Шестнадцать - Андрей Готлибович Шопперт

могут свининой посчитать. Стоять. Сыр!!! Сыр с добавлением бледной поганки! Осталось малость. Научить «своих» крестьян делать сыр. И сделать это нужно как можно скорее. Сыру вызревать полгода, а хорошему год. А у него уже только одиннадцать месяцев осталось. А ещё ведь нужно сычуг приготовить. Он неделю, а то и две будет сохнуть в такую дождливую осень.

Здесь хотел Коська сделать сычуг. Он ведь проводил в Менске эксперименты и убедился, что сычуг этот есть у любого жвачного животного, не обязателен ягнёнок. Можно взять козлёнка, тут в Барвихе с полста коз. Можно даже телёнка, если они есть сейчас. Заплатит, сколько бы хозяин не запросил. Гибель войска Тохтамыша стоит нескольких грошей, да даже одного флорина стоит, хоть на него несколько взрослых коров купить можно, а нужен совсем молодой телёнок.

И передумал Коська, уже до дома старосты вприпрыжку добежав. Как же такая хорошая мысль в его рыжую голову заскочила, чего не радоваться, чего не прыгать⁈ Но дойдя до дома старосты Потапа парень остановился. Выдавать секрет приготовления сыра целой деревне не хотелось. Жалко. Пусть считают сычуг волшебной добавкой. Он же хельг, а хельг — это волшебник, вот у волшебника и есть волшебный порошок, превращающий молоко в сыр.

Пара дней ничего не решает. Съездит в Москву, купит там ягнёнка, убьёт и достанет четвёртый желудок, потом надует и высушит. И вернётся сюда уже с готовым сычугом. А ещё котлы медные купить надобно. Что-то не бросились ему в глаза большие котлы у крестьян. Зачем им, да и это очень дорого.

А вот одно нужно сделать прямо сейчас, потому как буквально через несколько дней будет поздно. И тогда вся идея коту под хвост. Нужно и самому с ратниками в лес за грибами идти и всех местных, включая детей и стариков, отправить. Как залегендировать необычность нужных грибов? А не надо ничего легендировать. Он хельг. Всё! Ему для мазей нужны коричневые мухоморы и бледные поганки. Погнали!

— Потап! — Коська забарабанил в дверь старосты.

Вскоре заспанная рожа высунулась.

— Подати за этот год я вам все прощаю, ну, да говорил уже. Но одна работа мне от всех жителей Барвихи нужна. Мне для мазей и отваров лечебных нужны некоторые грибы. Сейчас организуй поход в лес всех жителей и мужей и баб и деток лет с семи, мне много грибов надо. Мы все вместе с вами пойдём.

— Так нету в лесу путнего ничего, не сезон, отошли грибы, одни мухоморы разве остались, ну ещё опята перезревшие.

— Дурачина ты простофиля! Ладно, Потап, вот скажи мне, почему всё что я делаю ты в штык… поперёк обязательно норовишь сделать. Мне нужны коричневые и зелёные мухоморы. Зелёный ещё бледной поганкой называют или Шапкой смерти. (death cap «смертельный колпак»). А ещё на пнях растет небольшой грибок такой на опенок похожий, только жиденький. Коричневый семейками как опята растут. Вот если попадётся, то и его надо.

— А хорошие грибы не брать? — сунул себе палец на всю длину в ноздрю староста. Озадачился.

— Хорошие. М… Картошечку с груздями пожарить… Нда. Ну будут пусть берут, посмотрим.

— А сколь? — палец схрон не покинул, потому гнусаво вышло.

— Мухоморов и ложных этих опят, чем больше, тем лучше. А съедобных, ну супчик сварить. Пусть берут какие попадутся, потом отсортируем. Выходим через полчаса. Веди где грибов больше.

Событие двенадцатое

— Это сюда. Этот вот сюда. А этот в… ну, давайте вот здесь кучку соорудим.

Как там сбор грибов называют? Тихая охота. Чего этим охотникам желают? Ни гвоздя, ни жезла, пусть будет: «ни гриба, ни лукошка». Теперь поздно уже, все из лесу вернулись, в том числе и Коська со «своими» ратниками. Целых четыре теперь. Слуга царю отец солдатам. Раньше три танка было, а теперь, вон, гораздо больше — четыре ратника. И народ принёс полные корзины поганок. Правда, даже поверхностного взгляда хватило, чтобы понять, что среди этой горы грибов нужных не больно-то много. Прямо бросалось в глаза, что больше всего крестьяне с детишками набрали красных мухоморов.

— Не, ну из них мазь от артритов можно сделать, — утешил себя Коська и приказал мухоморы красные не выбрасывать.

Съедобных грибов вопреки уверениям старосты, что сезон закончен, было прилично. И красноголовики были и грузди и даже несколько белых. Эти пока отложили в сторону. Нет, грибницу сварить обязательно надо будет, да пирог с грибами не повредит организму, но не за этим же в лес ходили.

Когда из разложенных на траве грибов выбрали красные мухоморы и съедобные грибы, то осталось не очень и много. Было с десяток бледных поганок или мухоморов зелёных. Были мухоморы с серыми и коричневыми шляпками. Константин Иванович довольно слабенько в ядовитых мухоморах разбирался, просто не бери мухоморы и будет тебе счастье. Не умрёшь. Но так на краешке памяти была информация, что коричневый мухомор скорее галлюциноген, а вот пантерный, очень на него похожий — сильно ядовит. Ну, как тут разобраться. Пусть будет раз принесли, если Тохтамышу дивы привидятся и домой его пошлют, тоже не плохо. Ложных этих опят было полно, и они были разные. А чего выбирать, ну одни сильнее отравят другие слабее. Если их смешать, да при большой дозе, ничего хорошего отведавшим не грозит.

— Смотри, Потап, вот эти грибы нужно повесить сушить. И не трогайте их, они очень ядовиты, смотрите если детям малым в рот попадёт, а они всё подряд в рот тащат, то ни один лекарь не поможет. Объясните тем, кто соображает уже и сделайте так, чтобы совсем маленькие не смогли до них добраться.

— Так в бане, если подтопить ещё, быстро высохнут. Не боись, лекарь, не потравимся, — уверенно отмахнулся староста.

— Ну, и хорошо. Мало тут. Если погода позволит, то через седмицу где-нибудь опять сходите всей деревней. Только берите вот такие, никакие другие не нужны. И сушить так же отправить в бани. Я через две седмицы приеду. Заберу часть.

Остающимся в Барвихе Фролу и двум его подельникам смолянам Коська тоже задачу выдал. Точно такая же.

— Ходите каждый день в лес за грибами. Себе потушите или груздей насолите, соль я привёз. Думал крестьянам отдать понемногу, но раз вы тут остаётесь, то вам оставлю. Приеду через две седмицы привезу муку и крупы разные. И серебра вам оставлю, можете у местных молока