Ворн. Искатель - Катэр Вэй

как приметил там одну крайне пугающую меня личность. Немного покружившись у окон заведения, я расценил это занятие бессмысленным, принял решение вернуться рано утром. И ушел. А наутро выяснилось, что вашего юношу похитили. Сопоставив тот факт, что-то опасное существо наблюдало за парнем (я заметил это, заглядывая в окно), и исчезновение мальчика, я пришел к выводу, что эти события взаимосвязаны. А после внезапного появления Ворна в таверне я окончательно убедился в этом, заметив символы на его коже. Ранее их не было, ведь я прав?

Ворн обменялся взглядом с Кириллом и кивнул, подтверждая слова Профессора.

— Вы говорите о том мужчине в плаще с капюшоном, который сидел в самом дальнем углу таверны? — спросил подросток. Голос его чуть дрогнул, осип.

— Да, мой мальчик, именно о нем, — кивнул Профессор.

— Но… — Ворн хотел что-то спросить, но мужчина его перебил предвосхитив вопрос.

— Почему я не считаю его человеком? — усмехнулся он, и морщинки вокруг глаз стали похожи на трещины на старой, измученной душе. — Потому что это не человек. И даже не мутант. Это… нечто иное. Потустороннее. Не земное.

— Что вам о них известно? — Кирилл весь подобрался, став похожим на гончую, учуявшую добычу.

— Не много, — профессор нахмурился, и в его взгляде промелькнула тень пережитого ужаса. — Однажды мне «посчастливилось» оказаться в их руках. Две недели ада в их лабораториях, как диковинный зверь под микроскопом. Я не верил, что выберусь. Но они отпустили… просто так. Я уснул в этом проклятом аквариуме, а проснулся здесь, дома. Мои вещи были тронуты, но возвращены. А еще…– он немного помялся, сомневаясь, говорить или нет. Но все же сказал.

— Они мне кое что оставили. Кое какие приборы, реагенты, а главное — книги. И тогда я вспомнил о дневнике отца… Я нашел его. Мой отец тоже был их жертвой, и он оставил записи о том, какие эксперементы проводили над ним, каки — вместе с ним. Как на свет появился я. Да, да, я обычный человек, я вам уже говорил о том, но дело не только в припорате, который я вынужден принимать. Меня не рожала женщина. Я… я результат исскуственного рождения и полная копия своего отца. Я — клон… Вы, наверное, даже не знаете что это… Вот, смотрите… — Он вскочил, словно одержимый, и бросился к книжным полкам. Нашел нужную тетрадь, затертую, но очень обьемную, больше походившую на толстый фалиант и, отодвинув посуду, раскрыл ее. — Смотрите…

Все замерли, вглядываясь в пожелтевшие страницы. Анатомические рисунки, выполненные с пугающей точностью, названия органов, рисунки различной аппаратуры, механизмов. А еще — иероглифы… и те самые символы, выжженные на коже Ворна.

Кирилл изучал рисунки, пытаясь проникнуть в суть увиденного и написанного. Больше всего его поразил очень детальный рисунок, на котором была изображена колба с младенцем и люди в серых комбинезонах.

— Вы понимаете, что здесь написано? — тихо спросил Кирилл. Лицо его было бледным. Губы сжались в тонкую полосу.

— Отчасти… — вздохнул Профессор. — К сожалению, я так и не постиг древние языки в совершенстве. Отец знал их множество… он понимал эту писанину. Я же не был посвящен в эти знания. Отец только обещал, когда придет время, открыть мне, как он говорил, " Небесный грааль". Мой отец пропал когда мне едва исполнилось тринадцать лет. Как понимаете, я был смышленым ребенком и уже в 6 лет изобрел свое первое лекарство, как сейчас помню — от расстройства кишечника. Но, так как я практически не покидал лабараторию… Вы верно поняли, я жил тут, именно в этой комнате. Так вот, когда пропал отец, мне пришлось столкнутся с рядом бытовых и социальных проблем. К тому же, в те времена, мир был еще крайне недоброжелательный. Но, я выжил. И, как понимаете, про «Небесный грааль» и вообще, про записи отца, я в те времена позабыл. Потом меня затянула наука — я был одержим поиском лекарства от болезни крови.

— Нашли?

— Нашел, — кивнул мужчина. — но не успел. Моя жена умерла. Я долго горевал. Даже бросил науку и отправился в мертвые земли. Зачем, спросите вы? Не знаю. Наверное смерть искал. Смерть не нашел, но нашел знания.

Запасы лекарства, которые мне оставил отец, подходили к концу и надо было создать аналог. В надежде, что дома остались необходимые компоненты и записи отца, я вернулся. А в городе мор… Разруха, трупы, беспорядки. Я отыскал развалины своего дома, отрыл лабораторию. Дом я восстановил. Построил заново и лучше прежнего вышел. Крепкий, надежный. Но пустой. И снова я на долгие годы заперся в лаборатории, уйдя в науку с головой. А когда я сам попал к этим… существам… мне отдали дневник отца. Я прочел его много раз от корки до корки, но понял лишь малую часть. И да, о крови… и моей вакцине. У отца были такие же знаки на теле, и он делал для меня лекарство из своей крови. Когда запасы иссякли, я использовал кровь других… с мутациями и без. Но эффект был несравним с плазмой отца.

Ворн, мальчик мой… я заклинаю тебя… мне нужен лишь литр твоей крови. И я готов пойти с вами на край света. Здесь мне наскучило. Я перестал развиваться, потерял смысл. Но теперь… теперь я горю желанием помочь.

Ворн поежился. Литр крови? Звучало это, конечно, не как смертный приговор, но после всего услышанного предложение профессора казалось скорее сделкой с дьяволом, замаскированной под благородный порыв.

Он украдкой взглянул на Кирилла, ища поддержки или совета, но тот был поглощен рисунками в книге, словно пытался вычитать там разгадку. «Литр…», — эхом отдавалось в голове Ворна. Что может случиться из-за литра его крови? А вдруг этот человек просто безумен, или обманет? Он не знал, как поступить. Если это поможет их делу, поможет выиграть войну, спасти тысячи людей, которых могут отравить тем зельем, как Гриню, то он пойдет на риск и даст свою кровь. Но насколько изменил его тот свиток и что может случиться, используй Профессор его кровь, он тоже не знал. А вдруг этот человек и вовсе кукухой поедет или помрет? Мужик полезный, многое понимает в медицине. Вот бы поучиться у него.

Кирилл оторвался от книги и, заметив смятение на лице Ворна, положил руку ему на плечо.

— Он прав, Ворн, — тихо сказал он. — Нам