Рунный практик - Артем Каменистый

Конное ополчение Тхата. Насмотрелся я на них до тошноты.

Хотя их от моего вида должно тошнить гораздо сильнее.

Многих по вине неугомонного десницы недосчитались.

— Камай, я сейчас вернусь.

— Но господин…

— Вернусь! — с нажимом повторил я.

Коню указания не требовались. Сорвавшись с места, начал, казалось бы, плавно разгоняться, и вот я уже почти лечу. А ведь и трёх секунд не прошло со старта. Жужжащий жук, неспешно направлявшийся по своим делам, врезался в шлем с такой силой, что едва Игнорирование не сработало.

— Снег, не торопись. Правее держись. Надо мимо тех раскопок на дороге проскочить, где солдаты камни зарывали. Только ни в коем случае к самим раскопкам не приближайся.

Следы установки рунных мин бойцы замаскировали, пройдясь по земле травяными метёлками и прикрыв подозрительные места сухими коровьими лепёшками, но при желании разглядеть их можно. Да и конь при тех работах присутствовал, должен помнить. Вон как уверенно начал вправо забирать.

Удивительный окт.

Враги меня заметили, руками указывают, лопочут что-то. Вперёд начали выезжать всадники с луками, но пришпоривать лошадей не торопятся, ждут, что дальше будет.

— Стоп! — скомандовал я и тоже вытащил лук.

До первых противников метров триста осталось, дистанция для меня посильная, и оружие для неё подходящее. А вот у южан и навыков моих нет, и луки простенькие. Это ведь не самые элитные войска, здесь сплошная «нежная зелень». Сколько уже с ними воюю, но никогда среди лёгкой конницы даже бледную «желтизну» не встречал. Такие бойцы в ополчение лишь случайно могут затесаться, из других родов войск, когда в суматохе боя отряды перемешиваются. Ну или если их для усиления заранее отправят.

Но здесь не тот случай. Южане разглядели окта, оценили мой наряд и поняли, что перед ними парень непростой. Подставляться под такого никому неохота, вот и скромно переминаются в отдалении, дожидаясь подхода основных сил.

Знаю эту их манеру.

Далеко не первый раз наблюдаю.

Хлопок тетивы, росчерк стрелы, и счёт битвы открыт, — первый враг падает с лошади, хватаясь за пронзённую грудь. Со стороны ополченцев слышится дружный рокот, кто-то пытается ответить, но его убогий лук физически не может бить на такую дистанцию.

Я вновь тянусь к колчану.

Выстрел.

Вторая жертва.

Крики усилились. Оглядываясь друг на друга, первые самые смелые конники принялись настёгивать лошадок.

Сняв одного из храбрецов, я скомандовал:

— Снег, давай влево и чуть назад. Сразу за раскопками надо проскакать, чтобы они в ту сторону толпой помчались за нами.

Не отвлекаясь на управление конём, я принялся стрелять снова и снова. Окт двигался так плавно, будто у него самая качественная пневматическая подвеска, благодаря этому я бил почти без промахов.

Враги мчались следом, яростно ругаясь. Те, у кого быстрые кони, вырывались вперёд, и авангард начал вытягиваться клином.

Я не успел и трети колчана израсходовать, как острие этого клина налетело на первые «мины».

Вспышка.

Крик.

Вспышка.

Вопль.

Сразу две вспышки и много воплей. Испуганно орут уже не только пострадавшие, а все, кто видят, как разлетается фонтанчиками сухая земля, выпуская на миг слабо светящийся луч, который режет всё, что под него попадает.

А попадали под него лошади и люди. Брызги крови, разлетающиеся конечности, голова, покатившаяся будто мяч, начисто срезанный конский хвост.

Потери, как я и предполагал, невеликие, однако обидные и страшные из-за неожиданности и непонятности. Здесь не тот театр военных действий, чтобы ожидать действий боевых артефакторов, вот и шокировало многих. Кто-то на происходящее лишь разозлился, но большая часть преследователей поумерила пыл.

Теперь они напуганы и ждут ещё какого-нибудь подвоха. Вон, прекрасно видно, что некоторые начали резко отставать, хотя перед этим сильно торопились.

И, самое главное, всё происходящее прекрасно видят наши арбалетчики. Я заметил, какими перепуганными глазами они таращились на дорогу в ожидании появления страшных южан. Понимал, что жалкой кучке офицеров и малоопытным сержантам управиться с парой тысяч робеющих новобранцев будет непросто.

Только что эти новобранцы увидели кровь. Кровь врагов. И при этом ни капли своей не пролили. Это не может не сказаться на их боевом духе.

Скажется непременно.

Положительно.

Вон как закричали радостно. Громче и громче. Кулаками размахивают, скалятся во все зубы.

Их радость надолго не затянется, но и пяти минут воодушевления для поставленной задачи более чем достаточно.

Потому что южане ударят по ним через три.

Глава 4

Козий пруд

Окт и при иных раскладах обгонял таких преследователей, как стоячих, а сейчас, когда те резко разочаровались в погоне, и вовсе вальяжными зигзагами от них уходил, давая мне возможность отстреливаться с комфортом, когда каждый раз бьёшь строго влево.

Я так долго могу эти конные недоразумения унижать. В теории мне даже в одиночку ничто не мешает разгромить всю толпу. Да, это займёт прорву времени и местность не всякая подойдёт, но потяну. Выносливость у окта запредельная, моя тоже не подкачает, враги куда быстрее выдохнутся.

И закончатся.

Стрел на такие игрища может и не хватит, но ведь есть ещё и магия.

Однако это война, а на войне излишне самоуверенные долго не живут. Сообщат кому надо о дерзком альфе по тем самым «костяным телефонам», которым близость Запретной пустыни нипочём, и вот уже где-нибудь впереди дожидается засада. Три-четыре «красных» воина и мага, дюжина «ярко-жёлтых» бойцов группы поддержки, свежие лошади и бодрящее чувство превосходства над заигравшимся противником.

Нет, в одиночку против армии мне выходить нельзя.

Пока что.

Промчавшись вдоль изгороди, за которой начинались огороды, я свернул вправо и остановил окта у единственной дороги, что входила в селение. Здесь за рогатками и «ежами» выстроились все четыре сотни Кошшока — тяжёлые пехотинцы экспедиционного корпуса.

Хотя по факту я бы их средними обозвал, но тут такой род войск выделять не принято. Стальные кирасы меньше чем у половины, остальные защищаются кольчугами да всевозможными пластинчатыми доспехами, обычно далеко не самыми качественными. Единообразия нет, снарядили тем, что успели собрать.

Есть у нас и потяжелее отряды, экипированные лучшими трофеями, взятыми у Козьей скалы. Растворения Жизни качественный металл почти не трогали, так что мастерам осталось восстановить кожаные и матерчатые детали. Но столь загруженные солдаты быстрый пеший марш по дневной степи не потянут, вот и пришлось выбирать варианты попроще.

Сейчас это обстоятельство играет против нас. Не будь рогаток и кольев, тяжёлая конница легко сметёт такой строй. Однако она пока что не