сиденья своего джипа и, убедившись, что Луна села, на ходу расстёгиваю нелепый смокинг и сбрасываю его.

Сажусь за руль, прикуриваю сигарету и с рёвом даю по газам. В боковое зеркало вижу кровавую луну, а в зеркале заднего вида — яростный взгляд моей новоиспечённой жены. Её ненависть почти осязаема, она витает в воздухе тяжёлым ароматом.

Машина мчится сквозь ночь, разрезая тишину своим рёвом. Ветер треплет мои волосы, сигаретный дым клубится в салоне. Я наслаждаюсь моментом — моментом полной победы.

Луна может злиться, ненавидеть, сопротивляться — это ничего не изменит. Она теперь моя, и каждый её взгляд, полный ненависти, только усиливает моё торжество. В этой игре я всегда на шаг впереди, и она ещё узнает, что значит быть моей парой.

Дорога уносит нас всё дальше от места ритуала в направлении моего дома в хвойной чаще, а в зеркале заднего вида продолжает гореть огонь её гнева — прекрасный, разрушительный, принадлежащий мне.

— Надеюсь, трахаешься ты так же яростно, как смотришь сейчас на меня? Ммм, Луна? — спрашиваю, закусив губу, не отрывая взгляда от дороги.

Луна одним своим видом заставляет все инстинкты вокруг пробудиться. Я до сих пор помню, как прищурился, когда она опустилась к ногам Марана, приняв позу полного подчинения. Тогда я сжал зубы, наблюдая за его прикосновениями к её щеке, и мой член затвердел в штанах.

— Только пальцем меня тронешь — и я тебе глотку разорву, — рычит она, и я облизываюсь, чувствуя, что она не врёт, действительно хочет лишить меня жизни.

— Консумация брака — обязательный обряд.

— Ты настолько отстал от цивилизации в своей ссылке, что до сих пор в это веришь? Спешу тебя огорчить — это неправда. А вот моя прямая обязанность — подарить тебе муки, отчаяние, страхи. И вишенка на торте — смерть, — говорит она медленно, размеренно, от чего по моему телу пробегает волна мурашек.

Её слова звучат как смертный приговор, но это лишь заводит меня ещё больше. Её ненависть, её жажда мести — всё это только разжигает мой интерес. Я чувствую, как внутри растёт предвкушение предстоящей борьбы.

Она станет моим величайшим личным триумфом, когда сломаю её до основания, как привязал на алтаре…

Луна пыталась сопротивляться. Кусала меня отчаянно, кривила губы, выталкивала мой язык. Но я сковал её цепями наших уз, потому что всегда беру своё, но это было трудно, признаю.

Подъехал к дому и в очередной раз поразился своему выбору… Одинокий дом в густой хвойной чаще — строение из стекла, дерева, камня и мха. Место, созданное для отшельничества, для тех, кто ищет уединение с природой.

Но моё нутро всегда требовало одиночества. К этому я привык ещё в ссылке. Семья? Мне она не нужна. Это я понял давно, когда был вдали от всего мира. Я одиночка по своей сути, свободный от кровных уз и обязательств. Даже если братья перегрызут друг другу глотки — я не моргну глазом, глядя на их тела.

Мой дом — моя крепость, моё убежище от мира, который я собираюсь покорить. Здесь нет места слабости, здесь