Неви - Рапа Нуи

смотрел кино: если по телевизору одновременно показывали два интересных фильма, другой зритель мучился бы выбором, а Валера просто щёлкал пультом туда-сюда и успевал посмотреть оба. В пятом классе он признался в любви одновременно четырём одноклассницам. Те, конечно же, захотели похвалиться подругам… После того случая разнонаправленность Валеры пошла на убыль. Жизнь периодически нещадно била. Не только девочками, а вообще. И к тридцати семи годам он пришёл такой вот тихий, скромный и задумчивый. Можно даже сказать аскетичный.

А вот друг у него был один. Зато какой! Он умел обеспечить кучей долгосрочных проблем одномоментно. Правда, в нынешнем году Валера с ним ни разу не виделся, после предыдущего его появления ещё не успел соскучиться, оформляя инвалидность и мучительно размышляя о том, как дальше жить.

Во всяком случае существование сильно упростилось: меньше движухи, больше свободного времени и покоя. Ну, дворник, и что? Работа комфортная, зарплата — чуть меньше официального прожиточного минимума, который и так был сильно далёк от прожиточности. Зато график отличный, не то что прежде в уголовном розыске. Теоретически он мог бы продолжать ловить преступников, но изменились не только индивидуальные обстоятельства, произошли серьёзные правоохранительные реформы.

— Сегодня мы заглянем на кухню легенды уголовного розыска, а ныне безработного Валеры. Что у него на обед? — камера уставилась на большую кастрюлю с какой-то мокрой взъерошенной чёрной массой внутри. — Ммм! Валера варит суп из вороны и крапивы. Лайфхак для гордых, принципиальных, независимых мужчин, отказывающихся клевать из женских рук!.. Фууу!.. Ну, мужик, птицу даже не ощипал и не распотрошил! Минуточку, сейчас мы это исправим, — в кадре появляется красивая женская рука.

Пауза.

— Мама… — недовольный Валера оторвался от книги. — Я только что склевал твою кашу и чай. И работа у меня есть.

Наташа вытащила старую шапку из кастрюли, слила воду, достала из холодильника ощипанную тушку цыплёнка.

— Не гунди. Я для кого стараюсь?.. Ай, — Наташа облизала порезанный палец. — Ты просил тебя не показывать — я не показываю, всё по чесноку. А что я несу, не твоё дело. Авось донесу в нужное место.

— До развода с Фрэнком ты была милейшей.

— Что поделать, жизнь чудовищно несправедлива, тем и интересна. Где ж мне найти нового мужа под сраку лет? Я не Алла Пугачёва.

В домофон позвонили. Наташа бросилась открывать, Валера вернулся к книге.

— Доброе утро, Наташа! Как поживаете, простите, что без предупреждения. Я звонил — но, подозреваю, что мой лучший друг меня забанил. Вот, примите, пожалуйста, небольшой презент, — из прихожей раздался до боли знакомый голос.

— Вау! Валера, к тебе Артур с тремя полными пакетами еды! Готовься продать душу, только не соглашайся сразу, зови меня — я поторгуюсь!

А вот и он.

Валера действительно его заблокировал. Хотя, конечно, знал, что рано или поздно он обязательно проникнет не через дверь, не через окно, так под плинтусом пролезет. Он ни за что не оставит его в покое, пока не убьёт. Сейчас опять будет извиняться, каяться и втягивать в очередную авантюру, которая непременно плохо кончится — таковы правила, ничего не попишешь.

Артур стеснительно сел за стол напротив Валеры. Тот на секунду поднял глаза на него и вернулся в книгу. Но этого хватило, чтобы заметить: что-то с ним не так. Да, тот же нездоровый блеск в глазах, бешеный румянец, но вот правда, что-то не так…

— Валера, я не буду в сотый раз оправдываться и извиняться. Ты знаешь, что я ничтожество, чмо и заслуживаю пинка в пах, даже десять. Но я тебе не враг, а, наоборот, я твой друг. И это невозможно изменить, даже если ты засунешь эту сраную дохлую курицу мне в жопу, — Артур демонстративно поднял цыплёнка за ногу двумя пальцами.

Ну, начинается! Валера закрыл книгу и положил на подоконник.

— Давай без вот этого всего. Оставь в покое курицу, это мамин реквизит. Говори быстро зачем пришёл и пошёл нахер отсюда.

Артур осмотрелся, бережно отнёс цыплёнка в раковину и вернулся на место.

— Извиняюсь, — гость вытер руку об занавеску. — Мне тяжело без тебя, Валера. Глубокое — нет! — бездонное чувство вины. Я просто пришёл увидеть тебя, узнать, как ты живёшь.

— Не волнуйся, у меня всё нормально. Без тебя, И работа есть — всего три часа утром, и весь день свободен. Тишина, чистота: не жизнь, а мечта. Честное слово, не шучу.

— Да, я знаю. Но, Валера, дворник — это не твоё, ты же тупо сметаешь в урну свой выдающийся интеллектуальный ресурс, данный природой. Боюсь, тебе это быстро надоест. Не подумай, что зову тебя в адвокаты, нет-нет, я знаю твои принципы, что тебе это глубоко противно и вообще. Мне-то нормально, я-то что, был бы корм, любое говно съем и не подавлюсь.

— То есть, ты хочешь сказать, что пришёл просто так, без офигительных идей и предложений, серьёзно? — Валера засмеялся. — Фантастика!

— Ну правда, не веришь? Просто пришёл посмотреть на тебя, поболтать о том, о сём. Сердце не на месте. Позволь мне просто рассказать про свою чудовищную адвокатскую жизнь, про то дерьмо, в котором я варюсь, как у нас всё сейчас. Можно?

И Валера сдался.

Артур это заметил и обрадовался, достал из рюкзака бутылку водки. Наташа (она подслушивала) быстро организовала закуску и села рядом. Артур — это самое интересное, другие дела подождут.

([...])

— …разумеется, телесуд для адвоката очень выгоден, 8% от поступлений с смс. Представляешь, какие это деньги? В феврале я выиграл первый процесс. Ипотеку закрыл! Пришлось, правда, отстегнуть судье за допуск.

— Угу, я наблюдала твой успех, — кивнула Наташа.

— Вот, смотри, Валер, ну что ты морду воротишь, глянь кусочек моей речи, — заодно выяснилось, что у Артура новый смартфон, — вот: «Откройте глаза, присмотритесь внимательно — какой красивый, активный молодой человек! Год назад он бежал от правосудия в нашу прекрасную страну. Да, у моего подзащитного криминальное прошлое, но это не его вина, а его беда: он жил